Судьба самозванки (ЛП)

‒ Черт, ‒ стону я, пытаясь встать, но ноги не слушаются.
Задыхаясь, я оглядываюсь.
Красные кольца светятся вокруг моих лодыжек, сжимаясь до тех пор, пока я не кричу во весь голос. На этот раз я действительно чувствую запах горящей плоти.
Я смотрю на всех избранных и других, кто находится здесь, чтобы стать свидетелями ухаживания, заполняющие двор.
‒ Ты не можешь умереть здесь, ‒ шепчу я, но когда слова покидают меня, я чувствую те слова, которые произнесла. Я чувствую их где-то глубоко внутри, как будто я сказала их кому-то другому и этот кто-то слушает.
  
Внезапно густые полосы черного дыма пробиваются сквозь стены крепости, опускаясь вниз и накрывая группу.
‒ Это королевская магия!
‒ Демонический дым!
‒ Тишина! Королева среди нас. Он приходит, чтобы защитить ее от этого монстра!
Черт! Я мертва.
Вот и все.
Живой, безумный дым летит ко мне, погружаясь, и я задерживаю дыхание, крепко зажмурив глаза. Я жду, что это шокирует меня, задушит и воплотит в жизнь мой худший кошмар. Слезы наворачиваются на глаза, и я молча прощаюсь с Беном, жалея, что так долго была вдали от него, перед своим последним мгновением.
Найт…
У меня сжимается горло, когда его имя звенит в моей голове, и я не знаю почему. Я едва знаю его, и он все равно никогда не собирался быть моим.
Когда первая слеза скатывается по щеке, ее смахивают мягким, как атлас, прикосновением. Медленно мои глаза открываются, и густой, темный дым, который, по их словам, пришел защитить свою королеву, касается кожи, как рука любовника. Он легкий и нежный, и он кружится вокруг моих ног, красные горящие полосы вспыхивают, прежде чем превратиться в пепел. Королевская магия, как они ее назвали, окутывает меня коконом из тьмы. Гигантское защитное облако.
Меня уносит в небеса, и дым рассеивается, как только мы достигаем края стены, открывая мое лицо Одаренным внизу.
Они задыхаются, кричат и вопят, каждый отшатываясь. Кто-то воздвигает барьер между ними и мной, когда они выкрикивают слова на нашем родном языке, но я не понимаю, что они говорят. Я не уверена, что они видят, когда смотрят на меня, но ужас на их лицах не проходит незамеченным.
Я могу себе представить, какое это зрелище.
Ни одна часть меня не похожа на меня.
Я чувствую себя… сильнее. Больше.
Я чувствую себя чертовски свободной.
Такой, какой я должна была быть.
Такой, какой мне предназначено было судьбой.
‒ Она… вознеслась, ‒ говорит кто-то.
Дым уносит меня все выше, над ними всеми.
Над крепостью, пока я не окажусь на подушке черноты, где звезды в пределах досягаемости.
Королева вырывается из-за барьера, ее существо переполнено яростью, но затем ее глаза расширяются… как раз в тот момент, когда мое тело переворачивается с ног на голову.
Моя задница приземляется на что-то твердое, и я издаю тихий вскрик, когда понимаю, что сижу в кожаном седле… на спине гребаного дракона!
Я откидываюсь назад, но он резко поворачивает голову, прищурив зеленые глаза. Он фыркает, я вздрагиваю и клянусь, он ‒ это должен быть он, верно? ‒ закатывает глаза.
Подобно пилоту, избегающему турбулентности, дракон опускается на целых десять футов, так что несколько мгновений я пребываю в свободном падении, прежде чем снова приземляюсь в седло.
‒ Окей! ‒ я кричу этому нахальному дракону, протягивая руку к ремням. Я наматываю их на кулаки, держась изо всех сил. Как только они оказываются у меня, он указывает носом и, блядь, взлетает.
Я не знаю, куда я лечу и безопасно ли где-нибудь для меня на данный момент. Все, что я знаю, это то, что я не чувствую страха, черные вены покрывают мои руки, и я лечу верхом на гребаном драконе.
Найт
Ботинки хрустят по рыхлому щебню, когда воздух едва начинает рассеивать темноту, после Лондон и хаоса, с которым она боролась. Я скриплю зубами, игнорируя болтовню позади, исходящую от Сильвера и Крида.
‒ Куда, черт возьми, она подевалась?
Крид делает паузу, что-то шепча Сильверу, как будто я все равно не могу слышать их обоих. Я все еще чувствую ее, как будто она стоит прямо передо мной. Я моргаю, прогоняя галлюцинацию дыма, окутывающего ее тело, когда рука Крида касается моего плеча.
‒ Новости о том, кто она такая, Найт, быстро распространяются. Нам нужно пойти и решить, как мы собираемся с этим справиться.
‒ Ты знал? ‒ я произношу слова, которые хотел сказать с тех пор, как сам узнал, кто она такая. Секрет, с которым я бы умер, если бы это означало хранить его подальше от всех.
‒ Что? ‒ Крид огрызается, и Сильвер замолкает. ‒ Нет. Я с самого начала подозревал, что с ней что-то не так, но не это.
Я поворачиваюсь к нему лицом, не обращая внимания на запах серы и рябины, исходящий от Дракона-оборотня, который подхватил и забрал ее.
‒ А ты? ‒ спрашивает он, приподнимая обе брови. Когда я не отвечаю, он усмехается, качая головой и расслабляя плечи. ‒ Конечно, ты знал.
‒ Поехали, ‒ я проталкиваюсь между ними, сжимая пальцы, когда ногти впиваются в плоть. Я чувствую, как пылающая ярость, которая кипела глубоко внутри, медленно выходит на поверхность по мере того, как я делаю каждый шаг ближе к замку. Взбегая по ступенькам, я распахиваю дверь и, не обращая внимания на двух охранников, стоящих в фойе, направляюсь прямо в гостиную в задней части дома, откуда открывается вид на обрыв, ведущий к солнечной системе. В детстве это было мое любимое место для игр. Теперь… сейчас все, что я чувствую, ‒ это гнев и раздражение.
Мать вскакивает с высокого трона в центре комнаты, перед горящим камином.
‒ Найт! Что…
‒ Помолчи, блядь.
Мой тон едва громче шепота, когда я обхожу маленький столик в баре и тянусь за первым, что попадается на глаза. В комнате воцаряется тишина. Все члены Министерства смотрят на меня со смесью разных выражений на лицах. В основном гнев и замешательство, но один.
Один. Тот самый. Один отстраняется, стакан виски покачивается в его пальцах, когда он прислоняется к стене в самом темном месте комнаты, его глаза устремлены на меня, как будто в ожидании. Ждет, что я закричу? Закричу? Буду закатывать гребаную истерику из-за того, что эти гребаные шавки только что прогнали мою пару?
Нет. Это не то, что означает его взгляд.
Я взбалтываю жидкость в своем бокале, как раз в тот момент, когда Сильвер и Крид наконец встречаются с нами в комнате, все взгляды устремлены на меня. Я смотрю, как крошечное торнадо кружит между стеклянными стенками, пока борюсь с яркими воспоминаниями, что я забрал у своего отца в ту секунду, когда Лондон порезала меня тем же ножом, которым его убили, открывая магию, о существовании которой я и не подозревал. Никому не доверяй.
Мой отец был Темным Лордом. Правителем Рата, места гораздо худшего, чем ад. Как, спросите вы? Хорошо, потому что оно существует. Мой отец был жестоким правителем, но именно это сделало его великим королем. Однако была одна вещь, которую он всегда ставил на первое место, и это было его наследие.
Взгляд падает на мою мать, которая нервно сидит на троне, постукивая пальцем по подлокотнику, на котором покоится ее рука.
Я делаю еще глоток своего напитка, прежде чем медленно ставлю его обратно на стойку.
‒ Я не отчитываюсь ни перед кем из вас.
‒ Ах, вы бы обнаружили, что мы…
Рычание из глубины клетки, где я прячу своего монстра, вибрирует по комнате, сотрясая висящие на стене портреты
  
‒ Я. Не. Буду. Отчитываться. Перед. Вами.
Шторм встает, поправляя белую рубашку.
‒ Прости, Найт. Ты можешь предупреждать нас сколько угодно, но в течение времени, более древнего чем ты сам, это Министерство существовало для того, чтобы мы могли сохранять равновесие… ‒ не успеваю я моргнуть, как мои ноги летят через комнату, а зубы впиваются ему в горло.