Бойня у телепорта (СИ)

За ним сидел Семён, перед которым стояло девять пустых блюд, а вот на десятом лежал наполовину съеденный антрекот.
Дровосек гипнотизировал оставшийся кусок мяса, в который была воткнута вилка. Люди вокруг ещё громче завопили, когда Семён схватил столовый прибор. Он приподнял его вверх и что-то выкрикнул на незнакомом мне языке.
Рубило с жадностью начал отрывать куски мяса зубами, смачно пережёвывая их.
— Он точно лопнет, — прокомментировал увиденное Иван.
— Не думаю, — покачал я головой.
Схватил за рукав ближайшего официанта.
— Неси срочно пенное за этот стол. Вы все не видите что ли? Человек всухомятку давится!
Тот исчез, а через мгновение перед Семёном появилась большая кружка.
Дровосек тряхнул головой, не веря своим глазам. Он огляделся и увидел нас Иваном. В этот момент к его горлу явно подкатил ком.
Рубило подался немного вперёд. Толпа, наблюдающая за происходящим, загудела сильнее.
Семён громко икнул, схватил стакан левой рукой и осушил его наполовину. Потом с жадностью принялся доедать оставшееся мясо. Ещё минута — и ни на вилке, ни на столе не осталось ни кусочка.
В этот же миг из толпы раздались аплодисменты и восторженные вопли. Потихоньку люди начали расходиться.
Я сел за стол, оглядывая место битвы, которую устроил дровосек.
— Вижу, ты здесь хорошо погулял без нас, — сказал я, подзывая жестом официанта.
— Ну ты даёшь! — не удержался от комментария Иван.
Семён широко улыбнулся, пожал плечами, а потом откинулся на спинку стула.
— Да, Ваня, ты был прав: мясо тут и правда отменно готовят, — дровосек расстегнул воротник рубашки. — Может, чайку с тортиком? — с надеждой в голосе спросил он.
Мы с Иваном в один голос засмеялись. Вот куда это всё в него влезает?
Я выпил чая с куском яблочного пирога, Иван заказал кофе с мороженым, а Семён буквально за секунду проглотил кусок торта, а потом сидел и смотрел на нас с блаженным лицом, не произнося больше ни слова.
Я попросил счёт. Вскоре пришёл официант и принёс небольшой поднос, но не с чеком, а с мешочком. Судя по звуку, там были монеты.
— Ваше благородие, — он поставил сокровище на стол рядом с Семёном, — ваш процент от ставок.
Семён небрежно развязал тесёмки на бархатном мешочке, достал оттуда пару медных монет и не глядя сунул их официанту. Тот взял и поклонился.
— Приходите к нам ещё, всегда рады таким клиентам, — сказал официант, раскланиваясь и пятясь назад.
В большом банкетном зале начался бал. Оркестр заиграл вальс.
— Пойдёмте в зал, — поторопил нас Иван.
— Ребят, можно я тут посижу? — застенчиво спросил Семён.
— Не переживай, танцевать необязательно, а вот смотреть на девушек в роскошных платьях всегда приятно, — успокоил его Иван, подмигнув.
Центральная часть главного зала ожидания железнодорожного вокзала, превращённого в большой банкетный зал, была расчищена. У балюстрады второго этажа разместился оркестр. Он, не давая ни минутной передышки, играл всё новые и новые музыкальные произведения.
Пары кружились в танце. Знатные дамы и господа стояли группами у высоких фуршетных столов и общались.
Я повёл своих друзей к одному из столов.
— Антон, может, пойдём на улицу? — предложил стесняющийся Семён.
Я пододвинул к нему поднос с аппетитными канапе. Дровосек повторил за Иваном и съел одну. Чувствую, теперь он был занят надолго, хотя, скорее всего, поднос довольно скоро окажется пустым. Ну ничего, официанты принесут ещё.
Иван же с аппетитом начал присматриваться к группе девушек за соседним столом.
«Так, — раздался в голове голос Антона, — похоже, все уже в курсе, что сегодня станет кульминацией бала в двенадцать часов».
«Это и так понятно. Ставки принимают?» — с нетерпением поинтересовался я.
«Да, вроде как поставить на дуэлянтов можно через официантов. Пока тридцать к одному».
Я улыбнулся и оглядел зал. По нему, обслуживая фуршетные столы, то и дело сновали люди в белых перчатках. Заинтересованный в ставке делал жест, и буквально через минуту к нему подходил мужчина с блокнотом.
 
— Ваня, — подозвал я друга, — сколько у тебя с собой общих денег?
Тот удивлённо взглянул на меня, а потом постепенно в его глазах загорелся огонёк азарта.
— Два векселя на двести золотых, ну и ещё десяток на расходы брал.
— Мало, — я поджал губы.
— Вот, возьмите мои, — Семён добродушно вытащил из кармана мешочек.
Мы с Иваном переглянулись, улыбнувшись. Это было приятно, но в мешочке в лучшем случае наберётся пять золотых.
— Ваня, возьми их тоже, приумножим капитал Семёну, — я подмигнул дровосеку.
— Антон, а сколько планируешь поставить на себя? — спросил Иван.
— Тысячу, — я широко улыбнулся.
— Так давай схожу и принесу, деньги-то у нас есть в поезде. А поезд здесь на вокзале.
— Молодец, — я похлопал Давыдова по плечу, — а я что-то забыл уже. Иди, займись этим вопросом.
Иван в тот же миг испарился. Всё, что касалось денег, он схватывал на лету.
В зале раздался громкий хлопок. Все присутствующие посмотрели наверх. Там под самым куполом взорвался разноцветными брызгами магический фейерверк.
Оркестр прервался, а затем начать играть очередной вальс.
«Белый танец, — констатировал реципиент в моей голове, — здесь в колониях традиция, что любая барышня может объявить таковой, обратившись к распорядителю бала».
«И появилась она ещё с тех времён, когда в колониях было небезопасно. Дамы без особой охоты приезжали сюда. На приёмах тогда на одну светскую даму было несколько кавалеров», — выудил я информацию из памяти Антона.
«Да, верно. А таким способом девушки могли сами себе выбрать кавалера, не давая повода для дуэли».
«С этим я поспорю: повод всегда найдётся».
— Позвольте, я вас приглашу? — передо мной появилась очаровательная девушка в ослепительно-синем платье.
Я подал ей руку и увел в центр зала, где мы начали вальсировать.
— Слышала, вы сегодня ночью будете на дуэли с Макаром Мамонтовым, — тихо проворковала она.
— Да, — коротко ответил я.
— Убейте его, — на милом личике девушки появилась злая гримаса.
— Постараюсь.
Отпустив после танца свою даму, я подошёл к столику, и тут раздался ещё один фейерверк. На этот раз я заметил, как распорядитель запустил его из палки, очень похожей на тамбуршток — жезл, используемый дирижёрами на парадах. От мужчины в мою сторону шла девушка в жёлтом платье.
Это повторилось ещё дважды, и у всех девушек была только одна просьба: чтобы на ночной дуэли я убил обидевшего их виконта.
В пятый раз я решил не испытывать судьбу и сразу после танца вышел на улицу.
«Судя по изменившемуся соотношению ставок, Давыдов внёс деньги», — отчитался о подслушанном Антон.
«Какое теперь соотношение?»
«Один к восьми».
«Тоже неплохо», — я подкрутил усы.
* * *
Полночь. Колония «Павловск». Павловский парк.
Центральная аллея парка была освещена мерцанием фонарей. Ветвистые деревья отбрасывали причудливые тени на аккуратно подстриженный газон и вымощенные плиткой дорожки.
По узким тропинкам, отходившим от центральной аллеи, бродили зрители. Они спешили занять удобные и безопасные места. Их разговоры и безмятежный смех разносился по округе. Лишь фонтан частично заглушал голоса.
Влажный вечерний воздух пах эвкалиптом и травами.
По центру главной парковой аллеи стоял я с друзьями, выполняющими роль секундантов. В двадцати метрах от нас находился Макар Мамонтов со своими прихлебателями.
Правила дуэли приняты. Сводились они к двум пунктам. Первый — нельзя покидать оговоренную территорию, второй — дуэль проводилась до тех пор, пока соперник не сдастся или не умрёт.
Слышу, как часы на центральной башне вокзала бьют полночь. Толпа затихает. Напряжение висит в воздухе, словно грозовая туча.
Началось.
Соперник вынимает из ножен саблю и не спеша идёт мне навстречу.