Пожиратель Богов. Часть 4 (СИ)
Шестнадцать атрибутов метались между аспектами, не находя точки соприкосновения. Молния била в гравитацию, бросая искры в броню. Гигантизация конфликтовала с ускорением.
Разум начал погружаться в черноту. Но из этой черноты родилось и понимание.
Последняя эволюция, что я прошел, была эволюцией меня, как вида. От человека к Нейрагу, Майигу, затем к существу, вступившему на свой путь силы и в конце концов — к Пожирателю.
Но, хотя «вид» в данном случае касался не только тела, но и энергии, и разума, и даже души, Я не ограничивался только этим.
Во МНЕ было нечто куда большее. Опыт прожитых лет, пройденных боев, перенесенных потерь.
Эволюция моего вида не зависела ни от чего из этого напрямую, лишь от тех результатов, к которым приводили мои действия.
Однако создание аспекта не было настолько простым, как всего лишь механическое объединение моих сил. МОЙ аспект мог появиться только как совокупность всей моей жизни и, с другой стороны, он же должен был стать ее итогом. Он должен был отразить МЕНЯ, целиком и полностью.
И мне не нужно было долго думать, чтобы понять, какой аспект я хотел проявить.
Щелчок.
Не звук. Не ощущение. Сдвиг в самой основе моего существа.
Я ощущал их всем существом: бездонный голод Чревоугодия, несокрушимую ярость Льва, абсолютную ясность Понимания, беспредельную гибкость Повешенного, и остальные силы, ставшие поддержкой для этих четырех столпов.
Но этого было мало. В том, что должно было родиться, было нечто большее, чем просто сочетание всех составляющих. И когда все двадцать сил слились в единую неразделимую сущность, ОН появился.
Не восьмидесятый первый.
Не восьмидесятый второй.
Мой.
Аспект Пожирателя.
Когда золотые нити Катриона попытались атаковать, они просто… исчезли. Растворились, как дождь в океане. Его фасеточные глаза расширились, отражая то, во что я превратился.
Он понял. Понял, что столкнулся с чем-то, что превосходило даже его незавершенное перерождение. Идеальный, полноценный, новый истоковый аспект.
Глава 93
Я открыл глаза, увидев знакомую обстановку дворца Тейи. Огляделся по сторонам со странным ощущением только что проснувшегося после очень долгого и крепкого сна человека.
— Он пришел в себя! — раздался сбоку голос.
Две Руйгу в черных доспехах — Теневая Гвардия Умсы. В глазницах их пустых шлемов горелы белые искорки. Рядом с ними несколько человек, в которых по энергетическим отпечаткам я узнал представителей разных мировых скоплений. Однако никакой враждебности в воздухе не было заметно.
Через несколько секунд передо мной материализовался аватар Кримзона.
— Наконец-то! — он шагнул вперед, его голос звучал искренне радостно. — Двадцать пять лет, Тим. Двадцать пять лет мы ждали этого момента.
— Что… — голос скрипел, как несмазанный механизм. Я сглотнул и попробовал снова: — Что случилось?
Кримзон хмыкнул:
— После того как ты поглотил Катриона, ты застыл. Совершенно. Мы поняли, что внутри тебя идет борьба — твоя аура пульсировала, переливаясь между твоей энергией и энергией Катриона.
Он сделал паузу, скрестив руки на груди.
— Некоторые хотели убить тебя, чтобы избавиться сразу от обеих угроз. Но Ги и Самех вместе с большинством гегемонов были против. Как минимум потому, что повредить тебя значило рискнуть выпустить Катриона, — Кримзон усмехнулся. — А между непобедимым маньяком, жаждущим власти, и непобедимым, но разумным Тиомом выбор был очевиден.
Я медленно встал.
— Они передали тебя мне, — продолжил Кримзон. — И… согласились на все условия по Тетраэлексу. — В его голосе прозвучала гордость. — Хотя должен признать, двадцать пять лет — это дольше, чем я ожидал.
— Катрион… — начал я.
— Готов поспорить, ты его переварил, — Кримзон хлопнул меня по плечу. — Его энергии больше нет в Великих Душах. Ни следа.
— Да, — я кивнул. — Все так. Но, пока я его переваривал, Маала должна была накрепко зацепиться за Земли Небесного Грома.
Я разжал ладонь, наблюдая как между пальцами переливается темная дымка нового аспекта. Она не просто существовала — она медленно пожирала само пространство вокруг, оставляя после себя микроскопические пустоты, которые тут же схлопывались с едва слышным гулом.
— После войны, — начал Кримзон, его голос звучал устало, — все скопления собрались на совет. Даже те, кто раньше предпочитал оставаться в тени. Помнишь, Мудрецы хотели отсечь часть миров, уже захваченных Маалой?
Я кивнул.
— Совокупными усилиями мы пришли к более радикальному, но и более надежному решению.
Он взмахнул рукой, материализуя передо мной трехмерную проекцию мирового скопления Земель Небесного Грома. Почти ровно через его середину проходила мерцающее алое полотно. Одна из половин пульсировала неприятным серым свечением.
— За десять лет мы рассекли Земли фактически на два независимых мировых скопления. Теперь, чтобы пробиться во вторую половину, Маале придется начинать все с начала.
— Это не продлится долго, — покачал я головой. — Поглощение ей скоплений — это не просто захват территорий, это расширение ее могущества. К тому же расстояние между половинами слишком маленькое, чтобы реально задержать ее. На вторую половину Земель атака будет в разы сильнее, чем была на сами Земли изначально.
— Но мы уже будем к этому готовы, — пожал плечами Кримзон.
— Нет, этот вопрос надо закрыть раз и навсегда. Собери всех, я хочу кое-что сказать.
###
Я вошел в тронный зал дворца Тейи. Широкие двери из черного базальта с резными символами Тетраэлекса медленно закрылись за моей спиной с глухим стуком.
Зал был переполнен. Лучи багрового солнца, проникая сквозь витражи, раскрашивали лица присутствующих в кровавые оттенки. Впрочем, ничего жуткого в этих лицах я бы не увидел в любом случае.
Кримзон, мой старый друг и мудрый советник, ставший во главе мирового скопления нового образца.
Эллиса, моя любовь и жена, как всегда готовая броситься следом за мной в самый глубокий омут.
Руби, когда-то бывшая крохотным розовым комочком на моей ладони, а теперь прекрасная женщина и, судя по лицам стоявших рядом с ней Литаны и Тиланы, все-таки прекрасная мать.
Шиито, земляк, пусть и из другой страны, первый человек, согласившийся следовать за мной и до сих пор остававшийся полностью на моей стороне.
Рядом с ним Йииро сидела на низкой скамье, обе руки покоились на огромном животе. М-да. Драконья беременность явно была О-О-ОЧЕНЬ долгой, раз она не разрешилась даже спустя двадцать пять лет. Или это уже был второй? Надо будет узнать.
Кийим, Ван Крарха, присоединившиеся ко мне позже, но сотню раз заслужившие мое доверие и благодарность своей верностью и готовностью сражаться, даже когда шансов на победу нет.
Три аватара Байгу стояли чуть в сторонке. Золотая Челюсть, Бенингируда и Воффарин — столпы нового строя мирового скопления Тетраэлекса. Хотелось надеяться, что они и впредь будут под руководством Кримзона строить мир, куда мне будет хотеться возвращаться.
С жерточек у трона Кримзона с радостными криками слетели ко мне Мур и Рейн. Отправляясь в Древо Вечности я оставил их с Эллисой, так как понимал, что они все равно ничего не смогут сделать Катриону и скорее всего просто бессмысленно умрут. А теперь дракон и феникс снова вернулись ко мне. Правда, снова ненадолго.
Помимо этого в зале присутствовали представители всех мировых скоплений, а также, насколько я понял по аурам, аватары Руйгу крупнейших миров Тетраэлекса. С улыбкой я узнал среди толпы Данброка — Руйгу мира Драконьих Островов, мы обменялись короткими кивками.
Я остановился в центре зала, ощущая тяжесть сотен взглядов.
— Маала, — произнес я, и это слово повисло в воздухе, как приговор.
Кримзон, уже по нашему первому разговору понявший, что было у меня на уме, спросил напрямую: