Убийства в пляжных домиках. Детективное агентство «Благотворительный магазин»
Даже Фиона, которая переехала в Саутборн относительно недавно, много раз прогуливалась по косе и знала о пресловутом домике, напоминавшем обитель клептомана.
Дэйзи набрала запрос в интернете и протянула собеседникам экран телефона: поисковая страница выдала множество фотографий причудливого домика под номером 117. Возможно, самого фотографируемого и популярного в соцсетях дома на пляжной косе. Каждый дюйм фасада был усыпан ракушками, морским стеклом [6], также маленькими фигурками и статуэтками, остатками старых лодок и кусочками фарфора. Всевозможные части декора спускались по стене, занимали веранду и тянулись до самого песка. Венчала весь этот безумный ансамбль пара огромных оленьих рогов, украшавших вершину остроконечной крыши.
– И никто никогда не высказывал возражений против внешнего вида дома? – уточнила Фиона.
Помедлив, Энтони ответил, тщательно подбирая слова:
– Правила не запрещают придавать своему дому индивидуальность, с условием, что высота и ширина соответствуют норме, и так далее.
Фиона спрашивала про другое. Она попробовала снова:
– Что думали владельцы других пляжных домиков?
Энтони опять запнулся.
– Эм, я слышал, что некоторые были несколько недовольны.
– Кто именно? Вы можете назвать имена? – спросила Неравнодушная Сью.
– Не представляю, кто конкретно. Но вы же знаете, какие бывают люди.
Фиона знала. Ее соседи, хотя и милейшие люди, частенько косились на нее, если она не забирала свой мусорный бак после двенадцати часов, сразу после того, как его опустошали в день вывоза мусора. На тех, кто не следовал правилам вплоть до буквы, смотрели неодобрительно. Любое отклонение от нормы, если кто-то отличался или выделялся из толпы, вызывало в населении сильное волнение: они хотели, чтобы все были в точности как они сами. Здесь частенько говорили: «Ты что о себе возомнил?» А коса Мадфорд-Спит, бесспорно, была воплощением этого мира в миниатюре, возможно даже хуже, так как Фиона предполагала, что в их маленьком сообществе есть свой свод неписаных правил. Достаточный ли это мотив для убийства? Она надеялась, что нет. Но была решительно настроена выяснить.
У двери магазина появилась женщина: прищурившись, она смотрела сквозь стекло, пытаясь различить людей внутри.
– О, а вот и моя жена, – объявил Энтони. – Она, должно быть, устала меня ждать.
Не успел он подняться, как его вторая половинка толкнула локтем дверь и вошла: элегантные каблуки звонко зацокали по старинному паркету. В руке она сжимала обернутый в коричневую бумагу пакет.
– Вот ты где, – сказала женщина. Как и ее муж, одета она была безупречно, но куда более стильно, в красном двубортном пальто с большими черными пуговицами. Макияж тоже выглядел профессионально, а светлые волосы – прямыми, как сухие спагетти.
Энтони, поднявшись на ноги, представил ее дамам:
– Моя жена, Оливия.
– Добрый день. Рада познакомиться.
– Фиона, Сью и Дэйзи помогут раскрыть дело с убийством на пляже, – сообщил Энтони.
Оливия улыбнулась, но глаза выдавали ее. Взгляд лихорадочно метался по магазину, по прилавку, всем витринам и стендам, будто какой-то подержанный предмет мог прыгнуть на нее и схватить.
Если судить по внешности, Фиона побилась бы об заклад, что у Оливии никогда в жизни не было подержанных вещей и менять этого она не собиралась.
Прижав руки как можно ближе к телу, женщина, судя по всему, искренне боялась случайно коснуться или задеть что-то не очень чистое.
– Энтони, нам и правда пора. – Она подняла выше небольшой бумажный сверток. – Прошу прощения, что вот так похищаю своего мужа, но мне нужно оставить посылку в одном из автоматических почтовых ящиков, а я ненавижу касаться дисплея.
Может, она и не была снобом, просто патологически боялась микробов.
– О, у меня есть дезинфицирующие салфетки, хотите? – Дэйзи тут же извлекла откуда-то упаковку. Точно какой-нибудь ниндзя гигиены, она всегда держала в складках своих нарядов различные чистящие средства.
– Нет, спасибо, вы очень любезны, – ответила Оливия. – Неважно, насколько поверхность чистая, я просто не выношу прикосновений. Энтони приходится все делать за меня.
– Это единственный недочет Depop, – заметил Энтони.
– А что это? – не поняла Дэйзи.
– Это как платформа eBay, только для модных вещей, – объяснила Оливия.
– Небольшой доход, но все же приносит, – с восторгом вставил Энтони. – Оливия продает кучу своих ненужных вещей на Depop, она прекрасно разбирается во всех новых технологиях. А я вот полный ноль. Оливии просто не нравится касаться общественных дисплеев.
Супруга кинула на него сердитый взгляд, в котором стыд мешался с раздражением. Он явно поделился слишком личным. Так, выходит, Оливия не против подержанных вещей – если только у нее их кто-то покупает.
– Что ж, мне, пожалуй, пора. Звоните, если понадобится что-то еще.
Энтони вновь какое-то время поправлял манжеты, а потом направился к выходу вместе с женой.
– О! – воскликнула Сью. – Пока вы не ушли – а копии пожарного заключения у вас нет?
Энтони обернулся:
– Нет, боюсь, что нет. Я пытался ее заполучить, но пожарные службы так легко с подобными документами не расстаются. У вас есть мой номер. Пожалуйста, звоните, если что-то потребуется, и спасибо вам еще раз, что взялись за дело.
– Всегда пожалуйста, мы рады помочь, – улыбнулась Фиона.
– Последний вопрос, – подала голос Неравнодушная Сью. – Как вы думаете, солодовый…
– Не сейчас, – перебила ее Фиона.
Пара попрощалась и вышла.
– Ну, что скажете? – спросила Фиона.
– Определенно проблемы с деньгами, – выпалила Сью.
Фиона хотела сказать, что имела в виду дело, а не эту парочку, но не успела.
– Миллион раз такое видела. Он находит вторую работу, а она продает вещи в интернете, чтобы свести концы с концами. – До пенсии Сью работала бухгалтером и умела распознавать такие признаки. Хотя необязательно уметь заполнять налоговую декларацию, чтобы заметить, что пара живет не по средствам, учитывая их дорогую одежду, маникюр и аккаунт в интернет-магазине.
Фиона ощутила укол сочувствия к паре. Проблемы с деньгами определенно отравляли жизнь, но здесь было и что-то кроме нехватки средств.
– Не люблю делать поспешных выводов, но у меня такое чувство, что его запугали владельцы пляжных домиков.
Дэйзи взяла шоколадное печенье и разломила пополам.
– Да, но разве можно их винить? – Она аккуратно откусила кусочек. – Их безмятежный уголок больше не безмятежный. Теперь это место преступления.
Фиона ощутила легкую зависть и тоже взяла себе печеньку.
– Да, думаю, они напуганы, а напуганные люди действуют опрометчиво.
Неравнодушная Сью присоединилась к их дуэту поедателей печений.
– Думаю, должность менеджера по связям была непыльной работенкой. Уговаривать людей согласовать цвет мусорных баков, отправлять вежливые уведомления о том, чтобы все тщательно смывали за собой в туалете…
Фиона нехотя озвучила свою теорию:
– Знаю, еще рано, но на первый взгляд кажется, что кто-то невзлюбил Малкольма и его эксцентричный пляжный дом.
– Думаешь, это один из жителей косы? – спросила Сью.
– Или несколько. Похоже на типичное внешне приличное сообщество, где ненавидят соседа из-за того, что тот красит деревянную ограду палисадника не в белый, а в розовый.
– Думаешь, кто-то убил из-за пары ракушек, статуэток и украшений? – уточнила Сью.
– Это только теория, но подумайте: люди там заплатили сотни тысяч фунтов за свой маленький квадратик спокойствия, а его разрушает кто-то, кому даже платить не пришлось, и к тому же лепит на стены всякий хлам.
Дэйзи вытаращилась на нее:
– Ну я бы не назвала это хламом. Скорее коллажем в натуральную величину. Может, они не хотели его убивать. Может, просто хотели уничтожить дом и не знали, что он внутри.
– Это вполне вероятно, – согласилась Сью, хрустя следующим печеньем.