Южная пустошь - 3 (СИ)
Призванная душа услужливо подкинула типичный образ Настеньки из сказки «Морозко». Живела была точно такая же. Я понимала, почему Фиодор запал на эту девицу, в ней все было хорошо… Слишком хорошо, чтобы быть правдой. И именно поэтому я все же с некоторым ехидством заявила, в ответ:
— Ваше величество, а вы уверены, что ваша невеста настоящая? Она так хороша, что кажется произведением искусства, а не живой…
— Разумеется, ваше величество. Я очень рад, что вы так высоко оценили мою Живелу, — засиял абсолютно счастливый король, которые не заметил в моих словах никакого подвоха. Это еще раз доказывало, мужчины резко тупеют, когда дело касается той, которая сумела пробраться в их сердце. И мой сын, к сожалению, не исключение.
А вот девица поняла мой намек на то, что вся ее внешность и кротость всего лишь нарисованная опытным художником картина, от которой есть совершенно определенная польза: она скрывает дыру в обоях… И я готова поклясться, на какое-то мгновение в ее кротком взгляде мелькнула ее реальная черная, змеиная натура.
С этой Живелой надо было быть очень осторожной. И попытаться как-то открыть глаза сыну на все это хитрое притворство.
Из-за этой проклятой девицы, я не сразу обратила внимание на то, что должно было броситься в глаза первым…Возле Жерена, слегка наклонившись к нему стоял высокий, немного бледный молодой человек, который периодически что-то нашептывал ему на ухо. Дрыщ был прав… Если знать, что этот странный молодой человек и есть маг, то сразу становилось понятно, во королевством замке, прямо сейчас во время официального приема королевы из страны,являющейся вассалом Грилории, магов гораздо больше, чем я могла бы себе представить. Рядом с каждым главой Высокого рода стоял бледный мужчина. Они отличались телосложением, возрастом и внешностью, но помимо неестественной бледности их выдавали еще и странное желание быть ближе к тому, кого они, по всей видимости, должны контролировать, и постоянный шепот… Все это было так очевидно, что я не понимала, почему Фиодор ничего не видит… Хотя, мой взгляд снова наткнулся на кроткий взор Живелы, эта наглая девка в сердце моего брата, все объясняла.
— Ваше величество, — склонила я голову, демонстрируя положенное по протоколу почтение, — мне хотелось бы получить личную аудиенцию, — сдержанно улыбнулась, — вы же слышали, что при постройке крепостных стен Златограда, мы обнаружили казну погибшего города? И я хотела бы обсудить некоторые нюансы этой находки…
Конечно же, золотые ельки были только поводом, но здесь было слишком много народу, и чересчур много магов, чтобы говорить открыто о том,что меня волнует…
— Разумеется, ваше величество, — согласился Фиодор, — я приму вас через свечу… Как только закончу общение с подданными.
Время меня устраивало, и я, рассыпавшись в положенных благодарностях, отправилась прочь из тронного зала. Мне очень хотелось оказаться как можно дальше от пристальных и даже как будто бы липких взглядом мерзких магов, которые рассматривали меня, как инфузорию-туфельку под микроскопом.
Приезжая в Ясноград, я всегда останавливалась с своих собственных покоях. Все эти годы Фиодор не трогал комнаты, которые я занимала будучи королевой. Но сегодня служанка подвела меня совсем в другую сторону.
— Милочка, — окликнула я ее, когда она свернула не туда, — вы ошиблись, мои покои там, — кивнула я, указывая направление.
Служанка тут же присела в реверансе и опустив голову, сообщила:
— Простите, ваше величество, но его величество Фиодор велел поселить вас в гостевых покоях… — она на мгновение запнулась и тихим, еле слышным шепотом добавила, — госпожа Живела захотела занять ваши покои, и его величество не стал ей перечить… А мы не смогли перечить королю…
Я прикрыла глаза, чтобы мой взгляд не выдал ярость, которую я испытывала по отношению к этой мерзкой притворщице, и прикусила губу, чтобы не выругаться так, как не пристало ругаться королеве.
— Хорошо, — кивнула я, после мгновенной паузы, надеясь, что мой голос звучит достаточно спокойно, — веди меня туда, куда приказа его величество. — И мысленно добавила, что потом сама с ним поговорю. Он должен понять, что его невеста совсем не та, за кого себя выдает.
Гостевые покои располагались не том же этаже, что и личные покои королевской семьи, но в другом крыле. Я ждала, что буду жить одна на пустом этаже, но оказалось, что почти в каждых комнатах уже жили какие-то люди. Служанка, к сожалению, ничего толком не знала, и это мне тоже не понравилось. Складывалось впечатление, что королевский дворец превратился в проходной двор. Обычно так много гостей здесь было только по самым большим поводам, вроде королевской свадьбы.
На мгновение мне стало дурно, но я тут же отмела так напугавшую меня мысль. Все же Фиодор не стал бы скрывать от меня такое важное событие, как собственная женитьба… Я очень хотела в это верить.
Через свечу ко мне постучался камердинер его величества. Это тоже несколько отличалось от принятых между мной и Фиодором правил общения. Обычно он сам приходил ко мне и мы вели неформальную беседу в моих покоях. Но спорить я не стала. Подхватила кое-какие документы, с которыми планировала ознакомить брата, и зашагала вслед за слугой в королевский кабинет.
— Ваше величество, очень рад вас видеть, — меня с поклоном встретил секретарь Фиодора. Этого мальчика я запомнила по прошлому визиту, он был весьма толковым сотрудником, который работал на своем месте не за страх, а на совесть. Но сейчас меня что-то насторожило в его взгляде… Как будто бы мальчишка хочет что-то сказать, но то ли боится, то ли не может. — Его величество и госпожа Живела ждут вас…
От неожиданности я едва не споткнулась:
— Госпожа Живела? — повторила я, опустив вторую часть фразы: «А что эта девка делает в кабинете, если я просила о личной аудиенции?»
Но мальчишка-секретарь понял меня правильно.
— Госпожа Живела повсюду сопровождает его величество, — произнес он, как будто бы безразлично. Но глаза выжали его настоящие чувства. Он мне жаловался. Он понимал: происходит что-то не то, и надеялся, что я разберусь с этой неприятной ситуацией.
Я кивнула… Разберусь. Эта девица, определенно, ведет себя чересчур нагло. И как ни жаль, но я не могу схватить эту мерзкую магичку за косу и выволочь на улицу. Я королева и это королевский замок, а не Нижний город, где подобный скандал был бы к месту. Мне же придется идти другим путем…
Толкнув дверь, я вошла в кабинет… Фиодор сидел за столом, Живела стояла за его спиной, склонившись к уху моего сына и что-то ему нашептывала, а он улыбался и кивал.
— Ма… — начал он, но тут же исправился, — ваше величество, прошу, проходите…
Я нахмурилась. Это был плохой знак. Очень плохой. Раньше мы никогда не общались так официально за закрытыми дверями. А еще я могла поклясться, что в этот самый момент, когда я молча склонила голову, приветствуя главу государства-сюзерена, в глазах сучки-Живелы появилось злорадство. Но тут же пропало смытое кротким, коровьим взглядом. Эта тварь еще опаснее, чем я думала.
— Ваше величество, — улыбнулась я, чувствуя внутри боль. Мне еще никогда не приходилось притворяться в общении с сыном, — я хотела бы поговорить с вами наедине. Вопрос касается дел, о которых лучше не знать посторонним.
И тут я допустила ошибку… Взгляд Фиодора помрачнел, он упрямо поджал губы и заявил:
— Живела не посторонняя. У меня нет секретов от моей невесты. Вы можете говорить без всякого страха, — в этот раз такой формальный тон дался моему сыну гораздо легче. Обида на то, что я назвала девку посторонней, была настоящей, а не навязанной.
— Ничего, — прощебетала Живела тихим, тоненьким и нежным голоском, который невольно заставлял прислушиваться к ней, замирая и почти не дыша, — милый, если твоя мама против того, что я рядом с тобой, я могу уйти…
Я сжала губы. Мерзавка обыграла сцену таким тоном, как будто бы я пыталась прогнать ее не из кабинета, а из жизни моего сына. Хотя я хотела, конечно, но не собиралась делать это вот так открыто и грубо. На лицо Фиодора набежала тень. И я торопливо добавила, чтобы пояснить ситуацию и устраивать конфронтацию на невыгодных для меня условиях.