Экзамены для феи (СИ)

— И первый вопрос! К вам всем! Какие основные атрибуты настоящей феи? Что отличает нас от простых чародеев, и тем более от ведьм?
Лес рук. Каждая с подобострастием хотела отличиться перед куратором, а я лишь сильнее голову в плечи втянула.
— Пожалуйста, милая, — ласково, совсем не таким голосом как ко мне, обратилась мисс Миола к своей любимице — усыпанной веснушками солнечно-рыжей Ниссе.
— Обязательными атрибутами каждой феи являются ментальные крылья, — она легко повела ажурными яркими крылышками, — и волшебная палочка.
— Все верно, — куратор расплылась в довольной улыбке, а потом снова набросилась на меня, как голодная виверна, — Аравита! Ты слышала, что сказала мисс Ниссиль?
— Слышала, — обреченно пробубнила себе под нос.
— И что? — Миола грозно склонилась надо мной, — что ты должна сделать?
С тяжелым вздохом, я полезла в рюкзачок и достала оттуда видавшую виды, потертую волшебную палочку. У всех девушек палочки хранились в красивых бархатных чехольчиках, расшитых золотыми и жемчужными нитями, были начищены, блестели полированными боками и серебряными наконечниками, а моя выглядела так, будто я ей ковырялась в заду у подвального дракона.
Миола скривилась, с отвращением рассматривая мой безобразный магический артефакт.
— Поразительная безалаберность даже для такой неряхи как вы, мисс Аравита! — строго отчитала меня, а остальные только хихикали. — где ваши крылья?
Крылья я ненавидела больше всего. Бестолковые образы, от которых не было никакого толку. На них нельзя летать, с них не натрясешь волшебной пыльцы. Даже от дождя и то не укроешься! Неосязаемая картинка. Мерцающие, трепещущие, наполняющие душу благоговением. Чем сложнее рисунок и больше цветов — тем сильнее фея. За спиной у самой Миолы вечно переливались, сверкали словно усыпанные драгоценностями, ажурные крылья невероятной красоты.
Одногруппницы гордились своими крыльями, с радостью показывая каждую новую завитушку, а я стеснялась. Потому что вместо воздушных, изящных, переливающихся крылышек у меня получались крылья летучей мыши — на вид кожистые, с коготками на изгибе. Да при этом еще и ядовито-розовые, с синими кружками, как у бабочки Ветрянки. Уродство! Я предпочитала их прятать, чтобы не давать лишних поводов для насмешки, Миола об этом знала, но продолжала давить.
— Аравита! Крылья! Живо!
Едва превозмогая внутренний протест, прикрыла глаза, обратилась к своему расстроенному внутреннему миру, к магической жиле внутри себя, и усилием воли вызвала ментальные крылья.
Феи засмеялись еще громче, глядя на то, как я неуклюже с ними обращаюсь, пытаясь прижать к себе, а они топорщились словно у горгулий, украшавших северный фасад нашей Академии.
— Ужасно! — Миола закатила глаза, — каждый раз надеюсь, что они изменятся, а становится лишь хуже.
Да знаю я! Знаю! Но что поделать, если во мне простудливым образом сплелась кровь мамочки чистокровной феи и папы — хронического ведьмака? И не известно чей потенциал сильнее.
— Так они отражение внутреннего мира, — вякнул кто-то с задней парты, и несколько смешков тотчас поддержали, — как ведьмовскую суть не прячь, все равно на волю рвется.
Я молчала, краснела, но ничего не отвечала. Девочки из группы из хороших семей, богатых, почтенных. Цвет Академии, гордость Ралесса и всей Туарии, а я из рода Блейс. Все что у нас есть — это фамилия, наследство великих предков. Все остальное — деньги, имения, драгоценности давно ушли с молотка, еще до того, как мои родители познакомились.
Мы жили скромно, но дружно и весело: мама, папа, я…и еще пятеро моих сестер. Поэтому не удивительно, что мне всегда приходилось ходить в обносках, донашивая наряды за старшими сестрами. И, учитывая, что все они были истинными ведьмами, хитрыми, озорными, любящими тьму, то из меня получилась очень мрачная фея, вечно одетая во все черное.
Розовые крылья и черная мантия. Что может быть нелепее?
Девушки за моей спиной продолжали веселиться, отпуская обидные комментарии:
— Хм, а крылья у нее такие же потрепанные, как и одежда?
 
— По-моему, пятен на них стало еще меньше. Глупеет наша Вита.
— Можно я отсяду подальше? Вдруг она заразная?
Смех со всех сторон заставлял стискивать зубы и кипеть от злости. Какие они злые! А еще феями себя назвают!
— Что вы смеетесь? — Миола обвела всех ядовитым взглядом, — благодаря тому, что кто-то нарушает университетские правила, ректор решил проверить всех вас на соответствие! И назначил вам ВСЕМ дополнительные экзамены, на которых вы должны подтвердить свое право называться феями! Можете поблагодарить за это нашу распрекрасную Аравиту!
— Да переведите вы ее к ведьмам, и дело с концом! — сердито выкрикнула золотоволосая Юлиана, — почему мы из-за нее страдать должны? Только семестр начался и уже экзамены! Где это видано?
Остальные тоже начали возмущаться, галдеть в один голос.
— Тихо! — сказала строгим голосом куратор, — распоряжения ректора не обсуждаются. Экзаменам быть. И тот, кто их завалит — уйдет к ведьмам. Но бояться не стоит. Вы справитесь. Я в вас верю. У вас у всех все получится, — потом взглянула на меня, как ядовитая змея, добавила, — почти у всех!
В меня она точно не верила.
Волшебные звуки арфы завибрировали в воздухе, щекоча волосы, теплой волной пройдясь по коже.
— Урок окончен, дорогие мои, — нежно прощебетала куратор, старательно не глядя в мою сторону. — я вас предупредила. Экзамены на следующей неделе. Готовьтесь тщательно, чтобы ваши родители могли вами гордиться. Ну а если кто-то не сдаст, что ж, так тому и быть. Недостойным нет места на факультете.
* * *
— Недостойным нет места на факультете, — ворчала я себе под нос, пока спускалась по широкой каменной лестнице, — тоже мне, кружок избранных. Да боевые маги и то не такие снобы, как эти крылатые воображалы!
Я из последних сил держалась на факультете фей, все время балансируя на грани отчисления и одним свои существованием вызывая раздражение у кураторши.
Вот оно мне надо? Я бы с радостью перешла к ведьмам! У них интересно, весело и никаких волшебных палочек.
С удовольствием бы все бросила, но очень не хотелось расстраивать маму.
После того как пять дочерей родились с меткой ведьм — пятиконечной звездой на ауре, она совсем опечалилась, что нет у нет преемницы. И тут я. Последыш, рожденный в ночь семи лун, с какими-никакими, но все-таки крыльями.
Маменька была все себя от радости, объявила всем, что я буду феей, запретила папе учить меня ведьмовским штукам и с особым рвением принялась за мое воспитание.
Мне пришлось корпеть над книгами, пытаться постичь тайны этикета. Родительница хотела, чтобы я прониклась своей великой участью.
…Я не прониклась, но маму расстраивать не хотела. Училась, грустно поглядывая на беспечных сестер, и тайне им завидуя. Ведьмой быть проще и куда интереснее!
Правда отец втихаря все равно учил всяким премудростям, да и сестры активно делились опытом.
Эх, знала бы об этом мама…
Шагнув с последней ступеньки, остановилась и перевела дух. Правое плечо оттягивал тяжелый рюкзак, заговоренный так, что, если надеть его нормально — на оба плеча, он становился легким, как перышко.
Надеть нормально не получалось — проклятые крылья мешались. Я воровато осмотрелась, надеясь, что вездесущая мисс Миола не заметит моего самоволия, и убрала их. Розовое безобразие рассыпалось легким маревом, оставив после себя лишь теплое покалывание между лопаток
В рюкзаке чего только не было: учебник по зельям, пособие по определению потребностей, подлежащий удовлетворению, словарь терминов с древне-камского — без него на языковедении делать нечего, а еще сверток с ингредиентами для зелий, пишущие принадлежности и ненавистная волшебная палочка.
 
Волшебная палочка! Резко остановившись, громко хлопнула себя по лбу! Я забыла ее в кабинете у Миолы!
Очень не хотелось возвращаться, подниматься по бесконечным ступеням, но без палки фее никак нельзя. Оштрафуют на десять баллов! А у меня этих баллов и так столько, что не знаю когда отрабатывать.