Записки из завтра
Переночевал я отойдя от опушки метров на сто. Не хватало мне ещё заблудиться. А утром, ёжась от холода, пошёл в сторону спрятанного в лесу грузовика.
По накатанной колее нашёл избушку-полуземлянку на берегу озера. Место меня порадовало. Сама полуземлянка была просторной, с хорошей печкой. В передней части был оборудован довольно просторный, своего рода, чулан, в котором хранились дрова. Так что зимой можно было не выходить за ними на улицу. Кроме дров здесь же находился бензиновый электрогенератор и 200 литровая полная бочка с бензином. Под крышей жилища обнаружились старые, наверное ещё советские, деревянные широкие охотничьи лыжи. Чувствовалось, что всё строилось с умом и было рассчитано на длительное проживание. Чуть в стороне стояла небольшая банька, рядом с которой высилась сложенная в виде стога огромная поленница дров. Сразу за землянкой стоял на четырёх столбах на высоте метров трёх бревенчатый сарай-скрытень, в котором нашлись кое-какие припасы и много вяленой и копчёной рыбы, висящей на прочных бечёвках.
Следующие несколько дней я потратил на то, чтобы перевезти к своему новому жилищу продукты из фуры. Кроме того, я смог слить с находящихся поблизости автомобилей бензин и заполнить бак своей "шишиги". Нашлась и пустая бочка, в которую я слил солярку из бака магнитовского "мана". Сам бак тоже удалось снять и с большим трудом загрузить в кунг. Я решил сделать запас топлива. А кроме бензина я собирал из разбитых машин автомобильные аптечки, чтобы при случае передать их Кате. Странно, но я, совсем ещё недавно будучи довольно брезгливым человеком, абсолютно не обращал внимания на полуразложившиеся, а местами и изрядно поеденные зверьём трупы в машинах, на тот тошнотворно-приторный запах, который витал рядом с машинами.
Мне удалось несколько раз пробраться незамеченным к городу и передать Кате лекарства и бинты. Каждый раз я звал её с собой и каждый раз она, пересиливая себя, отказывалась. К тому времени я разжился и тёплой зимней одеждой в небольшом фургончике, принадлежащем, видимо, какому-то предпринимателю,торгующему одеждой ( во всяком случае всё вещи были новыми и с бирками), и крепкой зимней обувью.
Вскоре после того, как пропала связь с миром, я внезапно свалился. Видимо подцепил всё же какую-то заразу. У меня выпали все волосы, меня постоянно рвало и большую часть времени я находился в полубреду, изредка приходя в себя и успевая за то время, что был в сознании, протопить печь и попить воды. Сколько я так болел сказать трудно. Я сбился со счёта. За окном свирепствовала зима и порой, очнувшись от очередного бреда, я обнаруживал себя покрытым инеем. Как я тогда не замерз насмерть я до сих пор понять не могу. Но всё же я выкарабкался. Постепенно состояние моё улучшилось настолько, что я смог готовить нормальную пищу. Вскоре я с большим трудом выбрался наружу. Дверь занесло грязно-серым снегом и пришлось долго откапываться. Запустил генератор и попытался зарядить ноутбук. Увы, но ничего не получилось. Почему-то гаджет был мёртв. Видимо внутри него всё отсырело.
Когда я совсем почувствовал себя здоровым, я решил на лыжах сходить в город. Очень хотелось увидеть Катю, да и вообще узнать, как у них дела. В рюкзак наложил продуктов, рыбы, которая вполне себе сохранилась в сарае, повесил на плечо "Сайгу" и отправился в путь.
Город был мёртв. Похоже здесь была эпидемия той же заразы, от которой я едва не умер. Во всяком случае трупов внутри зданий было много. Возможно и на улице они тоже были, но их занесло снегом. Нашёл я и Катю. Она сидела на переднем сиденье в помятой скорой, словно собиралась на очередной вызов к больному, и лишь иней, не тающий на её мертвенно-бледном лице, говорил, что её здесь давно уже нет. Я отнёс её к оврагу, уже до самого верха заваленному снегом, из-под которого торчала чья-то скрюченная рука. Удивительно, но зверьё сюда не приходило. К сожалению дров рядом не было и я просто положил тело Кати в выкопанную в снегу могилу. Слёз не было. Вообще в душе ничего не было. Выгорело всё напрочь.
В доме Хозяина в гараже мне в качестве приза достался снегоход. Будет на чём до своего жилья добираться, да и в целом передвигаться. "Шишига" в любом случае по такому снегу не пройдёт. Оставаться здесь я не собирался. Нашлись и довольно большие сани, которые я прицепил к снегоходу и куда сложил найденные здесь же припасы, в том числе два автомата и довольно много патронов.
Ещё раз оглядел пустынную округу. Помню, как нас пугали зомби-апокалипсисом. А я был бы рад увидеть даже зомби, только не эту мёртвую пустоту.
***
Далее шли рисунки, выполненные шариковой ручкой.
- Талантливо,- подумал полковник,- От фотографии почти не отличишь. Уже по этому навыку можно будет установить личность писавшего.
На рисунках были руины и люди, что-то ищущие среди них. Красивая девушка в грязно-белом медицинском халате с уставшим лицом, мужчина, замотанный в какие-то лохмотья и пьющий что-то из исходящей паром кружки, овраг, в котором лежали сваленные друг на друга тела людей, дорога с перевёрнутыми машинами и телами людей в них. И небо... жутко-мрачное небо над сломанными словно спички деревьями.
ЗАПИСЬ № 6.
Снова и снова ловлю себя на мысли, для кого я всё это пишу и делаю зарисовки. Ведь после нас уже никого не будет и читать мою писанину будет просто некому. Возможно где-то в каких-то секретных и укреплённых бункерах люди продержатся год-два, а может и все пять, но что потом? Что ждёт их, когда они выйдут наружу? Мёртвая обледенелая планета. Помню, как до всего этого были популярны книги и фильмы о том, как люди выживают после ядерной войны. Мужественно преодолевают трудности, восстанавливают цивилизацию, воют с ордами мутантов и прочее. А в конце они идут навстречу восходящему Солнцу и всё у них впереди замечательно. Хэппи, так сказать, энд. Как же мне хочется хоть на минуту оказаться там, в ещё пока, хоть и относительно, мирном времени и прокричать им, живущим тогда и с удовольствием поглощающим весь этот книго- и кино-мусор; НЕТ НИКАКОГО ПОСЛЕ!!! НЕТ НИКАКОГО ЗАВТРА!!! ПОСЛЕ ЯДЕРНОГО АПОКАЛИПСИСА НЕТ НИКАКОГО БУДУЩЕГО!!! Есть только осколки человечества, вроде меня, доживающие свои последние дни. Возможно когда-нибуть на Земле и возродится разумная жизнь, но произойдёт это явно не скоро. Хочется верить, что та, новая цивилизация будет действительно разумной, а не такой как БЫЛА наша.
Своё пристанище на берегу замёрзшего озера я покинул. Просто надоело сидеть на одном месте и ждать, когда моё время закончится. Нет, можно было бы просто пустить себе пулю в висок, но я решил жить столько, сколько мне отмеряно. Температура часто опускалась до -50 градусов и, порой, даже жарко натопленная печь слабо спасала от пронизывающего холода. Будет ли оттепель я не знал. Надежды на это не было. Поэтому выждав, когда морозы немного спадут, я отправился в путь. В землянке я оставил небольшой запас продуктов, канистру бензина для генератора и покрытый толстым слоем смазки автомат с 60-ю патронами и парой пустых магазинов. Где-то то ли читал, то ли слышал, что у снаряженных магазинов может ослабнуть пружина. Над входом установил длинную жердь с привязанной к ней наверху ярко-оранжевой жилеткой. На высоте своего роста приделал указатель стрелкой вниз и на нём написал "Вход". Может кому и пригодится, хотя надежды на это нет.
Снегоход заправил "под пробку", прицепил загруженные остатками продуктов и канистрами с бензином сани. Себе под руку закрепил "Сайгу", а за спину закинул оставшийся у меня автомат. Не то, чтобы я боялся кого-то, но бережёного, как говорится, Бог бережёт. Зверья уже очень давно не было видно, даже следов. Присел на дорожку на чурбак, стоящий у входной двери, ещё раз осмотрел ставшее уже родным жилище и,перекрестившись, вышел на улицу, плотно затворив за собой дверь. Как же мне хотелось обернуться, когда я доехал до взгорка, из-за которого землянку уже не будет видно. В груди было какое-то щемящее чувство, словно я оставляю здесь своего старого друга. Но вот снегоход перевалил возвышенность и лишь снег бил в прикрытое маской и лыжными очками лицо.