Кинг (ЛП)

«Пристегните ремень безопасности».
Я моргаю, глядя на него, но слезы все еще застилают мне глаза.
Плакала ли я все это время?
«Пристегни ремень безопасности», — снова требует Кинг, когда его плечи заполняют проем открытой двери.
Даже если бы кто-то сейчас прошел мимо, он бы меня даже не увидел.
И если бы они это сделали…
Я не могу позволить кому-то умереть из-за меня.
  
Мои руки трясутся так сильно, что мне требуется две попытки, чтобы хотя бы схватиться за ремень безопасности.
Мой похититель вздыхает. «Я сделаю это».
Прежде чем я успеваю его остановить, Кинг вырывает ремень из моей руки.
Все еще держась одной рукой за дверной проем, он наклоняется к машине, поворачивая свое тело и прижимая нас грудь к груди, и тянется, чтобы застегнуть мой ремень безопасности.
Эти дикие золотистые глаза, которые я думала, что больше никогда не увижу, так близко. Небольшое количество света от уличных фонарей над головой отражается от его радужных оболочек, и я не знаю, сильнее ли меня пугает то, что я все еще нахожу его таким привлекательным.
«Останься», — шепчет Кинг и уходит. Дверь захлопывается за ним.
Моя грудь расширяется. Мое подсознание затаило дыхание, когда он был так близко.
Кажется, секунду спустя Кинг садится на водительское сиденье рядом со мной. И меня охватывает чувство вины. Я даже не пыталась бежать.
Он что-то перекидывает через плечо, и я прослеживаю его движение глазами, чувствуя себя немного ошеломленной при виде своей сумочки.
Когда я её уронила?
Когда он её подобрал?
Конечно, он не мог оставить её в коридоре. Не может быть никаких доказательств, что я была там. Кроме ключей от моей машины, которые лежали где-то внутри той квартиры.
И, конечно же, он бросил сумочку так далеко назад, что я не смогла до нее дотянуться.
У меня там нет ничего, что можно было бы использовать в качестве оружия, но у меня есть телефон, который сейчас очень пригодится, чтобы позвонить в полицию.
Двигатель оживает, и я покидаю квартиру своего мертвого, не совсем парня вместе с его убийцей.
ГЛАВА 5
Кинг
Ну, черт возьми. Я не так планировал провести сегодняшний вечер.
Женщина на сиденье рядом со мной звучит так, будто она на грани потери контроля, поэтому я веду машину одной рукой и держу ближайшую к ней руку свободной на коленях. Таким образом, я готов, когда она в конце концов решит отомстить. Потому что я уверен, что это произойдет.
Мы проезжаем под уличным фонарем, а затем резко поворачиваем, чтобы объехать здание Лиланда, и тонкие желтые полоски света мерцают на ее заплаканной щеке.
Я не причиняю вреда женщинам. Я определенно не убиваю женщин. Но мне нужно, чтобы она продолжала сотрудничать в настоящее время. А страх всегда оказывался быстрым и основательным мотиватором.
Мне действительно жаль, что я ее похитил, но если бы она не появилась на пороге этого ублюдка, ее бы сейчас не было в моей машине. Так что, на самом деле, это в основном ее вина.
Я нажимаю на педаль тормоза, чтобы сделать последний поворот обратно на дорогу, проходящую перед домом Лиланда, когда замечаю, что Саванна начинает тянуться к ремню безопасности.
Пока одна рука крутит руль, я скольжу другой по центральной консоли и кладу руку на пряжку. Она смотрит вперед, играя в послушную заложницу, поэтому не видит движения.
Я ожидаю, что она отдернет руку в ту же секунду, как ее пальцы коснутся моей кожи, но она, кажется, не понимает, что касается меня. Ее пальцы растопыриваются, когда она пытается нащупать пряжку, и вот тогда она замирает, нежно держа мою руку.
Почти комично, как ее голова медленно поворачивается, как ее взгляд медленно опускается, прежде чем она с криком отдергивает руку.
Ладно, может я и не смеюсь, но улыбаюсь.
Она не должна быть такой милой, с ужасом в глазах и слезами на щеках, но она такая. И я давно понял, что не нужно бороться со своими эмоциональными реакциями. Жизнь становится намного веселее, когда ты просто позволяешь себе чувствовать и не заморачиваешься психоанализом каждого момента до смерти.
«Пожалуйста, отпустите меня», — ее шепот дрожит, и она обращает взгляд к своим коленям, где ее руки теперь сцеплены вместе.
Вместо ответа я нажимаю на газ, и мы проезжаем мимо паршивого многоквартирного дома Лиланда.
Когда проходит еще одна минута молчания, она пытается снова.
«Я н-ничего не скажу».
Я чувствую, как она смотрит на меня, но вместо того, чтобы встретиться с ней взглядом, я убираю руку с ее ремня безопасности, чтобы нажать на экран на панели приборов и позвонить. «Я знаю».
Из динамиков машины раздается громкий звон, и Саванна подпрыгивает на сиденье.
Я регулирую громкость, и он звонит еще раз, прежде чем на звонок отвечают. «Тебе уже пора спать, старик. Почему ты не спишь?»
Придурок.
«Мне нужно прислать уборщиков…» — начинаю я, но мои слова заглушаются отчаянными криками Саванны.
«Помогите! Помогите!» Она наклоняется вперед на своем месте, глядя в потолок в поисках микрофона. «Вы меня слышите?! Меня похищают! Помогите!»
Наступает минута тишины, а затем в машине раздается смех Неро.
Саванна отшатнулась от шума, прижавшись спиной к сиденью.
«Чёрт, Кинг. Наконец-то ты звонишь мне с чем-то интересным», — продолжает смеяться Неро. «Не могу дождаться, чтобы услышать эту историю».
Я зажимаю переносицу. Это не улучшит мою ситуацию.
«Ты мне не поможешь». Это утверждение, и Саванна произносит его тихо, но Неро все равно слышит.
«Извините, леди. Если мой мужчина взял вас, то это для вашего же блага. Или, может быть, для его блага». Я могу представить себе глупую ухмылку, которая, вероятно, у него на лице.
Саванна бросается к дверце машины, резко дергая за ручку.
Но дверь не открывается и не откроется, пока я сам не решу открыть ее для нее.
«Перестань», — говорю я ей.
Она этого не делает.
«Прекрати!» — кричу я, пытаясь преодолеть ее панику.
Пока она продолжает попытки, ее рыдания переходят в икоту, я продолжаю держать руль левой рукой и наклоняюсь, захватывая оба ее запястья своей правой рукой.
Она кричит, и этот звук в замкнутом пространстве становится почти оглушительным.
«Иисусе, женщина!» Она почти высвобождается от моей хватки, поэтому я крепче сжимаю ее. «Просто успокойся, черт возьми!»
Ее сопротивление только усиливается, и мне приходится притянуть ее руки к себе, наполовину перекинув ее через центральную консоль, чтобы удержать ее.
Используя свое предплечье, чтобы прижать ее руки, я держу ее руки сжатыми вместе на своих коленях. Я уверен, что ей это неудобно, но если она заставит меня разбить мою любимую машину, я буду зол.
Нажимая на газ, я пролетаю на желтый свет и направляюсь к въезду на автостраду.
«Помнишь, что я говорил о стрельбе по любому, кто придет тебе на помощь?» — выдавливаю я, и она наконец замолкает. «Это касается и спасателей. Так что, если ты заставишь меня разбиться, мне придется начать убивать спасателей, и ты станешь непосредственной причиной смерти для многих людей».
Она обмякает, опускает подбородок вниз, ее лоб касается моей руки.
Признаю, что, возможно, прошло слишком много времени с тех пор, как я последний раз трахался, потому что этот контакт начинает меня раздражать. И чувствовать ее дрожь, с рыданиями, напротив меня не должно возбуждать… меня.
Внутри автомобиля наступает блаженная тишина. Пока ее не нарушает металлический гул и тихий звук чего-то хлопающего.
«Ты что, правда сейчас готовишь чертов попкорн?» Неро не отвечает, но ему и не нужно, так как за него отвечает участившийся хлопающий попкорн. Я вздыхаю. «У нас есть поблизости бригада, которая может позаботиться о теле?»
«Если ты в городе, я могу прислать туда ребят в течении минут тридцати. Кто-нибудь тебя видел?»
«Кроме моей жертвы похищения?» Я невозмутимо ответил. «Нет. Меня никто не видел».