Расплата по счетам (СИ)

Однако покойный генерал Куропаткин продолжал гнуть свою линию, требуя отправить ему не только непригодный к службе человеческий материал, такой как запасные старших возрастов, но и вытребовал еще 1-й армейский корпус, эшелоны которого уже начали прибывать в Мукден — подошла головная бригада, первая из четырех. Так что к концу месяца с прибытием этого корпуса армия значительно возрастет в числе войск, и составит 17 дивизий (плюс две в Квантунском укрепрайоне, и одна во Владивостоке). Численный состав в две с половиной сотни батальонов при шестистах орудиях полевой артиллерии даст полуторный перевес в силах над противником по числу штыков и пушек, при подавляющем превосходстве в коннице — там перевес по числу шашек тройной…
  
— Господа, как вы знаете, Дальний освобожден, войскам генерала Стесселя достались огромные склады японской армии, и главное больше ста тысяч снарядов, которые не будут применены здесь против нас. Более того, всего две наши дивизии нанесли поражение неприятелю — в 3-й армии генерала Ноги три дивизии и две резервные бригады. И вчера я получил сообщение — на перешейке у Цзиньчжоу появились еще одна пехотная дивизия с резервной бригадой. А это означает только одно — эти двадцать батальонов взяты отсюда, вот потому противник не продвигался вперед, и отнюдь ему не только помешали одни дожди, но и славные стрелки и моряки Квантуна. Но сейчас неприятель снова двинулся вперед, надеясь в одном генеральном сражении нанести поражение нашей армии. Маршалу Ойяме ничего другого не остается — благодаря победам нашего флота он лишен подвоза боеприпасов и продовольствия, не могут прибывать подкрепления. Ситуация полностью изменилась, а потому нам надлежит действовать совсем не так, как было задумано покойным генералом Куропаткиным…
Так британская пропаганда представляла действия русских казаков в Маньчжурии во время 1904–1905 гг., да и в период Крымской войны рисунки были не лучше. Но пройдет всего десять лет, как уже в 1914 году в английских газетах станут появляться совсем другие картинки, но так и обстоятельства изменятся… 
 
Глава 27 
— Стоило мне все эти броненосцы с Дальнего Востока уводить, если до сих пор к их ремонту не приступали. Что-то совсем неладное под «шпицем» творится, раз так такие глупейшие решения принимают.
Вице-адмирал Чухнин пребывал в сильнейшем раздражении — в апреле прошлого года именно за этот переход, проведенный в образцовом порядке, он получил нынешний чин. И тогда он действительно торопился, ведя отряд на Балтику, искренне посчитав, что на ремонт кораблей потребуется полгода. Но к таковому вообще не приступили, ссылаясь то на отсутствие необходимых ассигнований, которые отказался выделить министр финансов Витте, или сейчас на невозможность проведения срочных работ ввиду загруженности заводов по достройке новых броненосцев типа «Бородино». Последние корабли в числе пяти изначально предназначались для усиления Тихоокеанского флота, но к их строительству приступили поздно, и к началу войны только спустили на воду. И лишь один — «Император Александр III» вошел в строй осенью прошлого года, но после этого еще полгода на нем устраняли массу недоделок. И страшно представить, что если это случилось в мирное время, то сейчас творится полное непотребство на других четырех броненосцах, в какой страшной спешке и с чудовищным пренебрежением сейчас идут работы, и к чему может привестив бою чудовищная перегрузка. От последней сейчас на кораблях Тихоокеанского флота стараются всеми мерами избавиться, снимая все, что дает лишний вес без всякой пользы, особенно избавляясь от дерева, включая палубные настилы. Это ведь пища для огня, а бои показали, насколько опасными являются бушевавшие на броненосцах пожары, что за малым чуть не привели к гибели кораблей.
— «Мутишь» ты, Зиновий Петрович, сразу видно, что у тебя «рыло в пуху», раз стараешься виновных найти в собственных ошибках!
Григорий Павлович фыркнул, вспомнив совещание, на котором был позавчера, экстренно вызванный из Севастополя. Начало войны с Японией вице-адмирал Чухнин встретил начальником Николаевской Морской академии и директором Морского корпуса. Написал рапорт управляющему морским ведомством адмиралу Авелану, с просьбой отправить его на Дальний Восток, прекрасно зная тамошние воды, ведь пять лет был командиром Владивостокского порта. Но под «шпицем» рассудили иначе — из Севастополя на войну отправили вице-адмиралов Скрыдлова и Безобразова, совершенно не знавших Дальневосточный ТВД, и там никогда не служивших. А его, желающего туда возвратиться, направили на смену Николая Илларионовича главным командиром Черноморского флота. Там бы он провел время до конца войны, если бы ситуация внезапно не переменилась после первого победного сражения в Желтом море 28 июля 1904 года.
Погибшего в бою на мостике «Цесаревича» контр-адмирала Витгефта заменил начальник штаба флота контр-адмирал Матусевич, бывший командующий миноносцами, отличившийся в самом начале войны, и начавший управлять эскадрой крайне эффективно. Бой закончился победой — Объединенный флот отступил, а два поврежденных вражеских броненосца дошли до британской базы в Вей-Хай-Вее. И вот тогда случилось небывалое, которое и представить невозможно — русские миноносцы ночью атаковали и добили торпедами «Фудзи» и «Ниссин», отправив на дно еще малый крейсер. А затем порт-артурская эскадра очнулась от «спячки» в которой пребывала после гибели адмирала Макарова, получив в лице Матусевича его не менее энергичного и решительного сподвижника. Лихой атакой корабли захватили Дальний, войдя в талиенванский залив и высадив десант. Там был полностью уничтожен 5-й боевой отряд вице-адмирала Катаоки, причем старый броненосец и два столь же устаревших крейсера стали законными трофеями, затонув на мелководье у причальных стенок. Вместе с ними был наполовину истреблен 7-й боевой отряд, в который японцы собрали малые корабли береговой обороны и захвачены острова Эллиота, где японцы устроили для своего флота маневренную базу.
Прекрасно знавший тамошние воды Григорий Павлович тут же отправил рапорт на «высочайшее имя», прося императора отправить его на дальний Восток, причем написал, что действия Матусевича полностью одобряет, и готов стать младшим флагманом, несмотря на то, что старше в чине. Тогда еще не знал, что тот награжден Георгием 3-й степени и стал вице-адмиралом. И это, как ни странно возымело действие — его вызвали в Петербург, куда Чухнин немедленно выехал. И вот его ждет государь, и, судя по всему, монарх собирается устроить «разнос» Адмиралтейству…
— Совершенно необдуманные решения, принятые прежним управляющим Морским ведомством, значительно ослабили наш флот на Дальнем Востоке. Хотя сам переход, осуществленный под вашим командованием, Григорий Павлович, осуществлен блестяще. Но дело в том, что к ремонту броненосцев вашего отряда так и не приступили по нерадивости адмирала Авелана и тогда еще министра финансов господина Витте. И теперь нам всем следует озаботиться устранением тех нелепостей и ошибок, которые эти господа совершили, принеся ущерб державе нашей…
На последних словах император словно споткнулся, произнеся их со странной интонацией в голосе, которая моментально насторожила Чухнина. Ведь это, по сути, отставка двух сановников, абшид полнейший, раз царь столь открыто выражает недовольство. Но отставка Авелана есть серьезный удар по «августейшему» генерал-адмиралу, великому князю Алексею Александровичу, что фактически стоит во главе Российского Императорского флота, и, видимо, монарх сильно недоволен своим дядей.
— Флот наш, руководимый вице-адмиралом Матусевичем и возглавляемый адмиралом Алексеевым одержал выдающуюся победу — потоплен броненосный крейсер «Асама», два малых крейсера и три больших миноносца, у нас серьезно поврежден броненосец «Севастополь», который теперь нельзя использовать в составе эскадры.