Второй кощей (СИ)

— Волоты подогнали по случаю, — сказал я Святославу, забирая артефакт. — А на Слове решил не оставлять. Вдруг заклинания внутри лабиринта не работают. Алена, держи, — передал я приспешнице предметы. — Вот, Ваше Величество, что искал. Именно это и должно помочь.
Я продемонстрировал Святославу семена Бешеной маковки. Не потому, что нашел в лице Великого Князя благодарного слушателя. Я всеми силами старался заболтать правителя, чтобы инцидент с ранением Вредителя поскорее забылся. Да и какое там ранение? Крон засунул на мгновение палец в рот, а когда вытащил, кровь уже не капала. Молниеносная регенерация, чтоб его. Понятно, что для этого надо быть выше пятнадцати рубцов, и чтобы ранения были совсем несерьезные, но все же. Лично меня впечатлило.
Сам я продолжал разговаривать со Святославом, будто на автомате пятясь к Башне. И это сработало. Сначала Князь, а следом и его окружение сделало несколько шагов в мою сторону. Потому никто не увидел, как за их спинами Лео наклонился над асфальтом. Будто бы для сущей ерунды — чтобы вытереть его белым платком. На самом деле, чтобы собрать драгоценные капли крови.
— Эти семена мне дала Травница Инга из Выборга, ваша верная подданная, — сказал я, выполняя часть договора. — Если вдруг что будет нужно…
— У меня хватает травников, — нервно оборвал Князь. — Все, теперь ты готов?
— Да. Только тут не все зависит от меня, Ваше Величество. Полнолуние, все дела. А небо тучами затянуто.
Великий Князь поглядел на крона и тот сначала поднял руки вверх, а потом резко развел их в стороны. Я лишь краем глаза уловил сложную форму создаваемого заклинания. Однако она оказалась такой заковыристой, что я даже половину не запомнил. Магия какого-то высшего порядка.
И она сработала. Будто могло вообще быть по-другому. Тучи стали проворно расползаться в стороны, обнажая бесстыжий полный месяц. Не такой полный, как Алена, но достаточный, чтобы открыть Башню Грифонов.
Теперь хотя бы понятно, кто на праздники облака разгоняет. А нам говорят: «Баллоны с химическими реагентами». Все гораздо проще — магия.
Сам же я мельком глянул за спины сильных мира сего. Только ради того, чтобы убедиться — Лео там нет. Значит, это часть плана уже начала работать.
Что до Башни Грифонов, то ничего сверхъестественного не произошло. В смысле — я точно ожидал чего-то необычного. Ну, не знаю, как минимум землетрясения или яркой подсветки. Вышло все намного скромнее, хотя тоже довольно забавно.
Когда на Башню упал свет, она стала нехотя… шевелиться. Лично я не знал, как еще это назвать. Сначала повернулся верхний пояс из кирпичей, затем средний. Следом, один кусок искуственного камня отъехал вбок, обнажив крохотный проход, в который мог пробраться разве что голубь, другой встал на его место. Постепенно вся Башня Грифонов пришла в движение, меняясь, поворачиваясь Противно скрипя и осыпаясь кирпичной пылью. Меньше чем через минуту она трансформировалась в новую башню. Значительно скромнее прежней по высоте, зато шире и, самое главное, с внушительным проемом посередине.
Я даже вспомнил, как Коловрат говорил, что сам входил в башню. Ну да, это вполне возможно. Правда, чувствовать он себя здесь должен был, как двухметровый европеец в японском автобусе. Даже не знаю, откуда у меня такие ассоциации.
Что еще интересно — как только Башня трансформировалась, княжеские ратники сразу отошли от нее шагов на десять. Словно из недр этого загадочного сооружения мог кто-то выпрыгнуть.
— Башня открыта, — прокомментировал очевидное Великий Князь.
Нет, понятно, что он имел в виду: «Мотя, давай шустрее двигай вниз и делай грязь». Просто мне тоже надо немного настроиться, вытряхнуть аргал из штанов и представить, что я не трус. Потому что планировать все — это одно, а спускаться в мрачное подземелье — совсем другое.
— Да, благодарю за наблюдательность, Ваше Величество, — а сам уже обратился к белой чуди. — Господа…
Правда, тут же стушевался. Потому что сразу две особи не подходили под эту категорию. Одна чудь была слишком красивой для мужчины, а у другой виднелась внушительная грудь. Такая даже при гинекомастии у сильного пола не вырастет. Тьфу ты, вот поговоришь о всякой фигне с Аленой, а потом запоминаешь ненужные слова.
  
— Товарищи, — исправился я. — Можно отправляться в путь.
Было заметно, что чудь тоже не горит желанием пускаться во все тяжкие. Сыра земля — оно, конечно, хорошо. Но вот мертвый волот не внушал оптимизма. Даже сдержанного.
Поэтому я сделал единственное, что было способно хоть как-то воодушевить нечисть. Подошел к проему и стал медленно спускаться в чрево Башни.
Что меня удивило — я погорячился по поводу темного подземелья. Потому что первое, что увидел — россыпь знакомого лишайника на кирпичной стене. Да, полоска была тоненькая. Одна часть ее уходила вниз, а другая тянулась дальше по коридору. Как совсем слабенький светодиод, но и этого было достаточно, чтобы осветить утоптанную землю, ровную кладку кирпичей и длинную галерею с множеством ходов.
— Жесть, — прокомментировала увиденное Алена, которая даже не задумывалась над тем, идти за мной следом или нет.
Вот неизвестно, чего в ней было больше — храброй бесшабашности, глупости или желания поскорее закончить это приключение, чтобы воссоединиться с Анафаларом?
Дурной пример оказался заразителен. А может Горислав посчитал зазорным, что обычная женщина, даже не рубежница, не побоялась войти в Башню, а он оробел. Так или иначе, спустя десять секунд вся белая чудь была здесь. Мялась с ноги на ногу, с опаской смотрела в галерею, но ждала приказаний.
— Товарищи, вводные те же. Нам нужно найти место в стене, больше всего подверженное разрушению. Я не поверю, что за столько лет ничего не осыпалось. И повторюсь, вам ничего не грозит. Вы пришли сюда не за наживой, потому волот не будет на вас реагировать. Но лучше бы сделать все быстро, как вы умеете.
Последнее я сказал для того, чтобы немного воодушевить нечисть. Как они «умели», я в душе не представлял. Но уж очень надеялся, что все их россказни про «земля дает силы» — не пустой треп.
— Слышали? Давайте — быстрее начнем, быстрее закончим! — пробасил Горислав.
И белая чудь ломанулась в галерею, устремляясь в разные ходы. Словно они несколько недель только и занимались изучением лабиринта, а теперь могли наконец проявить себя.
Кстати, в слабом свете лазурного лишайника (с названием которого я был категорически не согласен. Какой придурок додумался его так назвать?) они действительно походили на крыс. Здоровенных грызунов-переростков, которых в любой RPG-шке кучами убивают на первом уровне.
— Нам че теперь делать, ждать их?
— Не нам, а мне, — ответил я Алене. — Все, что ты должна сделать — привести помощь, когда явится Лихо.
— Может, мне с тобой…
— Ага, чтобы тебя случайно зашиб волот, а я потом объяснял Анфалару, что же именно произошло. Вот уж хрена лысого из Браззерс. Будем придерживаться плана.
— Так вдруг я действительно могу это, ну вроде как нейтрализовать магию защитника? Ты же сам говорил наверху. И про сирин придумал…
Я тяжело вздохнул. Вот что бывает, когда человек начинает излишне верить в себя.
— Наверху я так говорил, чтобы оправдать твое присутствие. Что до волота, его магии здесь нет. Он вроде аккумуляторной батарейки, которая подзаряжается от артефакта. Ему ты ничего не сделаешь. И я ему ничего не сделаю, потому что его сила прямо пропорциональна моей.
— Чего? — не поняла Алена.
— Чем сильнее рубежник, который оказывается в пределах действия охватывающего лабиринт артефакта, тем могущественнее становится волот. Поэтому даже крон не смог бы ничего ему противопоставить. Единственный варик победить стражника — сломать артефакт. Сделать напрямую это нельзя, потому что он, скорее всего, находится в центре лабиринта. Что остается? Изменить контур накладываемого действия…
Я это все уже рассказывал Алене. Но тогда она стояла примерно с таким же выражением, как и сейчас. Что называется, гуманитарий в самом плохом смысле этого слова.