Пожиратель Богов. Часть 4 (СИ)
— Потери?
Шиито вытирал окровавленный клинок о плащ поверженного врага. Его теневая броня была иссечена в десятке мест, но глаза горели холодным огнем.
— Тринадцать Гвардейцев, — ответил он, окидывая взглядом поле боя. — Но они вернутся.
В добавок к тому, что Гвардейцы были Руйгу, то есть не могли умереть окончательно, пока их мир не был уничтожен, сущность Теней позволяла им восстанавливаться даже после смерти, по крайней мере первой, с огромной скоростью.
Уже через пару недель павшие должны были вернуться в строй в своей полной мощи.
Крарха, опираясь на свою секиру, фыркнула:
— Хех, для штурма логова Байгу это просто смешные цифры.
Я кивнул, наблюдая, как последние следы битвы растворяются в воздухе. Улей, в отличие от Единства, Оплота Вечной Тьмы и Лавовой Феи, не распадался на отдельные миры. К сожалению, лишь потому, что уже, по сути, нечему было распадаться.
Циарин в своем безумии уничтожил собственный мир, забрал из него все до последней капли. Я понимал, что вряд ли смог бы помешать ему, даже если бы с самого начала сражался как-то иначе. Но от осознания масштабов разрушения и количества невинных жертв настроение упало ниже плинтуса, несмотря на триумфальную победу.
— На сегодня хватит, — сказал я, тяжело вздохнув. — Пора домой.
Следующим в моем списке дел было посещение того места, что я увидел в воспоминаниях Амалы.
Нужно было использовать любую возможность, чтобы напасть на след Катриона.
Глава 82
— Что дальше? — спросил Шиито, пока мы неслись сквозь Пустоту. — Какие планы?
— Катрион, — не став особо раздумывать, ответил я. — Дождусь Эллису. Найду Руби и ее дочек. Обязательная программа на этом заканчивается.
— А как же вторжение Великих Душ?
— Нам тоже интересно, — раздался голос, когда из ничего материализовался аватар Бенингируды. — Ты говорил, что, когда очистишь Содружество, то вступишь в бой за его защиту. А теперь говоришь, что умываешь руки?
— Я не умываю руки, — ответил я спокойно. — Я просто отказываюсь играть по вашим правилам. Сколько веков вы закрывали глаза на зверства Умсы? На безумие Циарина? На алчность Семургдалиона? И теперь, когда кто-то наконец положил этому конец, вы вдруг вспомнили об ответственности?
Бенингируда сделала шаг вперед, и Пустота под ее ногами заклубилась от ее мощи.
— Ты разрушил основу нашей защиты! — Ее голос гремел, как извергающийся вулкан. — Четыре ключевых мира! Сеть держится на волоске!
— Основа? — переспросил я. — Вы называете основой систему, где целый мир и триллионы жизней могут в одно мгновение стать подпиткой для обиженного на весь мир Байгу? — Я сжал кулаки, чувствуя, как по моим рукам пробегают энергетические разряды. — Я дал Содружеству шанс начать все заново. Чистым листом.
— И что теперь? Ты уходишь, оставляя нас разбираться с последствиями? Великие Души уже стягивают войска к границам. Через год, может два, защитная сеть рухнет окончательно. И тогда…
— Тогда вы либо найдете способ защитить себя, либо падете, — холодно закончил я ее фразу. — Я не ваш спаситель. Не ваш правитель. И уж точно не ваш козел отпущения.
— Ты эгоистичен, Тим Тарс.
— Нет, — я покачал головой. — Я просто свободен делать выбор. И я выбираю не вас.
— Тейя — часть Содружества! — воскликнула Бенингируда. — Оставишь нас — и твой дорогой мир рано или поздно тоже будет захвачен!
— Бессмысленная манипуляция, — вздохнул я. — Ты не можешь этого знать наверняка, а я, будь уверена, приложу все силы, чтобы этого не случилось. Но ты ошибаешься, если после моих слов решила, что я не буду сражаться с Великими Душами. Просто я буду делать это не ЗА СОДРУЖЕСТВО, не ЗА ВАС, не РАДИ ВАС. Повторю еще раз: я не хочу становиться ни вашим слугой, ни вашим господином. Я буду сражаться сам по себе за то, что считаю нужным, правильным и важным. Если хотите, чтобы мы сражались в одном направлении, то вам придется принять то, что нужно, важно и правильно с моей точки зрения. Навязать мне свои идеалы у вас не получится, но и я не стану вам насильно что-то впаривать. Я сам по себе, вы — сами по себе. И если повезет, мы окажемся по одну сторону баррикад в этой войне против Великих Душ.
— Это все звучало бы отлично, если бы не клятвы верности, что ты принудил нас принести, — недовольно фыркнула Байгу.
— Это, кстати, я тоже хотел с вами обсудить, спасибо, что напомнила, — хмыкнул я. — Передай Золотой Челюсти и Воффарин мое сообщение. Они должны явиться в Тейю. Немедленно. Если хотят выжить в том, что грядет.
Она заколебалась.
— Это… ультиматум?
— Нет. Это совет. Поверь, иногда к советам реально стоит прислушиваться. Но выбор за вами.
Бенингируда исчезла так же внезапно, как и появилась. Шиито выдохнул, его теневая форма снова приняла привычные очертания.
— Что ты от них хочешь? — осторожно спросил он.
Я хмыкнул.
— Чтобы они из тупых эгоистичных божков, борющихся за господство под прикрытием высоких идеалов, превратились в реальных правителей этого скопления, по-настоящему ведущих его к лучшему будущему.
— Думаешь, они смогут так просто измениться?
— Нет, конечно, — покачал я головой. — И потому нужен кто-то, кто сможет их постепенно изменить.
###
Мы материализовались в тронном зале Тейи. Теневые Гвардейцы остались в духовном мире, дожидаться своих товарищей, Шиито отправился проведать Йирро, а я дождался Кримзона и вместе мы сели встречать важных гостей.
Байгу появились неожиданно, как всегда. Сначала возникла Воффарин — ее аватар, коренастая фигура в плаще из драконьей шкуры, материализовалась из клубов черного дыма.
Затем, с вспышкой золотого света, появилась Бенингируда, ее костяная маска холодно поблескивала в призрачном свете духовного мира. Последним пришел Золотая Челюсть — его появление сопровождалось глухим гулом, словно где-то упала гора.
— Вам передали наш диалог? — спросил я вместо приветствия.
— Да, — кивнул Золотая Челюсть.
— Конечно, — обворожительно улыбнулась Воффарин, что с учетом накаченности ее аватара выглядело не слишком уместно.
— Хорошо, но на всякий случай я повторю ключевую мысль. Я не стану вашим правителем и не буду сражаться под знаменами Содружества. Я буду на стороне Содружества, потому что здесь есть то, что мне дорого. Но если здесь снова появятся такие как Умса, Циарин или Семургдалион, и они смогут обрести власть… — Я сжал кулак, и вокруг него сгустились черные вихри энергии, — я сотру их в пыль. И тех, кто им покровительствует — тоже. И так как следить за всем лично у меня нет никакого желания, Содружеству впервые за десять тысяч лет с момента его основания нужен единый лидер, способный контролировать ситуацию и не давать ей выходить из-под контроля.
Бенингируда сделала шаг вперед.
— Тогда доверь власть мне, — ее голос звучал мягко, как шепот, но каждое слово было отточенным кинжалом. — Я создам Совет Равных. Каждый мир получит голос. Каждый Майигу — право расти. Никаких тиранов, никаких поглощений… только порядок и справедливость.
Она протянула руку, и в воздухе возникли призрачные образы — процветающие города, учебные центры, арены для честных поединков. Красивая картинка.
Воффарин громко рассмеялся, его смех звучал как скрежет металла.
— Ха! Ты задушишь их своими правилами, — она плюнула в сторону видений, и те рассыпались. — А я дам свободу. Твои люди, Тим, получат лучшие миры. Твои союзники — первые места у трона. Остальные… — она пожала плечами, — …выживут, если докажут свою полезность.
— Мы уже увидели, к чему приводит полная свобода, — парировала Бенингируда. — Немного контроля никогда не повредит. К тому же важен не только контроль, но и честность. Я позабочусь о том, чтобы под моим началом в Содружестве не было ни дискриминации, ни кумовства, ни взяточничества…