Невинная штучка Итана 2 (СИ)

— Ты дрожишь, — хрипит, задевая большим пальцем «оголенный» сосок. Я вздрагиваю, судорожно вцепляясь в его плечи. По телу проскакивает разряд. Предельно бьёт по чувствительной промежности, когда к ней прикасается головка его члена. Поражает нервную систему. От перенапряжения отключает внутренние ресурсы. Во мне будто пробки горят. А после резкого контакта запускает по новой электричество. Раскидывает по всему телу…
Растворяясь в шуме прибрежных волн и нашего сбивчивого дыхания, я быстро теряю ориентиры. Погружаюсь в тягучую массу ощущений, но расслабиться не могу. Скольжу по Итану пальцами, чувствуя напряжение мышц, и сама сжимаюсь в один сплошной трепещущий комок. Реагирую на ласки почти болезненно. Со стонами. Он стискивает ладонями груди, зажимая между пальцами соски. Дразнит их. Распаляет меня всё больше и больше. Вынуждает задыхаться под своим горячим подвижным телом.
— Итан… Боже мой, Итан… — сдавленно лепечу, когда его губы касаются шеи. Клеймят её, обжигают влажными поцелуями. Спускаются к ключице и ниже… Лёгкая небритость царапает мне кожу. Он колючий, но это не мешает наслаждаться тем, что он делает. Всё слишком остро. На грани безумия.
— Расслабься, Эн. Всё хорошо, малыш. Тебе понравится… — шепчет, окутывая своим стойким и дурманящим запахом.
Вдыхаю его, прикрываю глаза и отдаюсь наслаждению, чувствуя, как дрожат кончики моих пальцев. Как проносятся мурашки по позвоночнику. Он пахнет морем, терпким грейпфрутом, тёплым ароматом горящего костра, животной энергетикой, сексом, настоящим мужчиной. Властным и одновременно нежным.
Господи, как же я люблю его. Люблю. Такого, как сейчас. Моего Итана. Только его. Мужчину, который пьянит похлеще любого коньяка с тридцатилетней выдержкой. Терпкий. Страстный. Настойчивый. Мой. Он только мой. Никому не отдам.
Он забудет Мэт. Забудет. Полюбит меня. Обязательно полюбит. Как я его полюбила — на всю оставшуюся жизнь.
Эти мысли проносятся в голове и вспыхивают как факелы. Становится горячо. Оплетаю его руками и ногами. Тело охватывает жарким пламенем. Кровь закипает в венах, подогревая возбуждение. Оно вытекает наружу вязкой патокой. Впитывается в полоску тоненьких трусиков. Сдвинув их в сторону, Итан приставляет ко входу член, размазывает им влагу, а затем, сковав меня крепкими объятиями, толкается без лишних слов и проволочек. Резко. С глухим рычанием. Глядя в мои глаза, заполняет собой до упора.
— Итааан! — под шквалом эмоций я выгибаюсь. Со свистом втягиваю воздух. Разбиваясь о новые ощущения, схожу с ума.
Очень остро. На грани сладостной боли. До блестящих плавающих точек перед глазами. Голова моментально идёт кругом. Мир начинает вращаться и дрожать вместе со мной.
Склеившись, цепенеем оба.
— Расслабься, — рычит Итан сквозь сцепленные зубы. — Не сжимай меня. Иначе будет быстро, а я, блять, не хочу кончать.
Я не могу не сжиматься. Не выходит. Для меня он слишком большой. И сейчас, кажется, он становится ещё больше, ещё горячее. Обжигающим.
Наполняя собой, растягивает до болезненных пределов. Конечно же не таких, как в первый раз. Сейчас всё по-другому. Он пульсирует в моём теле как ток. Распаляет неведомое до этой секунды желание ощутить каждый его толчок. Я хочу, чтобы Итан двигался. Чтобы гасил это чертово жжение между ног. По инерции приподнимаю таз.
— Пожалуйста, Итан, пожалуйста…
— Энни, черррт! Замри! Замри, блять! — железная хватка тотчас обжигает бедро. Вскрикиваю, ответно впиваясь ногтями в бицепс. Кажется, вспариваю кожу до крови. — Ты слишком тугая, — шипит. — И это, мать твою, это… Солнце, ты просто космос… Ты невероятная, мать твою!
Цепляемся друг за друга губами. Скользнувшее в рот ругательство растворяется в моём низком стоне. С неистовой жадностью сплетаемся языками. Это финиш. Я теряю рассудок. От алкоголя меня так не вело, как кроет от его вкуса. Божжжеее…
***
Чувствую, как его тело становится каменным. Буквально искрит напряжением. Вздымающаяся от частого дыхания грудь, плечи, сильные мужские руки — всё бугрится тугими мышцами. Под кожей пробиваются вены.
 
Трогать Святого, прижиматься к нему, обнимать его, ощущать в себе его горячую плоть — одно сплошное удовольствие.
Сладкая томительная дрожь наполняет моё тело, как только он начинает медленно двигаться. Целуя, погружает в трассовое состояние.
— Вкусная Энни… — хриплые нотки его голоса ударяют по всем чувствительным рецепторам. Обезболивают. — Сладкая… Солнце моё. Хорошая девочка. Красивая… невинная штучка…
Прикрываю веки и улетаю под его хриплый смешок.
Вжатая в песок любимым мужчиной, чувствую себя, как на карусели. В голове калейдоскоп самых ярких и незабываемых картинок. Они сменяются одна за другой, прячась в надёжных уголках моей памяти. Я буду их оттуда вытаскивать, когда мне захочется вспомнить этот чудесный момент.
— Ты же будешь со мной? Будешь? Скажи мне. Скажи, что не бросишь меня… Скажи, что будешь рядом. Всегда, Итан. Всегда, — лепечу, задыхаясь и покачиваясь под ним. Кажется, сердце вот-вот разорвётся.
Глажу ладонями его затылок, шею, плечи. Хватаюсь за него, ощущая в груди прилив невероятного счастья. Глаза начинает жечь. Господи, я плачу… Итан — он ведь мой воздух. Моё сердцебиение. Мой смысл жизни. И он сейчас со мной. Хочу, чтобы всегда был рядом. Чтобы принадлежал только мне.
Боже, он меня трахает. Трахает! Думаю об этом, и щёки ещё больше разгораются смущением. И он доволен мной. Господи, он не врал, что мне понравится. Мне хорошо. Так хорошо, что хочется разрыдаться. И ему хорошо. Хорошо же? Хорошо?
— Не брошу, Эн. Расслабься, прошу, — натужно выдыхает мне в губы. — Ты слишком узкая. Мне тяжело держать всё под контролем…
С каждым плавным толчком улавливаю его пульсацию. Вздрагиваю. Выдыхаю стоны. Он проталкивается всё глубже и глубже.
Сфокусировав на его лице взгляд, замечаю, как напрягаются под кожей желваки. Заостряются скулы. Как он краснеет, плотно стискивая зубы. Как становятся влажными его лоб и виски. Как на них вздуваются вены. Дыхание становится учащённым и прерывистым, а по его вспотевшей коже то и дело проскакивает крупная дрожь.
— Что не так? — теряюсь, не понимая его ощущений. — Тебе больно?
— Черррт. Нет, Энни... Мне, пиздец, как хорррошо…
Перекатываясь в моей тесноте, Итан начинает ускоряться. Становится нетерпеливым. Голодным до секса. Как будто спустя годы дорвался до чего-то вкусного и хочет насладиться в сию же секунду. Всем и сразу.
— Мне отлично. Впусти меня глубже. Не сжимай член, Энни… — неразборчиво рычит в такт движениям таза.
Интуитивно подчиняюсь. Развожу бёдра шире. Делаю, как просит. Рвусь ему навстречу. Впечатываюсь в него с каждым жадным толчком. — Да, малыш. Вот так. Дааа. Хорррошо…
— Божжжеее…, Итааан… — сердце будто замирает. Останавливается. Захлёбываюсь эмоциями. Это… Это невозможно передать словами. Тело плавится и заряжается энергией. Искрит. — Пожалуйста, только не останавливайся… Пожалуйста… Итан. Ещё.
— Не буду. Черррт… — он снова оглушает меня хриплым рычанием. Целует висок, ухо, шею, грудь… — Ты космос, детка. Космос, мать твою! Космос…
С жадностью впивается в губы. Пьёт и не может насытиться. Меня швыряет в омут удовольствия. Кружит, поднимая ввысь. Не могу справиться со всеми эмоциями. Они рвутся наружу гортанными стонами. Вскриками. Бормотанием чего-то бессвязного. Ощущения искрят и жалят током, сводят с ума. Погружаясь в сладостную агонию, мечтаю, чтобы эта близость длилась вечность. Чтобы только так. Остро и крышесносно. Только он и я. И наша любовь.
— Божжжеее, божжже, мамочки, божжже! — охваченная его горячностью задыхаюсь, кричу, что-то лепечу невнятное. Такого со мной никогда не было. Это невероятно. Это… Это просто ошеломляюще. Какой-то сумасшедший кайф.
Скользнув ладонями по его влажной спине к ягодицам, сжимаю их. Как раз тогда, когда он проникает в меня глубже, чем обычно. Не выдерживая всплеска ощущений, выгибаюсь под ним. Принимаю, выкрикивая его имя. Он ловит мои губы, вбирая в себя всё, чем я в состоянии делиться. Впитывает. Размазывает меня по земле снова и снова, трахает жарко и горячо. Врезается до упора. Резко. Грубо. Доводя обоих до пика безумия.