Печать Сансары (СИ)

Первая девушка оживилась.
— Арн Рамма?
— Один из восьми существующих. А точнее — о которых я знаю.
— Восемь? Я знаю только двоих…
— Можете ли вы описать того, кого вы ищете?
Первая девушка мечтательно вздохнула.
— Высокий, темные волосы, красивые карие глаза и самый идеальный нос…
Вторая женщина выдохнула с выражением долготерпения, затем сделала вид, что улыбается. — Он достаточно известен. Если он появится, мы точно услышим…
— Но он не писал с конца прошлой осени! — заплакала первая девушка. — Я так боюсь, что с ним что-то случилось.
Другая женщина, проходившая мимо, остановилась, чтобы добавить:
— Мое лучшее предложение — забыть его, — а затем прищурилась, глядя на эмоционально непостоянную девушку, — Поверьте мне. Этот выскочка — не стоит ваших слез.
— Я все же поищу его, — сказал я двоим за столом, а затем поспешил за третьей девушкой.
Ее было легко найти, она была высокой и одета в длинное серебристое платье, сверкающее на свету, с красными лентами и пурпурными каплями дождя дома Диа.
— Простите, вы лично знакомы с Арном?
Она пренебрежительно посмотрела на меня, а затем рассмеялась.
— Вы, должно быть, новенький. Все на «сходке» знают Арна. Он самый большой идиот по эту сторону океана.
— Да, вы правы, я новенький, но… Не могли бы вы рассказать о нем?
— Пф. Легко! Он думает, что он особенный, и все остальные тоже. И это ровно до того момента, пока он не слиняет, и не оставит все эти молодые сердца в тишине и обиде. Это относится и к мужчинам. Или вы надеетесь стать исключением? Нет? Тогда будьте готовы к разочарованию.
— Я так понимаю, он много путешествует?
— Он главный игрок на трассе. Ходит даже в межсезонье. Я не знаю, как он продолжает находить новых идиотов, но каждый раз, когда я его вижу, у него появляется новая кучка «фанатиков», — она самодовольно фыркнула и покачала головой, — Харизма тратится на дураков.
— Но что он делает?
— Помимо громких слов и обещаний того, что он не может выполнить? Не очень много, слабая улыбка скользнула по ее лицу, — У него есть некоторые хорошие качества, не поймите меня неправильно. Но в целом он просто человек со слишком большой властью, который так и не вырос.
Она схватила бокал с вином, насмешливо поднесла его ко мне, затем сделала глоток, повернулась и продолжила идти. На этот раз я не стал преследовать ее.
«Так „шестой“ был харизматичным бездельником, которого не видели полгода? Очень интересно».
— Здравствуй, Господин беркут-Рамма, добро пожаловать, — улыбаясь, сказала еще одна молодая представительница дома Зори, — Я Ариана, могу я узнать ваше имя?
— Я Дитрий Лим, наследник дома Раммы. Рад встрече и знакомству.
  
Глава 21
 
Эмоции
 
Каждые несколько минут меня останавливали для очередного представления, до такой степени, что я уже начал путать имена и лица людей.
Почти все были из семьи Зори, все очень дружелюбные, всем было любопытно узнать, кто я такой. Судя по всему, новички на «сходке» были чем-то вроде редкости.
Даже Арн был окружен людьми, пытавшимися поприветствовать его, что вполне его устраивало, поскольку он вовлек их всех в дискуссию.
Лично я не знал, как относиться другие люди к его попыткам сплотить дома.
У меня было смутное представление о том, что чем дальше он распространял свою речь «мы развалимся по этим причинам», тем больше шансов, что он станет катализатором, вызвавшим указанный крах. Мне очень не хотелось видеть, что произойдет с миром, если дома откажутся от своего древнего перемирия и начнут всерьез сражаться.
— Мы с группой друзей планируем выскользнуть сегодня пораньше, чтобы посмотреть игру в мар, — сказал Ариана. — Не хочешь присоединиться к нам?
Я вздохнул. Казалось, полгорода собирается на турнир по мар. И уже отклонил полдюжины приглашений, предпочитая сосредоточиться на попытках найти способ получить информацию о Астазе или его семье.
— Ты случайно не знаешь, будут ли Господин Зори или кто-нибудь из высшего семейства на этой неделе в «доступе»?
 
Улыбка Арианы немного поблекла.
— Господин и его семья в «затишье», и сразу же понизила голос. — Разве ты не слышал? Были осложнения с рождением его внучки, и они отчаянно пытаются обеспечить ее выживание.
Осколок силы в моей груди спокойно пульсировал против моей инстинктивной паники.
«Так она только родилась? Почему мне сказали, что наследник? А не то, что это девочка? Почему я думал, что она уже есть на свете?»
Это была моя вина. Если бы я просто ушел, если бы я не был настолько глуп, чтобы схватить блестящую искру, камень манны… То он бы мог перейти к своему законному владельцу.
Теперь вся семья боролась за жизнь нового наследника. А я хотел бы найти какой-нибудь способ вырвать эту силу, вернуть ее законному владельцу. И с радостью отказался от всех атрибутов знати, от всего моего украденного престижа и беззаботного образа жизни, просто чтобы вернуть все в прежнее русло. Каким оно должно быть.
— Я вижу, ты не знал, — мягко сказала Ариана, и нежно коснулась моего плеча, — Если вы решите, что хотите пойти на игру, предложение остается в силе.
— Спасибо, — рефлекторно ответил я, хотя мой разум был далек от настоящего.
Я бессознательно поплыл вверх, погрузившись в свои мысли. В основном — самообвинения.
«Что я делал? Как это должно было чем-то помочь? Если смерть Астаза была законной, если дуэль была обязательной… Если единственным настоящим преступлением была моя кража его камня манны, пусть и случайная, то вся эта попытка расследования была одним гигантским бесполезным занятием».
Я должен был уйти.
Близлежащая балконная дверь позволила мне выскользнуть наружу, оставив вечеринку позади. У меня больше не было настроения на светские беседы.
Через три минуты я пролетел высоко над голубым городом, совершенно потерянный. Я понятия не имел, где находится дом, в который нас заселили, и с воздуха я его все равно не узнаю.
Так что я продолжал идти за пределы города, сквозь туман и вниз, туда, где реальность не включала в себя никаких мыслей о силе, правлении или чем-то еще, кроме жизни.
Потребовалось две минуты, чтобы добраться до моего старого офиса.
Табличку с писцом сняли, но само здание не изменилось.
Так почему же это выглядело так чуждо? Крошечное здание, теснящееся рядом с другими крошечными зданиями, все освещено окружающим меня фиолетовым светом.
Дрейфуя по когда-то знакомым улицам, пытаясь убежать от чувства отчуждения, все казалось другим.
Даже если бы я захотел, я не смог бы вернуться.
И меня посетила «глубокая» мысль:
«Лучше бы я не уходил в мир дворянства».
Но был ли когда-нибудь другой выбор? Все, что я делал сейчас, было актом отчаяния. Я как-то забыл об этом, отвлекаясь на мягкость фасада, но как долго я мог притворяться, что принадлежу к дворянству, не начав сам в это верить?
Мне там не место. Я никогда не стану таким, как они.
Я полетел быстрее, из города, к маленькому селу у опушки леса. Сквозь некоторые окна редких домов виднелся небольшой огонек, служивший маяком, к которому нужно было стремиться.
Ветер щипал лицо, я летел все быстрее и быстрее. Через несколько минут я поплыл к маленькому домику, стоявшему на самой опушке леса, и упал на землю.
Беспомощные слезы проложили знакомые дорожки по моим щекам…Я пошел в лес, позволяя свету фуксии освещать мне путь, и провел следующие несколько часов в поисках растений и трав, которые могли бы быть полезны моей матери, пока вечерний холод и привычная работа не притупили безнадежность.
Когда луна начала подниматься, я бросил узлы «добытого» на ее крыльцо и направился обратно к городу.
Только тогда моя сила пошатнулась, сбросив меня с неба менее чем на полпути к Канду. К счастью, я летел низко, чтобы следовать по дороге, поэтому избежал серьезных травм, но это оставило меня потрясенным и неустойчивым.