Мой дикий сводный (СИ)

– Иди сюда, – хрипло шепчу, теряя голову окончательно от той красоты, что сейчас лежит и выгибается передо мной.
Убираю руку от влажных складочек и прислоняюсь к ним головкой. Прохожусь вдоль промежности, раскрывая и размазывая по члену смазку. Забава тут же тянется к моей щеке рукой, а я целую ее ладонь и, приподняв за бедро, упираюсь головкой в узкую щелочку.
– Мирон? – выдыхает Забава удивлённо и я плавно толкаюсь внутрь.
  
Член, который, казалось, слишком велик для такой маленькой по размерам партнерши, без сопротивления входит практически сразу на половину длины, и лишь потом Забава сжимается на нем, ахая.
– Все, все, – толкаюсь глубже. – Все хорошо.
– Мирон, – испуганно замирает Забава, но я тут же целую ее и продолжаю медленно двигать бедрами, сжимать грудь, пропуская твердые соски сквозь пальцами.
Ее тело снова постепенно расслабляется и отвечает на мои прикосновения.
Чувствую, как нежные тугие стеночки начинают все чаще сокращаться и сжимать мой напряженный до предела член. Слышу, как учащается дыхание Забавы, и во все глаза смотрю, как она жмурится, запрокидывая голову, а после тихо стонет, сжимая меня до искр из глаз. Обмякает.
Толкаюсь еще несколько раз и выхожу из нее прежде, чем по спине прошибает волной мурашек, а член начинает вздрагивать, извергая сперму.
Устало падаю рядом с Забавой, сжимая головку в кулаке, чтобы не испачкать ничего. Другую руку тяну, чтобы обнять свою горячую девочку, но она внезапно уворачивается и отворачивается от меня.
– Эй, ты чего? – поворачиваюсь следом за ней и пытаюсь заглянуть в лицо.
– Ничего, все нормально, – глухо шепчет Забава, отворачиваясь еще сильнее.
– Ты плачешь, что ли? – выдыхаю испуганно. – Я тебе больно сделал?
– Нет.
– Так, иди сюда, – все же вытираю руку об плед и разворачиваю Забаву к себе, но она тут же прячет лицо, уткнувшись носом в мою грудь. – Что случилось?
– Отстань!
Обнимаю ее, несмотря на то, что брыкается.
– Я же все аккуратно сделал. Ты кончила. Что не так? Теперь ты знаешь, что это не страшно.
– Я тебя не просила! – отталкивает меня Забава и садится на кровати. Теперь вижу, что все же плачет. – А ты!.. ты обещал! Если хотел просто трахнуть меня, зачем было столько громких слов?
– Послушай меня… Мы встречаемся. Я – вот он, рядом с тобой. Я никуда не денусь. Зачем отказываться от кайфа?
– Чтобы чувства проверить. А тебе, видимо, наплевать!
– Я прекрасно знаю свои чувства и мне не надо их проверять. – хмурюсь. – Если ты не уверена в своих, зачем соглашалась тогда на это все?
– Потому что ты обещал! – вскрикивает Забава. – И я тебе поверила. А ты меня обманул.
– Да. Обещал, что у нас будут отношения. Обещал что-нибудь придумать. Перестарался. Косякнул. Ты себя видела? С тобой рядом голова отключается!
– Ты прав, я сама дура. Спасибо, что не кончил в меня! – рычит она зло.
– Давай обнимемся, а позже поговорим, м? – миролюбиво тяну руки к Забаве, но она отпрыгивает от меня, как от огня.
– Я домой поеду, чтобы тебя больше не провоцировать.
– Забава…
– Не трогай меня! – она хватает штаны и соскакивает с кровати.
Вижу, как дрожит вся. И мне очень хочется ее обнять, но, кажется, я сделаю этим только хуже.
– Я поеду домой! – снова рычит, натягивая одежду.
– Хорошо, я отвезу тебя, – соглашаюсь и ищу свои вещи.
Может, остынет по дороге. Поговорим нормально.
– Не надо, я вызову такси.
– Тогда я тебя не выпущу, – повышаю голос.
– Ты пил!
– Ничего я не пил, – выдыхаю зло. – В моих коктейлях не было алкоголя.
– Хорошо, фиг с ним, поехали, – шмыгает носом Забава, не глядя на меня, и выходит из комнаты.
Сжимаю крепче зубы, чтобы не выругаться. Я не думал, что для неё это так принципиально. Будто я ее не девственности лишил, а объявил, что она будет третьей женой у меня.
И что теперь делать?
Выхожу следом в то время, как Забава натягивает куртку и включает свой телефон.
Даже не смотрит на меня, то и дело шмыгая покрасневшим носом.
Обуваюсь и мы выходим из дома. Завожу машину и даю прогреться пару минут.
– Давай поговорим, – зову уткнувшуюся в экран вредину, но она отрицательно качает головой, что-то кому-то написывая.
Понимаю, что ей сейчас сыпятся пропущенные сообщения и звонки от друзей, но все равно бешусь и ревную.
Выезжаю со двора, то и дело поглядывая на Забаву. Вообще не поднимает на меня глаз.
– Хватит злиться, – прошу её.
– Я не злюсь, – холодно бросает она. – Я просто делаю выводы.
Сжимаю руль до побелевших костяшек.
– Подождешь меня в машине, я на пять минут? – останавливаюсь возле магазина.
Кивает, опять не глядя на меня.
Ухожу в супермаркет и возвращаюсь спустя десять минут все к тому же каменному, безразличному выражению лица.
Ставлю пакет в багажник и выезжаю с парковки. Делаю музыку погромче и больше не произношу ни слова. Это бессмысленно, пока она злится. Я и сам на взводе и уже не готов к конструктивному диалогу. Нам нужно время, чтобы переварить то, что случилось. Правда, боюсь, если мы разъедемся, то Забава придумает себе довольно увлекательное объяснение тому, почему мы не можем быть вместе. А я готов платить за свои косяки, но не такую цену.
– Что так долго-то? – недовольно вздыхает Забава, задумчиво глядя в окно спустя время, а потом напрягается и активно вглядывается в местность. – Куда мы едем?!
  
36. Мирон 
 
Усмехаюсь и ничего не отвечаю.
– Мирон! – разворачивается она ко мне. – Куда мы едем?!
– Ты, вроде, не хотела разговаривать со мной? – фыркаю, не глядя на нее.
– Я… Ты!.. Сдурел?! Мы едем обратно?!
– Ага. – широко улыбаюсь. – Там у нас с тобой лучше получалось договариваться.
– Останови машину, – требует Забава.
Ее голос даже вибрирует от злости.
– Неа, – смотрю в ее темные от ярости глаза. – Ты же хотела встретить новый год с классным парнем. Я тебе это организую.
– Если ты сейчас же не остановишься, то… то мы расстанемся! – взвизгивает Забава.
Стискиваю зубы и делаю музыку так громко, чтобы не слышать ее ультиматумов.
Расстанемся, ага. До города сначала доберись. Если потребуется, до лета в этой избушке на курьих ножках жить будем, пока не притремся.
Забава обиженно отворачивается к окну и больше не смотрит на меня. Ну и пожалуйста.
На адреналине кажется, что доезжаем достаточно быстро. Оставляю машину на краю деревни, потому что мой седан слишком низкий для таких сугробов. И так то и дело тащило в сторону. Приходилось ехать четко по колее от внедорожников, когда свернул с основной трассы на грунтовую дорогу.
Глушу двигатель и вылезаю в сугроб. Достаю из багажника пакет. Открываю дверь Забаве.
Отворачивается от меня и сидит, насупившись.
– Выходи, – вздыхаю.
Молчит.
– Хорошо, оставайся тут. Темнота, волки, – все, как ты любишь. – усмехаюсь и захлопываю дверь.
Деревня все так же встречает нас темными глазницами окон.
Быстро иду в сторону дома. Подсвечиваю себе фонариком на телефоне. Настороженно поглядываю в сторону леса, но там никого нет на первый взгляд. Сколько я лазил в детстве по заброшкам с друзьями, а здесь все равно ночью жутковато. А она там сидит одна…
  
Дохожу до крыльца, вытаскиваю из пакета пару бутылок шампанского и втыкаю в сугроб рядом с ним. Я на полном серьёзе здесь собрался отмечать праздник, если потребуется. Захожу в избу, ставлю пакет на стол и включаю электрический автомат. Трогаю печь. Уже остыла. И в воздухе ещё не холодно, но уже чувствуется свежесть. Нужно будет топить и прогревать дом заново.