Невинная штучка Итана 2 (СИ)

— Думал о тебе весь день... — Итан сглатывает, вскидывая горящие похотью глаза. — Ты пила?
— Немного шампанского… — отвечаю осипшим от волнения голосом и сразу же облизываю пересохшие губы.
— Ясно, — хмыкает Святой, приковывая взгляд обратно к отяжелевшей груди. Я начинаю чаще дышать и покрываться жгучими искорками, а он, как будто наслаждается моим нестабильным состоянием.
Выжидая нужного момента, сверлит заострившиеся от возбуждения соски опасным взором.
— Царевна, мать твою… — в его бархатном голосе прорезается хрипотца, — поехали домой. Приготовим ужин и проведём ночь вместе. К черту ваша вечеринка. Ты мне нужна, Энни. Хочу тебя для себя…
***
В произношении слов, наполненных возбуждающими низкими вибрациями, сквозит какое-то безнадёжное отчаяние. Оно цепляет за тоненькие струны моей души. Ударяет по кончикам нервов и заставляет их дребезжать и покалывать. Внутри от этих искрящих вибраций поднимается жаркая волна, в душный клубок сворачивается у самой груди и пульсирует.
Сегодня у нас обоих выдался тяжёлый день. А как хорошо он начинался…
В один миг всё завертелось, как в худшем бразильском сериале: полчаса разлуки вылилось в долгие часы ожидания. И вот сейчас, наконец встретившись с ним, хочется отшвырнуть эфемерную обиду, запрыгнуть на Итана, обвить руками сильную шею, вдохнуть, ногами оплести крепкий торс и повиснуть на нём, как голодная обезьянка на ветке с бананами.
«Аня, блин, очнись!!!» — мой внутренний голос, как предупреждающая сирена, начинает звучать всё громче и громче. — «Возьми себя в руки, девочка! В конце концов, ты не панацея от хмурого настроения Святого. Не смей бежать за ним по первому зову! Не поддавайся на провокации! Пусть сначала осознает, нужна ты ему или нет».
— Итан, — поспешно запахивая халатик, рвано втягиваю воздух. Приходится сглотнуть образовавшийся в горле ком.
Сердце стучит как бешеное, пытаясь проломить рёбра и выскочить наружу. Один Бог знает, чего мне стоит ему отказать. Даже если я сейчас сорвусь с места и убегу, моя душа всё равно останется к нему приклеенной. Но только душа! Тело нужно уносить обратно в дом, пока ещё не поздно…
— Мне пора, — говорю, собрав последние крохи храбрости.
Надеюсь, что мой протест он трезво расценит и поймёт меня, как женщину, которую сам же отодвинул на второй план из-за болезненного прошлого.
— Увидимся завтра, Святой. Девочки меня ждут.
Усмехнувшись напоследок, я делаю шаг в сторону, чтобы смыться, но не тут-то было! Итан ловит меня за талию и возвращает на место, пронзая колючим, пробирающим до костей, взглядом.
Вот, черт!
— Ты серьёзно полагаешь, что я тебя отпущу, Эн? — мужчина проходится тяжёлым взглядом по моему лицу, шее, подбородку...
Кажется, что в эту секунду пространство сужается вокруг нас, превращаясь в небольшую тесную капсулу. Он наполняет её своим пьянящим запахом, неимоверной энергетикой и мужской силой. Накрывает меня такой сопредельной мощью, что в лёгких от пекла не остаётся воздуха. В очередной раз напоминает о том, как он на меня волнующе действует.
— На что ты рассчитываешь? — упираюсь ладонями в твёрдую грудь. Она ходит ходуном, словно внутри встроенный какой-то мощный поршень. В ней сердце начинает разгоняться также быстро как и моё, греметь под горячей смуглой кожей и разбивать ударами ладони. Его нервное и физическое напряжение передаётся мне до последнего импульса. — Если исключить секс между нами по той простой причине, что я испытываю дискомфорт… там… внизу… и пока не готова к большему, ты согласишься лечь со мной в постель и тупо уснуть? А, может быть, мы просто проведём ночное время за просмотром какого-нибудь романтического фильма и поеданием попкорна?
— Эээн, — Итан выдыхает разочарованный стон, — ты невозможная. Есть много способов, чтобы провести приятно время и доставить друг другу удовольствие. Необязательно смотреть фильм и лопать попкорн. Кстати, я его терпеть не могу!
Надавив ладонью на боковую часть бедра, скользит ею к ягодице. Задирает халатик и впивается пальцами в мякоть мышц. Сжимает с тягучим утробным стоном, припадая губами к моей шее. Током жалит. Сладко до невозможности. Целует, внедряя под кожу ослепительные вспышки удовольствия. Я едва держусь на ногах, через силу сдерживая эмоции. Перед глазами всё плывёт, превращается в радужное желе. Мир становится нереально сказочным… Шатким…
 
— Поехали со мной, малыш… — прижимает к себе так жадно и тесно, что я чувствую животом его эрекцию под джинсами.
— Итан… Итан, остановись, — сглатываю, пытаясь вынырнуть из сладостной пучины, в которую он намеренно меня утаскивает. С каждым горячим поцелуем затягивает всё глубже и глубже. На дно…
Раздвигает мои губы, касается языка. От этого прикосновения по крови яд растекается. Душу отравляет.
Он врывается в мой рот наглым образом, разрушая только что выстроенные мною барьеры.
Всхлипнув, отрываюсь от его рта.
Делаю большой глоток воздуха.
— Нам лучше побыть врозь этой ночью и подумать, стоит ли вообще затевать эти странные отношения, — лепечу, рвано дыша. — Они же чистой воды потребительские! Ты тратишь на меня кучу денег и ждёшь, что взамен я стану платить своим телом. Тебя не тошнит от этого?
— От чего? — резко распахнув веки, Итан фокусируется на моих глазах. — От того, что ты мне нравишься, как женщина? Что возбуждаешь меня? От того, что за последнюю неделю я, блять, как дурак, думал о тебе чаще, чем о Матильде за последние несколько лет?
— Ложь! Ты и сейчас думаешь о ней! А находишься здесь! Со мной! — прорычав, пытаюсь оттолкнуть его от себя. — Со мной ты ищешь возможность забыться! Я же тебя ни о чём не просила! Ты сам предложил переехать к тебе. Зачем? Чтобы трахаться по вечерам или когда тебе будет удобно?
— Эн! Ты давишь на меня своими глупыми намёками, — понижая голос, выпускает меня из рук, но не из поля зрения. Его нехило потряхивает, также как и меня. Цепкий взгляд воспламеняется похотью. В зрачках вспыхивает искорками злость. — Если для тебя это так принципиально, то мы можем попробовать встречаться.
— Как? — смеюсь отчаянно. — Живя под одной крышей, как настоящая пара? Это уже маленькая семья, если ты не в курсе. Люди просто так не сходятся, чтобы иметь под рукой партнёра для секса. До завтра, Итан! — выплеснув на него все накопившиеся в сердце эмоции, наконец нахожу силы направиться к калитке.
— Энни! Ну какая, блять, семья?! — его слова доносятся в спину и бьют под рёбра, больно вышибая воздух. Даже в глазах темнеет. — О чём ты вообще? Почему нельзя пожить, ну не знаю… Как это делают другие!
Взявшись за железную ручку, оборачиваюсь к Святому. Держусь слишком крепко, аж пальцы немеют, издавая хруст. Главное, не оторваться и не улететь обратно к человеку, у которого магнетизм зашкаливает так же сильно, как и нелюбовь…
— Ты не понимаешь, Итан. Я хочу быть уверенной в том, что я для тебя значу больше, нежели обычное сексуальное увлечение. Или необычное. Называй, как хочешь.
— Цветы хотя бы возьми, — он устало выдыхает, разъединяя на груди скрещенные руки.
— Какие цветы? — опешив, отслеживаю его движение к машине.
Итан открывает пассажирскую дверцу и вытаскивает из салона огромный завораживающий букет. Моё сердце тотчас обрывается. Падает камнем вниз и разбивается на тысячи осколков.
Орхидеи куда ни шло…
Но каллы…
Они ассоциируются у меня с разлукой, как и все жёлтые цветы.
Это недобрый знак, чувствую сердцем, которое застыло в панике и едва шевелится.
У мамы на свадьбе был букет из нежнейших молочных калл с едва заметной розовой поволокой. Вскоре она с отцом развелась и возненавидела эти цветы. «Вестники разлуки» — так она отзывается о них.
— Эн… Я хотел пригласить тебя на романтический вечер…
— Спокойной ночи, Итан, — говорю сипло. Моё горло болезненно сжимается, и я, хватаясь за него рукой, просто сбегаю. Захлопываю за собой калитку и прислоняюсь к ней спиной.
«Зачем я это делаю?» — спрашиваю себя, прикусывая губу так сильно, что во рту начинает чувствоваться привкус крови. — «Зачем я его отталкиваю? Зачем???»