Судьба самозванки (ЛП)

Двадцать восемь
Лондон
Мой отец.
Моему отцу судьбой была предназначена Козима, а она отвергла его. Из-за нее он стал диким и жаждущим крови. Он отвернулся от своего народа, потому что его пара отвернулась от него из-за титула, которым он не обладал.
  
Слова короля возвращаются ко мне, и я закрываю глаза.
Дар темных богов не должен переходить к кому попало, и все же ты держишь ключ в своих руках. Помни это, маленькая Кроу, и как только на тебя упадет изумрудный взгляд, пируй, пока не почувствуешь его душу.
Я моргаю. Мне еще предстоит увидеть изумрудные глаза, но дар.
Дар был передан мне.
Я смотрю вниз, и длинные шрамы на руках блестят в ответ, темнота под ними мерцает, словно в ответ.
Король спас мне жизнь.
Подождите. Маленькая Кроу?
Я вскидываю голову, слезы покалывают уголки глаз.
‒ Мой дядя…
Один мягко улыбается.
‒ Он незаконнорожденный брат короля Артуро. Был изгнан из этих земель много лун назад. Когда король попросил моей помощи, я отправился и нашел его на Острове Изгнания.
Я смотрю на Хайде, но она занята тем, что шарит по комнате.
‒ Я хочу его видеть.
Один кивает.
‒ Я уверен, что, как только тебя коронуют, ты без проблем сможешь вернуть его домой.
Он жив. Мой дядя, или, ну, человек, которого я знаю и люблю, как своего дядю ‒ жив. Я была уверена, что Найт убил и его тоже…
Обрываю эти мысли, когда в груди разверзается небольшая трещина, и я отталкиваю ее. Скоро я разберусь с сердечной болью, но сегодня не тот день.
‒ У тебя есть какие-нибудь вопросы? ‒ спрашивает Один, лезет в карман и достает длинную сигару.
Есть ли? Разве я не всегда хотела этого? Иметь возможность спросить о моем отце, обоих моих родителях, не поднимая тревогу из-за простого упоминания Слэшера.
Я качаю головой.
‒ Мне не нужно знать ничего больше того, что ты мне только что показал, Один.
‒ Твой отец не был злым человеком, не по своей воле. Именно такими становятся некоторые, когда их пара отвергает свою судьбу, ‒ разве я не знаю этого, я была на верном пути. ‒ Я думаю, это так сильно ударило по нему, потому что его пара была не просто обыкновенной девушкой, которую ему никогда не приходилось бы видеть, но королевой, перед его глазами, она должна была создавать семью с другим, публично. Когда он встретил твою мать, я подумал, что с ним все может быть в порядке, он изо всех сил старался любить ее, но у него не было любви, которую можно было бы кому-то подарить, и она скормила себя драконам после твоего рождения.
Я жду, когда меня охватит печаль из-за правды о смерти матери, но она никак не приходит. Я не знала ее, так что единственная печаль, пронизывающая меня до костей ‒ это печаль по отцу. Конечно, в конце концов, он был извращенным маньяком-убийцей, но для него все могло сложиться по-другому, и это не похоже на то, что он был человеком и принял решение убивать. Это было глубже, и находилось вне его контроля.
‒ Лондон, тебе следует знать…
Портал закрывается, и я вскакиваю со стула, взгляд устремляется прямо на Найта. Кровь окрашивает его лицо и волосы, его расширенные черные глаза устремлены прямо на Одина.
Я быстро встаю между ним и Одином, моя рука ложится на грудь Найта. Я задерживаю дыхание, когда чувствую, как гнев бьется в его пульсе. Но он не сводит глаз с Одина, и я поднимаю руку к его подбородку, заставляя наклонить лицо к моему.
‒ Посмотри на меня.
Он не сдвинулся с места. Кровь ‒ любимая закуска Найта, и он только что наелся досыта.
‒ Найт.
Он несколько раз сжимает челюсть, прежде чем, наконец, переводит взгляд на меня. Гнев, боль, сожаление? Углы немного смягчаются и этого достаточно, чтобы он обхватил меня за спину и притянул ближе.
Он прижимается лбом к моему, на мгновение, закрывая глаза.
‒ Прости, детка.
‒ Там слишком весело, да? ‒ я поддразниваю, приподняв бровь.
Он ухмыляется, наклоняясь и прижимаясь губами к моим. Жидкий металл касается кончика языка, и я чувствую, как огонь под кожей слегка разгорается.
Я отрицательно качаю головой, отступая назад.
‒ Он защищал меня все это время.
Уголок рта Найта слегка приподнимается.
‒ Да? ‒ его рука скользит вниз, чтобы обхватить мою задницу. ‒ Тогда я должен сказать… он проделал ужасную работу, ‒ он оглядывается через мое плечо, поворачивая меня в объятиях так, что я оказываюсь лицом к Одину, а Найт у меня за спиной.
‒ Один был лучшим другом моего отца.
Рука Найта скользит по нижней части моего живота, и я в защитном жесте накрываю его своей.
‒ Это правда?
‒ Найт…
‒ Прошлые дружеские отношения не позволяют тебе сохранять хладнокровие.
Один откидывается на спинку стула, переводя взгляд между нами.
‒ Вы, ребята, очень милые вместе, но я должен спросить, ‒ он встает со стула. Мне не нужно видеть остальных лордов позади нас, чтобы знать, что они там. ‒ Ты собираешься рассказать ей?
Слова Одина теряются, когда раздается потрескивающий звук электричества, прорывающегося сквозь воздух, и я поворачиваюсь, чтобы увидеть, как открывается еще один портал, на этот раз через него протискивается Ледженд с дикими глазами.
‒ Какого хрена он все еще жив?
‒ Он не представляет угрозы, ‒ отвечаю я, не сводя глаз с Одина. ‒ Я видела это. Он дружил с моим отцом.
‒ Ну и что, блядь? ‒ Синнер шипит сквозь стиснутые зубы, наклоняет голову и обходит стол, готовый наброситься.
Затем в комнату входит Висенте, становясь между Синнером и Одином. Он поднимает подбородок.
‒ Это был король Артуро, который доверил Одину безопасно доставить нашу будущую королеву на Землю. Он ‒ единственная причина, по которой она выбралась из Рата живой.
Мои губы приоткрываются, и хватка Найта на мне усиливается, когда глазами встречаюсь с глазами Одина. Он не показал мне этого.
Его взгляд смягчается, когда он смотрит на меня, слегка улыбаясь, но его лицо становится пустым, и он снова поворачивается к братьям.
‒ Все еще думаю, что мы должны убить его, ‒ Синнер пожимает плечами. ‒ Зачистка всех членов совета и все такое.
‒ Син… ‒ из меня неожиданно вырывается смех. Я тянусь к нему, но прежде чем я успеваю, комната вокруг превращается в пыль, и я парю в вышине, затерянная в густом небе из темных вихрей и ярких звезд. ‒ Срань господня.
Рука Найта ложится спереди на мое горло, поворачивая меня обратно к нему лицом. Мои губы почти соприкасаются с его губами, и я поднимаю руку, обхватывая его затылок, чтобы удержаться. Вены набухают на поверхности его кожи, когда я провожу пальцем вниз по мышцам его рук.
‒ Ты содрал с него кожу заживо…
‒ Я сделал это, ‒ его руки опускаются с моей поясницы вниз, к заднице. Он толкает меня вверх, и я стараюсь не смотреть вниз.
‒ Мы плывем?
‒ Мы… ‒ он зарывается лицом в изгиб моей шеи, вызывая тихие всхлипы, прокатывающиеся по моему телу.
Он, должно быть, ловит их, потому что рычание вибрирует у меня в горле. Оно не было мягким или нежным. Оно было животным и сильным. Это звук оголодавшего волка, умиравшего от голода и, наконец, впервые почувствовавшего вкус крови. Это был Найт Деверо… Наконец-то заключивший меня обратно в объятия, без намерения когда-либо отпускать.
‒ Почему? ‒ спрашиваю я, мои глаза закатываются. Я даже не могу бороться с тем, как тело реагирует на него, если бы я этого не хотела. Все в огне, и больше ничего не существует, кроме нас. Он, я и этот момент прямо здесь.
  
‒ Потому что на сегодня с меня хватит этого дерьма, ‒ он касается легкими поцелуями вверх по моей шее, захватывая зубами мочку уха и нежно потягивая ее. ‒ И я хочу трахнуть свою пару где-нибудь, где ни один ублюдок не помешает нам.
Я взбираюсь вверх по его длинному телу, обхватываю ногами талию и запускаю пальцы в волосы. Отстраняясь, я заставляю его поднять глаза, мои губы на расстоянии призрака от его.