Кинг (ЛП)

Его сторона.
По обе стороны окон и дверей висят тяжелые шторы, но никто из нас их не задергивал, так что яркий солнечный свет струится сквозь стекло. Я не знаю, который час, но я явно проспала до утра. Но даже при ярком свете я вижу, что свет в комнате выключен.
Ну… что? Он пришел сюда вчера вечером и увидел, что я сплю со всеми включенными лампами, как испуганный ребенок, и решил просто раздеться и лечь в постель? Как будто это нормально?
  
Это так далеко от нормы, что мой мозг все еще не осознает тот факт, что я все еще в постели. С моим похитителем!
Просто дыши и думай, Саванна.
Моя рука разбросана по его голой талии, как будто мы обнимаемся так каждую ночь. А моя нога… о боже. Моя нога закинута на его бедро. И не наклоняясь, и не приподнимая одеяла, чтобы посмотреть, я могу только молиться, чтобы он не был полностью голым.
Я начинаю оттягивать ногу назад, двигаясь так медленно, как позволяет мое ноющее тело. Видимо, похищение задействует мышцы, которые я не привык тренировать. Но затем рука, которую я еще не заметила, сжимает мои плечи.
Я в ловушке.
Паника начинает размывать границы моего здравомыслия.
Что я делаю?!
Расстояние.
Мне нужна дистанция.
Отбросив попытку скрытности, я отталкиваюсь от крепкого тела человека, который сказал, что комната будет в моем распоряжении.
Он хрюкает, но едва двигается, даже когда я толкаю его со всей своей силой. Но это помогает вытеснить мое тело из его.
Я отползаю назад, одеяла запутываются вокруг моего тела.
«Чёрт, Саванна, я спал», — ворчит Кинг, прикрывая глаза рукой.
«Ты не должен был этого делать!» Мой голос звучит слишком хрипло, но я спишу это на свою панику, а не на вид его бицепсов.
Он поднимает руку достаточно высоко, чтобы прищуриться и посмотреть на меня. «Мне не положено спать?»
«Не здесь!» — я широко размахиваю рукой, указывая на кровать, на которой мы спим.
Он пожимает плечами. Ублюдок пожимает плечами.
И тут меня осенило. Может быть, с ним здесь…
Я перекатываюсь через край кровати, постельное белье падает вместе со мной.
«Холодно!» — хнычет он. Но я не оглядываюсь. Я не хочу знать, полностью ли он голый или только в паре этих блестящих шелковых боксеров. Все, что я хочу знать, — это оставил ли он дверь открытой.
Проклятие, которое он произнес, когда понял мой план, наполняет меня надеждой.
Мои ноги спотыкаются о слишком длинные брюки, и я спотыкаюсь, но когда я дотягиваюсь до ручки, она поворачивается.
Она, блядь, крутится!
Я рывком распахиваю дверь с большей силой, чем необходимо, и клянусь, чувствую, как содрогается земля, когда Кинг спрыгивает с кровати позади меня.
Я трачу долю секунды, необходимую для того, чтобы захлопнуть за собой дверь, надеясь, что это даст мне достаточно времени, чтобы добраться… куда угодно, но я успеваю сделать всего лишь дюжину шагов, прежде чем слышу, как открывается дверь спальни.
«Саванна». В его тоне больше раздражения, чем напряжения, но он все равно вызывает всплеск адреналина в моем организме.
Он не думает, что мне удастся уйти.
Я выбрался из комнаты, в которой он меня запер, но он все еще думает, что мне не удастся выбраться.
Я хватаюсь за талию брюк и натягиваю их как можно выше, чтобы не споткнуться, но мне приходится отпустить материал, когда я достигаю верха лестницы.
Мои носки скользят по деревянному полу, и я выбрасываю руку как раз вовремя, чтобы ухватиться за угол перил. Мой импульс разворачивает меня, и я делаю первые несколько шагов на ужасающей скорости.
«Черт возьми, женщина!» — голос Кинга звучит так близко, что я вздрагиваю и нечаянно отпускаю его.
Крик покидает меня еще до того, как моя нога соскальзывает с края ступеньки.
Падать с этой лестницы будет больно. Будет гораздо больнее, чем если бы Кинг позволил мне упасть в последний раз, когда он гнался за мной. В последний раз, когда он напугал меня, и я споткнулась.
Мои руки машут, отчаянно надеясь на еще одно спасение. Но моя вторая нога следует за первой, выскальзывая из-под меня.
Мой центр тяжести смещается, и я могу только быть благодарной, что падаю назад, а не вперед, в то время как моя задница падает на жесткие ступени подо мной.
Кинг издает хриплый звук за секунду до того, как моя задница ударяется… о тело.
ГЛАВА 18
Кинг
Эта чертова женщина меня прикончит.
Мое плечо болит там, где я дернул за перила, чтобы остановиться. А мои ягодицы и подколенные сухожилия пульсируют там, где они столкнулись с неумолимыми ступенями, второй удар, вес Саванны, сильнее вдавливающий меня в ступеньки, только притупляется ее милой задницей, разбивающей мои яйца.
Я сгибаю руку вокруг ее талии, удерживая ее на месте, даже когда мы вместе прыгаем вниз на еще одну ступеньку. Процесс вызывает новый раунд боли.
Ее крик оборвался, когда она приземлилась на меня, но в ушах у меня все еще звенит от боли в моих чертовых яйцах.
Она шевелится, и я еще сильнее прижимаю ее к себе.
«Просто. Подожди», — я выдавливаю каждое слово, пока боль разливается по моему телу.
Я звучу сердитым. Потому что так оно и есть.
«Извини», — шепот Саванны пробивается сквозь красную дымку, застилающую мне глаза, и я наклоняю голову вниз, пока мой лоб не упирается в ее волосы.
Если бы она действительно хотела меня поиметь, она могла бы ударить головой назад и сломать мне нос. Но даже если бы она умудрилась сломать мне руку, пока она это делает, она бы никогда не ушла с моей территории.
Моя мошонка снова начинают пульсировать, и я переношу вес с левой ягодицы на правую, и этого достаточно, чтобы немного облегчить боль.
Грудная клетка, зажатая между моим телом и рукой, расширяется от глубокого вдоха. «Спасибо, что поймала меня. Снова». Я вдыхаю, наконец отпуская перила, и обхватываю ее этой рукой. «Мне жаль, что ты пострадал. Но…» — она обрывает себя, и я жду, когда она продолжит, наслаждаясь запахом моего шампуня на ее волосах. «Мне не жаль, что я сбежала». Я сжимаю ее. «Я не могу просто позволить тебе держать меня здесь».
Я вздыхаю. «Вот тут ты ошибаешься, милая». Она начинает качать головой, поэтому я поднимаю свою. «Пора».
Саванна напрягается. «Время для чего?»
«Чтобы ты поняла, почему ты собираешься сотрудничать».
Нам обоим приходится распутываться, чтобы подняться, и Саванна пытается стряхнуть мою хватку, когда я хватаю ее за локоть, но я не отпускаю. Я не собираюсь смотреть, как она снова падает, пока мы спускаемся по оставшейся части лестницы. На ногах.
Я продолжаю держать ее за руку, ведя по другому коридору, в противоположную от главной спальни сторону дома, к моему домашнему офису.
В офис, на самом деле. Так как у меня есть своя инвестиционная компания, которая теперь просто использует свои собственные деньги, чтобы заработать себе еще больше денег.
Мне больше не нужно работать. Я мог бы уйти на пенсию много лет назад. Но управлять собственной компанией — это развлекательно, а также очень прибыльно. А у Аспен всегда есть какие-то благотворительные мероприятия, на которые ей нужно, чтобы я разбрасывался деньгами, так что хорошо держать кран открытым.
У меня всегда были способности к числам, но женщина рядом со мной доказывает, что у меня также всегда были слегка нестандартные моральные принципы. Так что, хотя я и происходил из обычной семьи высшего класса, никого не удивило, когда я ввязался в ирландскую мафию. Но к тому времени, как мой отец узнал об этом, я был слишком глубоко втянут, чтобы он мог выкупить меня. И, честно говоря, я наслаждался собой.
Только когда Неро, который пробрался в Братву, и я встретились, и в результате раскрыли тайный заговор по торговле людьми, все изменилось. На бумаге Неро и я должны были быть врагами, но наши сердца никогда не были со старыми семьями. Мы были там по своим собственным причинам. Поэтому, когда мы решили провести новые границы и обеспечить их соблюдение, мы именно так и поступили. И я ни о чем не жалею.