Хроники Дарона. Эльф под горой

Потому, пока сильная половина города уходила на несколько недель за рыбой, вторая часть охраняла границы Теллироса, ухаживала за всходами, занималась стройкой и растила детей. В Сером лесу мы селились в пещерах, прорубая горы, подобно гоблинам. Дома выходили надёжными, но их строительство было невыносимо трудным, в отличии от западных соседей, имевших троллей для этой работы, мы тратили слишком много сил. Мои измученные постоянной тяжелой работой эльфы в большей своей части до сих пор не имели укрытий, лучше землянок. А теперь, из-за остановки строительства оставалось только надеяться, что зима не выпадет суровой, иначе большая часть жителей Теллироса будет промерзать в наскоро построенных землянках, потому как подготовить достаточное количество домов в скалах мы не успевали.
Я остановил работы по рубке горы и строительству ещё в начале лета, сейчас расширялись лишь пещеры под кладовые. Все остальные силы были направлены на ловлю рыбы на востоке. И всё равно, голодных ртов, из-за большого количества детей, будет слишком много.
Все семь лет нашей жизни здесь мы никогда не ели досыта, пищи не хватало, чтобы пировать, но это было терпимо, никто из подданных не жаловался. Но теперь ко мне пришли пятеро отцов, что вернулись с ловли рыбы и сообщили, что и улов в Желтом море в этом году слабый, запасы недостаточны, а скоро нагрянет сезон штормов, отрезав возможность их пополнить. Все становилось хуже, чем я надеялся. Мы были на грани большого голода, я силился что-то придумать, но не мог.
— Соберу людей и выеду в Чернолесье, зверья там хватает, — заявил я, Даландин взглянула на меня устало.
— Ты прекрасно знаешь, какое там зверье, и сколько воинов погибнет, добывая это отравленное мясо, — ответила моя жена, и я понимал, что она абсолютно права.
Пару лет назад мы отправлялись в Чернолесье с намерением выходить туда на охоту, и это было ужасно: твари, что получались в осквернённом лесу, были непредсказуемо опасны. Перед нами не выскакивали олени, волки, кабаны или медведи. Лишь уродливые монстры, подчас настолько, что приходили после ко мне во снах много лет. Не зная, что за зверь перед тобой, одолеть его почти невозможно. За те две недели мы потеряли троих воинов и отловили мало животных, охота в Чернолесье была слишком рискованна. А в моем городе был на вес золота каждый взрослый сильный мужчина, кормивший большую семью, а подчас и не только одну, сирот у нас тоже хватало. Добывать дичь в Сером лесу было занятием похожим, твари из Чернолесья расползались до самого побережья и причиняли немало бед, то и дело вблизи города погибали в их пастях дети и взрослые, что пытались найти пропитание в лесу.
— Напиши Визаальту, попроси помощи, — несмело предложила Дали, но тут же встретившись с моим взглядом, замолчала на полуслове.
— Не смей даже упоминать это имя, — прошипел я, — выходим в Ёрнский пролив, в Зарнатхе охотиться можно, — жена что-то еще хотела сказать, но я встал и вышел из нашего дома, не в силах справиться со злостью.
Если бы в нашем городе было хотя бы двое, — всего двое! — магов земли, мы бы навсегда позабыли слово «неурожай». И согласись я написать высокомерному братцу слезливое письмо, он бы, возможно, выслал к нам пару магов, но я не мог. От одной мысли о таком унижении, о просьбе к эльфу, что сам не построил и не сделал ровно ничего, меня знобило и трясло.
Подготовив шесть лодок, я вышел в пролив со своими людьми ещё до рассвета. Зарнатх был недалеко от нас, пролив Ёрна не был большим, однако пересечь его было делом непростым из-за гор, что выступали над водой всего на пару метров, а подчас лишь таились в глубине, на самой границе морской воды. И тогда они становились опасны, наши лодки были хрупкими деревянными скорлупками, сядь мы на такую скалу — и вмиг пойдем ко дну.
Потому плыть приходилось медленно, едва передвигая веслами, двое сидели на носу и неотрывно всматривались в воду, ощупывали пространство снизу шестами чтобы понять, как глубоко притаились острые пики. Здешние подводные горы кишели морскими змеями, хищными рыбами и ядовитыми звёздами. Упасть в пролив было почти смертельно: если порежешься о скалы, а с их количеством это было весьма вероятно, пустишь кровь и непременно приманишь обитателей расщелин.
 
Мы добрались к Зарнатху только вечером, спрятав лодки в зарослях, углубились в лес. Не разжигая костры, устроились на ночлег, намереваясь на рассвете начать охоту. И нам повезло: двое оленей и упитанная свинья с подросшими поросятами попались в ловушки ещё до полудня.
Освежевав туши, закопали потроха и принялись грузить мясо в лодки, уже собираясь отчаливать, когда раздался свист иволги — Ивир подавал сигнал тревоги, к нам кто-то приближался. Велел поторапливаться, первая лодка уже отплыла от берега, как вдруг земля под ногами затрепетала, я схватился за меч скорее инстинктивно, чем в надежде сильно навредить тому, кто сюда спешил:
— Быстрей! — скомандовал я, отталкивая вторую лодку подальше, как назло, дно здесь было мелкое около полумили от берега, — уплывайте немедленно!
— Король, вы должны быть с нами! — упрямился мужчина, запрыгивая в лодку.
— Я сказал, быстрее! — рявкнул я, поторапливаясь выйти из воды.
На берегу ещё оставались две лодки, как вдруг из чащи выскочил Ивир, за ним, приминая деревья, что едва достигали до груди, бежал тролль. Гигантская дубинка, что напоминала по размерам дерево, пронеслась над головой эльфа, он чудом успел отпрыгнуть, когда орудие тролля врезалось в землю. Проклятые гоблины специально вооружали и натаскивали своих туповатых соседей на охрану территорий, и как я мог забыть?! Теперь, когда мой грифон был слишком стар для полетов, о троллях нельзя было забывать никогда!
— Справа! — только и успел крикнуть я, как из-за макушек елей вынырнула еще одна бошка. — Все в лес! — скомандовал я и эльфы бросились врассыпную, затаившись за деревьями.
Я стоял, прижавшись спиной к толстому стволу и лихорадочно решал, что же делать, ведь нюх у троллей, в отличие от зрения, был отменный, они нас отыщут за полчаса и непременно сожрут. Взглянул наверх, ствол был слишком гладким, ветви начинались высоко, осмотрел следующее дерево, перебежал, осторожно оглядываясь. Где-то у берега раздался треск — тролли крушили наши лодки, отрубая пути назад. Наконец, нашлось подходящее дерево, подпрыгнув, зацепился за ветку и вскарабкался выше, затем ещё и ещё, тролля можно было победить только с высоты. Набрав побольше воздуха, громко свистнул, привлекая внимание громил, деревья зашевелились. Ивир понял мой план, и вот свист, с другой стороны, начал сбивать тролля с толку.
Двое горных подобрались к нам, свист раздавался со всех сторон, они никак не могли сориентироваться, куда же бросаться, мои люди заманивали тролля ближе к дереву, кто-то из них выскочил, пробежавшись перед здоровяком, скрылся за деревьями. Тролли туго соображали, одного из них направили спиной ко мне, разбежавшись, прыгнул на громадину. Карабкаясь по тряпкам, прикрывавшим уродливое тело, почти подобрался к голове, как вдруг сзади хрустнули деревья: управляемые тролли, сразу трое, выскочили на поляну. Нас быстро схватили, упрятав в грубые плетёные корзины за спинами троллей.
Обмолвившись о чем-то на зарнатхском, гоблины направили горных в лес, всё дальше отдаляясь от залива, положение становилось отчаянным. Приняв более-менее нормальную позу, я выкрикнул:
— Как вы смеете пускать горных тварей на меня и моих эльфов! — сощурив черные глаза, на меня обернулся наездник, пользуясь привлечённым вниманием, продолжал, — мы прибыли к вашему князю, с торговыми предложениями, а вы нас травите троллями и сажаете в корзины!
— Ага, как же, — отозвался сморщеннолицый уже на едином языке, — а по что зверья наловили и в лодки сложили?
— Ты только что обвинил меня в воровстве? — изобразил верх негодования я, — что нам было есть, пока бы мы шли к князю? — возница вновь окинул меня взглядом, засомневавшись.
Стоя сгорбленным, в испачканной одежде в коробе тролля я вряд ли выглядел внушительно, но изо всех сил старался показать честь и достоинство, и что всё это сейчас оскорбили.