Бойфренд для Цесаревны (СИ)

— Андрей, пойдём. У меня для тебя есть эксклюзив. — Мы прошли на третий этаж. Здесь был огромный этаж мужской одежды. Народа было не так много. Блин, чего тут только не было. Костюмы, просто брюки и просто пиджаки, самых разных фасонов. Причём я подходил смотрел, даже щупал. Всё было очень качественное, из хорошего материала. Мужские сорочки, рубашки с коротким рукавом, футболки, верхняя одежда — пальто, плащи, куртки, шубы и дублёнки. Пуховики. Нижнее мужское бельё. Одним словом, полный комплект. Но Фаина завела меня в рабочее помещение, за залом. Пока мы шли она жестом подозвала к себе одну мадам.
  
— Значит так, Катерина, костюм из последней моей коллекции. Да тот, который я не выставляла. Который я готовила для князя Лихтенштейна. Князь обойдётся, тем более, он скупердяй порядочный. А костюм как раз по размерам Андрею подходит. Плюс нижнее мужское бельё. Обувь я закажу в компании «Скороход». Там знают что надо подобрать.
— Как «Скороход»? — Спросил я.
— А в чём проблема, Андрей? Компания «Скороход» одна из старейших обувных фирм в Империи. Ей больше ста лет. Поверь, они знают толк в обуви. И даже мне сделали под мою коллекцию обувь. Размер у тебя какой?
— Сорок второй… — Твою душу, опять ляпнул. А здесь эти типо-размеры в ходу? — Фаина кивнула.
Мне принесли костюм на плечиках, в полиэтиленовом колпаке. Колпак сняли. Оставили меня одного в кабинете. Я быстро переоделся. Вскоре принесли коробку с обувью фирмы «Скороход». Открыл её и посмотрел. Мля! Я думал увижу советскую хрень, а там оказалось… Мать моя женщина. Я взял туфли и разглядывал их. И не верил, что такое возможно сделать у нас. Я привык к другому. Что у нас отстой, а западное, это круто. Надел туфли. Подошли мне идеально. Встал. Походил. Блин, даже разминать не надо, как влитые в меня. В итоге вышел в зал. Фаина и Софья смотрели на меня. Как и работницы, продавцы и прочие. Мне даже стало не по себе.
— Сонечка, моя хорошая, знаешь, я только сейчас поняла, для кого я делала этот костюм. Для Андрея.
— А как же князь?
— Князь? Да я для него что-нибудь подберу. Обойдётся этот нищеброд. То же жмот европейский порядочный. Все они жлобы. Не люблю с ними работать. Вот арабы, это что-то. Денег не жалеют, мама моя. Я уже для троих принцев костюмы сделала. Мне ещё с десяток заказов пришло. Так что мне эти жлобы европейские, за каждую копейку готовые удавится, по барабану. Надоели. Сонечка, другое время настаёт. Кто этого не понял, тот в пролёте. Европа, это уже прошлое.
— Знаешь, дорогая, твои революционные мысли, всегда нас напрягали.
— У меня только одна революция, это одежда и мода. Кстати, Андрей, а ты служил?
— В смысле?
— Военным был? — Вот дилемма. Сказать, что был, спалюсь. Но в тоже время не сказать, это позор.
— Скажем так, служил.
— Где? — Фаина не отставала.
— Морская пехота.
— Вот! — Фаина даже захлопала в ладоши. — Я так и знала. Лейб-гвардия! Катя будет довольна. Ты знаешь, что ей дали, наконец, генерал-майора? Она же командует целым корпусом морской лейб-гвардии пехоты. — Говорила Фаина, глядя на Софью.
— Знаю. Катька солдафон! Господи куда наши юные годы делись?
— Ничего она не солдафон. Ты же знаешь, кто у неё отец?
— Полный адмирал флота.
— Вот. А Катюша это звание выстрадала. Помнишь, как её отказывались брать в училище, а мы её поддерживали. Бегали, просили за неё её отца. Зато сейчас она первая женщина в империи генерал-майор. Причём командует натуральными головорезами. И они её слушают и очень уважают. И любят.
— Знаю, Фая. Мы вообще ненормальные все четверо были. Господи, и угораздило меня попасть в клан Самариных. Это ты виновата, Фаинка!
— Чем я виновата? Тимоша ходил за тобой как привязанный. Любил тебя до ужаса. Чего тебе ещё не хватало? Всё хорошо сложилось, Соня.
— Я знаю, Фая.
— Чего тогда ноешь? Тимошу своего любишь ведь?
— Люблю. Что уж тут говорить то? А Катька, помнишь, как к ней посватался Стёпа? — Обе дамы опять захохотали.
— Помню. Подходит к нам такой студент. С очками, перевязанными изолентой. Вижу, он очень волнуется, свои очки постоянно поправляет, чтобы они не развалились. Говорит: «Катерина, я пришёл позвать тебя замуж. Знаю, что не нравлюсь тебе. Но ты потом поймёшь, что я самый лучший для тебя». Катька чуть в обморок не упала. И гудела от злости, как трансформаторная будка. Даже не знаю, как она тогда Стёпе по голове не настучала. Как она его назвала тогда? Очкарик! А сейчас посмотри. Степа профессор. Именитый. Международная величина. Катя генерал-майор. Двое детишек у них, взрослые уже. Так что всё у нас в жизни сложилось. И у тебя Соня. Муж прекрасный. Денег, куры не клюют. Дети, двое. Сын и дочь. Тимоша у тебя хороший.
— Да знаю я, что хороший. Он трудоголик. Хочу на море с ним съездить. Он когда на отдыхе, тогда совершенно другой. Любовь у нас выше звёзд.
— Что тогда тебя волнует?
— Да ничего не волнует. Ты сама то замуж вышла, Фая? Нет. Всё так и одна?
— Ты знаешь почему я замуж не вышла и не выйду.
— Фая, двадцать лет прошло как Костя твой погиб. Ты всё забыть не можешь?
— Не могу. Как и лечь с другим мужчиной в постель. Так что, я останусь той, которую вы знали. Сонь, всё нормально. Я рада, что девчонки собираются. Отметим это дело. Боже, как я соскучилась по Катьке, по Вальке, по тебе.
— Ладно, Фая. Андрей пойдёт в твоём эксклюзиве. Пусть.
— Согласна, Сонечка! — Она посмотрела на меня. — Андрей, костюм снимай. В своё одевайся. Завтра блеснёшь на приёме.
  
Глава 4
 
Историческая развилка или что пошло не так?
 
Когда мы с Софьей вернулись в усадьбу Самариных, меня вызвал к себе глава клана. Он указал мне на мои часы.
— Это что у тебя за часы? Какой компании?
— «Ориент» Японская часовая компания. А что? Очень крутая.
— Не знаю я никакой «Ориента».
— Как это? «Ориент» известная компания.
— Что-то ты путаешь, внучок. Нет никакой часовой компании «Ориент». Поэтому, сними их. К Цесаревне наденешь вот это. — Он положил на стол футляр. Я открыл его. Там были золотые наручные часы «Павел Буре» с золотым браслетом. Часы были украшены бриллиантами. Не хило! Я даже рот открыл.
— Рот закрой. Возьми и примерь на руку. Запомни, серьёзные люди в империи носят часы исключительно часовой компании «Павел Буре», поставщика Двора Его Императорского Величества. Понятно?
Павел Буре. Да я как-то читал, что была такая часовая торговая марка до революции в России. Но потом она стала чисто швейцарской, после революции.
— А что, швейцарец лучше японца?
— Какой ещё швейцарец? Компания чисто наша, российская. Давно уже, ещё с 19 века. Хотя да, по началу часовой завод был в Швейцарии. Там часы изготавливались, а в Россию возились как детали. Это чтобы избежать высоких таможенных сборов. В России они собирались в часовой сборочной мастерской в Москве. Потом открыли сборочный филиал в Киеве. Но в 1920 году Её Императорское Величество Ольга Николаевна поставила перед хозяевами торгового дома «Павел Буре» ультиматум, или они полностью переводят производство в Россию или им запрещено будет указывать на часах, что они поставщики «Двора Её Императорского Величества» и изображать на часах гербы империи. А так же они должны будут полностью платить таможенные сборы. Так как такое жульничество с таможенными платежами для России неприемлемо. Швейцарцам ничего не оставалось делать, как перевезти всё производство в Россию. С тех пор, «Павел Буре» чисто российская часовая компания, входящая в пятёрку лучших мировых изготовителей часов. Они выпускают всякие разные часы, а так же точные измерительные приборы. В том числе и для военной промышленности. Мы Самарины очень плотно сотрудничаем с компанией «Павел Буре». — Дед достал из кармашка своей жилетки, в которой ходил, золотые карманные часы на цепочке. Нажал на что-то, и крышка часов открылась. Тут же зазвучала мелодия «Боже царя храни». — Этим часам больше ста лет. Их мне мой отец передал перед смертью. Можно сказать наша семейная реликвия. Я наручные часы не ношу. К этим привык. А ты надевай. А эти свои, ориенты, спрячь куда-нибудь. И не позорь нас.