Пожиратель Богов. Часть 4 (СИ)

Она прибавлялась по крупицам, настолько маленьким, что в моменте это было даже незаметно. Но крупицы скрадывались в песчинки, те — в камешки, те — в кирпичи, и постепенно внутри моего Я выстраивалась крепость, принадлежащая врагу.
Тем временем земли вокруг продолжали очищаться. Серый туман таял, как дым на ветру. В этом, собственно, и состоял мой бесхитростный план. Пожрать все Всеединство на территории Земель Небесного Грома, выгнав Маалу прочь из мирового скопления. И я не собирался останавливаться на половине пути.
  
###
Мои руки дрожали. Каждый мускул горел огнем недель непрерывных боев. Аспект Пожирателя внутри меня пульсировал усталыми толчками, как перегруженное сердце, в голове отчетливо слышался голос, призывающий сдаться и присоединиться к Всеединству.
За эти недели Маала адаптировалась к моему стилю. Ее последние воины несли новые смертоносные комбинации, подавляющие мой аспект, закармливающие его бесполезной «пустой» энергией, изолирующей пожираемое пространство.
Так что невредимым я даже близко не остался. Тем не менее, вот он. Передо мной клубился последний островок серого тумана в Землях Небесного Грома — плотный, как желе, пульсирующий в такт чужому сердцебиению.
Я поднял окровавленную руку. Аспект Пожирателя ответил слабым черным свечением. Последний рывок.
Серый туман сгустился в плотную сферу, уже даже не содержащейся в конкретном бойце. Это просто была концентрированная воля Маалы, не желающей отдавать то, что с таким трудом захватила.
Я шагнул вперед, чувствуя, как трещины на моей коже раскрываются вновь. Первый удар — и сфера ответила градом игл из концентрированной энергии. Они впились в мое тело, вырывая клочья плоти.
Второй удар — ладонь пробила защиту. Аспект Пожирателя заурчал, впиваясь в сердцевину. Сфера затрепетала, выпуская облако ядовитых миазмов, отравляющих мое существо даже через Пожирателя.
Плевать. Я сомкнул пальцы. Черные щупальца моего аспекта разорвали их на части, втягивая каждую молекулу. Сфера начала схлопываться, испуская пронзительный визг.
Последний рывок. Я вонзил обе руки в пульсирующую массу. Аспект Пожирателя взревел, разрывая последние связи Маалы с этим местом, заставляя ее отступить обратно в те мировые скопления, что она уже захватила.
Но останавливаться на этом было нельзя. Я должен был догнать ее и пожрать целиком. Прикончить, наконец, эту раковую опухоль на теле Великих Душ.
Я рванул вперёд, туда, сквозь Пустоту междумирья, пылающий праведным гневом. Да, все правильно, это именно то, что я должен сделать: догнать Маалу и уничтожить!
Однако в мозгу вдруг вспыхнули слова, сказанные не мной и не мне, но про меня и для меня той, кто погиб спустя несколько недель.
Одолев тигра в поле, не стоит считать, что сможешь одолеть его в его собственном логове.
И тут же пришло осознание: что я творю? Израненный, обессиленный, с трудом справившийся с ней там, где она еще не успела нормально закрепиться, я серьезно решил, что смогу добиться победы в ее родном мировом скоплении, где сама ткань реальности была пропитана серостью?
Объяснение нашлось тут же. Пожранное Всеединство уже не просто шептало мне на ухо, оно навязало мне, поглощенному горячкой боя, мысли о продолжении сражения.
И как только разум прояснился, отгоняя наваждение, Маала, чье влияние в той области, куда я успел забраться, уже достигло немаленького, мягко говоря, уровня, сделала свой ход, перестав делать вид, что бежит.
На плечи обрушилось невероятное давление. Кости затрещали. Глаза наполнились кровавыми прожилками. В ушах зазвенело, и этот звон быстро перешёл в оглушительный рёв, будто весь мир кричал прямо в меня.
А следом серые щупальца Маалы впились в меня. Они обвили мои ноги, руки, шею, сжимаясь с нечеловеческой силой. Каждое прикосновение выжигало воспоминания, оставляя после себя лишь пустоту.
Я рванулся назад, чувствуя, как аспект Пожирателя внутри меня бешено бьётся, пытаясь противостоять этому поглощению. Одним резким движением я разорвал самые слабые щупальца, почувствовав, как они рассыпаются в чёрный пепел. Но остальные лишь сильнее впились в плоть.
Маала смеялась — звук, от которого кровь в жилах стыла.
— ТЫ УЖЕ МОЙ, — её голос раздался прямо в голове.
Спасибо, Руби.
Моя ладонь сжала статуэтку. Дерево мгновенно нагрелось до температуры тела, затем стал обжигающе горячим.
— Хорошая попытка, — я оскалился, демонстративно потрясая миниатюрной фигуркой перед собой. — Но мне пора.
Маала замерла. Её туманное тело сгустилось, приняв более чёткие очертания. На лице отчетливо читалась ярость.
— И запомни, — мои пальцы сжали статуэтку крепче, ломая мягкое дерево. — Твои четыре скопления — это предел. Суйся в другие — и пожалеешь.
Последнее, что я увидел — как чёрные глаза Маалы расширились в немом крике, её щупальца рванулись ко мне…
…и мир перевернулся.
Я очнулся, стоя на скрипучих деревянных половицах. Тёплый свет лампы мягко освещал комнату. На столе передо мной дымилась чашка чая, рядом — тарелка с идеально круглым имбирным печеньем.
— Я ждала тебя, — раздался спокойный голос.
Настоящая Маала сидела в кресле-качалке, её морщинистые руки сложены на коленях. Никакой туманности, никаких щупалец — только старческие пигментные пятна и добрые глаза.
— Чай ещё горячий, — она кивнула в сторону стола. — Садись.
Я машинально провёл рукой по лицу, смахивая пот и пыль битвы. Каждый мускул ныл от усталости.
Опустился в кресло, которое мягко прогнулось под моим весом. Фарфоровая чашка была идеально теплой в моих ладонях — не обжигала, но приятно согревала пальцы, все еще дрожащие после боя.
Аромат мятного чая смешивался с пряным запахом имбирного печенья. Первый глоток неожиданно обжег язык, будто я снова был человеком, но я не смог сдержать довольного вздоха — сладость меда и легкая горчинка идеально сочетались.
Маала сидела напротив. Она пила медленно, смакуя каждый глоток. Между нами стояло молчание, но не неловкое — скорее, уставшее, как после долгой дороги.
Я взял печенье. Оно хрустнуло между зубами, рассыпаясь сладкими крошками. Имбирь щипал язык, но приятно, как легкий удар тренировочного меча.
Мы так и сидели — она в своем кресле-качалке, я в глубоком кожаном кресле, — пока чашка не опустела наполовину.
— И что ты намерен делать теперь? — наконец спросила Маала, поставив чашку на блюдце с тихим звоном.
Я задумался, наблюдая, как последний кусочек печенья растворяется на языке.
— Еще не думал об этом, — ответил я честно, вытирая пальцы о салфетку. — Пожалуй, хочу попробовать еще что-нибудь вкусное.
Конец Четвертой Части.
Конец Седьмой Книги.
Конец.
  
Эпилог
 
— Тим!
Я поднял глаза от книги на Эллису.
— М?
— Слышал о новой силе, появившейся недавно в спутниковом скоплении Чистой Души?
Я покачал головой.
— Нет. Ты же знаешь, я в последнее время особо не слежу за новостями.
— Компания из всего двух десятков человек за пару недель захватила власть в скоплении. Что самое интересное, никто не знает, откуда они взялись. Раньше о них никто не слышал.
— Серьезно? — я хмыкнул. — Интересно. Опять Странники? Или очередная колония Лиарии, как в тот раз?
— Нет, вроде как они все люди. Но я тебе об этом говорю не поэтому. Их лидеры явились к тебе для переговоров.
— Ты сказала, чтобы они шли к Кримзону?
— Сказала. Но им нужен ты.
  
Я поморщился.
— Я много кому нужен. Скажи, пусть валят.
— Одного из них зовут Рей, — с озорной улыбкой сказала Эллиса.
Я вздрогнул.
— Рей?
— Рей.
Иногда стоит проявить терпение и дождаться не настоящего себя.
Может быть Лой это имела в виду тогда? Я ведь долго жил под псевдонимом Рея Кассия. А теперь ко мне приходит какой-то новый Рей и просит поговорить? В совпадения я давно не верил.