Товарищ "Чума" 3 (СИ)
Чумаков взял бутылку и покорно плеснул темной тягучей жидкости в пузатые бокалы.
— Для того, чтобы оценить полностью непередаваемо-многоцветную гамму ароматов коньяка, помогает классический широкий бокал с зауженным верхом — снифтер, — продолжал вещать оберст-лейтенант. — В переводе с английского это значит «нюхать». Уж поверьте старому вояке на слово — Островные обезьянки умеют ценить и наслаждаться настоящим коньяком! Процесс дегустации, а это именно процесс, следует начинать с оценки внешнего вида напитка. Возьмем бокал за ножку и начнем медленно вращать его вокруг своей оси… Ну же, Михаэль, не отставайте, я прошу…
Иван взял бокал в руки и покрутил перед глазами, наблюдая процесс конденсации коньячных паров на холодном стекле снифтера.
— Видите, на стенках появились следы, — прокомментировал тем Фриц, — так называемые «ножки». «Ножки» должны быть абсолютно прямыми и параллельными. Если это не так, значит, в то, что перед вами, добавлен жжёный сахар или карамель. Неважно, что добавлено. Важно другое: то, во что добавлено, уже не коньяк. И ещё о «ножках»: чем они толще и чем медленнее стекают, тем значит старше коньяк. Если они пропадут в течении примерно пяти секунд — перед нами коньяк с небольшой выдержкой. Лет пять — восемь, не больше. Если досчитаете до пятнадцати — около двадцати. Ну а в нашем с вами случае ножки должны исчезнуть не ранее, чем через полминуты!
— Раз, два, три… — послушно начал отсчет разведчик, наблюдая за стекающими «ножками».
— Отличный коньяк! — резюмировал Кремер, когда Чумаков остановился на тридцати пяти.
— Я надеялся, что Белинда меня высоко оценила!
— Вот только её рогатый муженёк, по всей видимости, нет! — весело заржал Кремер. — Но вернёмся к дегустации: теперь оцениваем коньяк на цвет: чем он выдержаннее, тем он темнее… Хотя не всегда, — подумав, добавил он. — Но в нашем случае цвет темно-янтарный, что соответствует данному утверждению. Теперь переходим к оценке запаха: существует три волны аромата коньяка. Первую волну можно почувствовать на небольшом расстоянии от края бокала, здесь хорошо улавливаются легкие ванильные тона. — Начальник штаба с шумом втянул воздух носом, «крылья» которого затрепетали.
— Бесподобно! — произнес Чумаков, повторив за Кремером.
— Вторая волна запаха начинается возле краев, тут чувствуются фруктовые и цветочные нотки, — продолжил Фриц. — В качественном коньяке обязательно будет аромат липы, фиалки, розы или абрикосов. В третью волну, в самом бокале, входят запахи выдержки со сложными тонами, напоминающими портвейн. Чувствуете?
Иван кивнул — ароматы действительно были великолепны.
— И, наконец, насладившись букетом ароматов, переходим к оценке вкуса коньяка. — Кремер подошел к финальной стадии своей небольшой лекции. — Правильно пить коньяк маленькими глотками, на несколько секунд задерживая его во рту. Благодаря этому, хорошо улавливается эффект, называемый, «хвостом павлина» — коньяк медленно растекается по языку и глотке, оставляя приятное послевкусие, в котором не должно быть резких спиртовых тонов. Чем больше длится послевкусие, тем качественнее напиток. Ну, попробуй, Михаэль!
Разведчик послушно глотнул и подержал жидкость на языке — коньяк постепенно раскрывался незабываемым букетом.
— А? — довольно воскликнул оберст-лейтенант. — Как тебе, Михаэль? Изумительный аромат! Давненько я не пробовал ничего подобного!
— Очень хорош! — Качнул головой Чумаков. — Пьешь, как нектар. Тягуч, ароматен, мягок…
— И главное — не нужно портить божественное послевкусие лимоном! — неожиданно вставил Кремер. — Никогда не понимал этого русского монарха, культивировавшего такое дурное сочетание вкусов! Если уж так приспичило закусить… Хотя, закусывать отличный коньяк — настоящий моветон! То извольте кусочек шоколада или фрукты… Но без них… — Кремер сделал небольшой глоток из бокала и «покатал» жидкость на языке. — Божественно!
Еще некоторое время они сидели, попивая отменный коньячок, и трепались ни о чём. Но в основном все разговоры Кремера крутились вокруг женщин, доступных и не очень, и непременно выдержанного коньяка. А таких историй у него было — вагон и маленькая тележка.
Чумаков радушно улыбался, поддакивая в нужных местах. Однако внутри у него разгорался настоящий пожар. Ведь эту тварь, лишь только внешне похожую на человека, не интересовало ничего, кроме потрахушек и выпивки. Вокруг умирали люди. Тысячи! Десятки и сотни тысяч! Не только русских, но и немцев. А ему хоть бы хрен!
Если бы была возможность, Иван уже удавил бы фрица по имени Фриц своими собственными руками. Но он должен был сидеть, улыбаться и терпеть «дружеские» похлопывания по плечу. Ведь он сейчас такая же тварь, а иные мысли надо гнать из головы…
— А ты мне действительно нравишься, Михаэль! — после очередного бокала коньяка вальяжно произнес оберст-лейтенант. — Пожалуй, я оставлю тебя при штабе дивизии. Ну, скажи, что тебе делать в 13-ом разведывательном батальоне, куда тебя приписали? Там можно только сдохнуть. Причем сделать это очень и очень быстро! Похоже, что это муженёк твоей Белинды подсуетился?
— Вероятнее всего. Спасибо, Фриц, за столь щедрое предложение…
— Цени, Михаэль! — ответил Кремер, подливая себе в снифтер очередную дозу. — Твоё здоровье!
— А теперь ты мне скажи начистоту, Фриц, — дождавшись, когда опустеет бокал, произнес Иван, — а что, вообще, вы делаете в этой дыре? Ну, ваша танковая дивизия? Насколько мне было известно, вас неожиданно выдернули с Кавказского направления? А там вы вполне успешно били русских?
— Знаешь, дружище, я и сам точно не могу понять… — Пожал плечами Кремер. — Личный приказ рейхсфюрера… На мой взгляд, вокруг этих мест творится какая-то чертовщина. Сначала погибают от поноса две роты… — Неожиданно его разглагольствования перебили какие-то громкие и злобные крики во дворе. Словно все солдаты разом решили перегрызться между собой. А затем последовали звуки выстрелов. — Это что еще за…
Закончить фразу оберст-лейтенант не успел — в открытое окно стремительно ворвалась ворона, несущая в своих лапах что-то очень похожее на «лимонку».
— Бред какой-то! — Чумаков даже головой тряхнул, подумав, что ему это померещилось.
Но не тут-то было, в лапах ворона действительно держала оборонительную гранату «Ф-1» с выдернутой чекой. Ивану отлично удалось рассмотреть рубчатую металлическую оболочку.
Ворона громко каркнула, сделала круг по комнате и, нагадив на мундир оберст-лейтенанта, выпустила смертельный заряд из лап.
— Берегись, граната! — заорал Чумаков, сшибая на пол Кремера, забиваясь с ним в угол и закрываясь перевернутым столом — добежать до дверей они явно не успевали…
[1] Шутце (нем. SS-Schütze, стрелок) — воинское звание СС и Вермахта, существовавшее в формированиях Вермахта и войск СС с 1939 по 1945, и соответствовавшее званию манн в общих СС. Данное звание было самым низким в пехоте.
[2] Оберст-лейтенант (нем. Oberstleutnant) — воинское звание старшего офицерского состава в вермахте, находится по старшинству между воинскими званиями майора и оберста. Соответствует званию подполковника.
[3] Стату́т — правовые акты описательного характера о чём-либо — например, устанавливающие описание ордена, порядок награждения им и т.п.
Глава 2
На этот раз ночи я решил не дожидаться. А чего? Пусть трясутся сволочи и днем, и ночью! Не будет у них покоя, пока их гребаные сапоги топчут мою родную землю! Я забежал домой, быстро перекусил (хрен его знает, насколько мне придётся зависнуть) и вооружился: шмайсер на плечо, гранаты в карманы, дополнительные магазины в ранец, а бинокль на шею.
Сообщил своим красоткам, что отправился, наконец-то, бить фашистского супостата, и свалил по-бырому, пока не начались долгие проводы, да лишние слезы. Мне так проще, не люблю всего этого. Понимаю, что могу не вернуться назад… Но прощаться… Не-е-е, не моё это…