Скиталец. От монстра к человеку (СИ)

— О да, я весь в предвкушении, — произнёс я с недоброй улыбкой.
Эти слова были чистейшей правдой, а об истинных причинах предвкушения теату знать совсем ни к чему. На протяжении всего пути я старательно изображал патриота и делал вид, что всем сердцем ненавижу Дерохан и всё его население. На деле же мне не было ни малейшего дела ни до глупых людских войн, ни до отдельных государств, и на участие в затее командования я согласился по одной простой причине. Мне нужен был доступ к технологии, позволяющей призывать тварей из Войдаса.
  
Но нельзя было забывать о простом принципе, одинаково работавшем в любом из миров. Едва ли вы сможете заключить союз со стаей после того, как убивали состоящих в ней особей. И договор с вражеской стороной сильно усложнится, если к моменту контакта моё подразделение успеет запачкать руки в крови дероханских граждан и разрушить пару городов.
А значит, о заключении союза следовало позаботиться заранее, а не дожидаться удобного момента уже после первых столкновений. Осознавая это, я подробнее изучил вопросы связи и передачи информации. И лучшим способом оказался хорошо знакомый мне Тайнограм, как оказалось, годящийся не только для обсуждений наркоты и отлова плебеек. Степень защиты данных в нём была настолько фанатичной, что оборонные структуры многих стран использовали его для анонимных сообщений о возможных угрозах, будь то террористы или враждебно настроенные государства.
Не стал исключением и Дерохан, на официальных сайтах которого быстро обнаружился канал для подобных доносов, куда я незамедлительно отправил видео, записанное в зале совещаний генерального штаба Киргонии.
Вскоре со мной связались уже с другого профиля под ником «Дирк», первым делом попросив удалить переписку с официальным каналом. С тех пор мы нередко переписывались, и я при каждой возможности сливал новому контакту все полезные данные о численности, перемещениях и планах союзников. Но хоть лордам и разрешалось пользоваться смартфонами в военное время, слишком частое залипание в экран могло вызвать подозрения, так что общение с дероханским связным пришлось свести к минимуму.
Но даже так он уже был осведомлён о моих ответных требованиях, умещавшихся в два пункта: безопасность для нас с Арколи и знакомство с таинственным призывателем монстров. Дирк честно предупредил, что разговоры о безопасности смогут начаться только после нашей встречи и объединения, не раньше. Дероханские солдаты не станут в пылу битвы разбираться, кто из киргонийцев является ценным перебежчиком, так что до этого мне придётся самостоятельно заботиться о своей сохранности.
Пришлось поломать голову над тем, как поставить в известность учёную. Всё же она была полезным союзником, и не хотелось бы допустить попадания в неё шальной пули. К моему удивлению, Арколи уже сама догадалась о моих истинных мотивах и первой подняла эту тему. И полностью разделяла идею добраться до загадочного призывателя и заключить с ним союз. Похоже, патриотизма и преданности к своей родине у нас было поровну, и вопросы моих будущих апгрейдов вызывали в ней куда больший интерес, чем глупый конфликт двух государств.
Грузовик остановился, и из динамика донёсся голос водителя:
— Приехали.
— Отлично, на выход, — приказал Марисон.
Солдаты кивнули, и по команде теата мы высыпали на улицу. Стояла ночь. В данный момент мы находились перед лесом, на другой стороне которого располагался тот самый Хуннет — первая цель нашего вторжения. Дабы не вваливаться в город всем скопом, мы разделились на несколько отрядов и подготовили атаку с разных направлений.
Активировав очки ночного видения, тоже артефакторные и работающие на связи с Войдасом, мы шагнули под сень деревьев и спустя несколько часов вышли из леса с другой стороны. Впереди открывался вид на огни ночного города.
Пересекая вместе с рядами союзников отделявшую нас от цели равнину, я вспоминал о последних договорённостях со связным. Имей я возможность в любой момент связываться с ним и транслировать картинку, всё было бы куда проще. Но спрятать в мелком человеческом теле полноценный смартфон, для пользования которым требовались ещё и лишний палец с глазом, было банально негде. А если прямо сейчас достану его и начну что-то набирать, это будет всё равно что повесить на себя табличку «предатель».
Поразмыслив о том, каким же образом можно продолжать слив информации, даже когда на меня смотрят десятки глаз, и посоветовавшись с Дирком, я снова обратился к Берри. В этот раз моим заказом был маячок, работающий на всё той же связи с Войдасом. Через неё он активировался и через неё же передавал дероханцам сигнал о моём точном местонахождении. И Дирк, и компьютерщик уверяли, что никакие технологии не смогут отследить его работу, а найти его при обыске не выйдет по той простой причине, что ношу я его не кармане, а сами догадайтесь где.
Сразу оговорюсь, что для слежки за ничего не подозревающими целями такие маячки не годились. Ведь как и все артефакты, они нуждались в ручной активации и поддержке со стороны носителя и не могли работать автономно, вследствие чего не получили популярности у шпионских структур.
И вот до первых зданий осталась какая-то сотня метров.
— Ну что, все готовы? — спросил Марисон, возглавлявший атаку.
Вопрос адресовался главным образом мне, Арколи и остальным лордам. Плебеев никто не спрашивает, готовы или нет. Не выполнят приказ — заплатят за неповиновение прямо на месте. Своими жизнями заплатят, само собой.
Не услышав возражений, теат принял из рук идущего рядом носильщика массивный артефакт с верхними рукоятями, делавшими его похожим на миниган, и активировал устройство. Каркас оброс синими неоновыми формами, и в руках теата материализовалась громоздкая пушка под названием хэол-ган.
Марисон поднял орудие, прицелился и дождался, когда на конце ствола с угрожающим гудением сформируется энергетический шар размером с пушечное ядро, после чего «нажал на спуск». Оружие ухнуло и выпустило снаряд. Мгновенно преодолев расстояние до цели и врезавшись в одно из зданий, он взорвался с оглушительным грохотом, разом снеся несколько этажей с нашей стороны.
Мда, хоть мне и доводилось видеть ролики с демонстрацией оружия театов, но узреть его в живую — совсем другое дело. И правда устрашающая штука. Устрашающая по меркам людского вида, конечно же.
— Да познают же дероханские черви гнев Киргонии! — пафосно произнёс он, посылая второй снаряд в соседнее здание.
Остальные не стояли на месте и продолжали продвигаться к городу. Впереди шли солдаты с выставленными щитами, а позади них держались стрелки, включая нас с Арколи, уже призвавших сактер-райфлы и взявших на прицел приближающиеся городские улицы. Использовать разом несколько артефактов могли только театы и ваш покорный слуга, в связи с чем остальным (как лордам, так и плебеям) приходилось делать выбор между щитами и оружием.
Двери подъездов одна за другой стали распахиваться, и наружу высыпали испуганные люди. Выходит, Дерохан не стал их эвакуировать, даже зная о приближении неприятеля. Не хотел, чтобы Марисон раньше времени догадался о подставе? Успешное покушение на теата настолько важно, что стоит жизней нескольких сотен гражданских? Ну, дело ваше, моей задачей было предупредить об угрозе.
Мои союзники к этому времени уже открыли огонь. Мне тоже следует вести себя естественно, дабы никто не догадался о моих тайных помыслах раньше времени. Вскинул винтовку и не целясь пальнул в сторону дороги, как и шагавшая рядом Арколи. Хотя не исключено, что она палила прицельно. Не то чтобы это было важно, да и некогда мне следить за её снарядами и проверять, куда они улетели.
  
Обстрел вёлся умеренный. Нужно было не только принести на вражескую территорию смерть и разрушение, но и сберечь патроны… то есть, энергию на случай возможного сопротивления. Не мы одни такие умные и догадались заранее перебросить часть войск к границе.
Войдя в город, мы вытянулись в колонну и двинулись по улицам, продолжая постреливать по сторонам. Марисон шёл во главе, мы с Арколи оказались ближе к середине. Теат со своей пушкой отвечал за разрушение города, а солдаты выбивали показывающихся на пути жителей Хуннета.