Предатель. Тайная жизнь миллиардера

Он больше мне незнаком. Фотопленка нашей семейной жизни засвечивается и ничего уже не исправить.
– «Песто», Стефания Олеговна.
Я гляжу на фасад ресторана, а Влад выходит из машины, открывает мне дверь и по обыкновению провожает до порога.
В заведении с итальянским уклоном вкусно пахнет. Сколько я не ела нормальной еды? С того самого вечера…
– Стефания! – Марина поднимает руку над головой.
  
Я на ходу расстегиваю шубу, развязываю шарфик из тончайшего шелка и, подойдя к копии Маши Малиновской, леплю на губы только внешне приветливую улыбку.
– Присаживайтесь, Стефания. – Указывает мне на стул с изогнутой спинкой. – Я ненавижу ждать, но вам повезло. И все благодаря Димочке Александровичу.
Димочке Александровичу? Какие теплые отношения.
– Спасибо, – кладу сумочку на стол, сажусь. – А можно узнать, каким образом замешан мой муж?
– О, я его просто обожаю. Они с моим дядей играют в теннис по воскресеньям, я там часто бываю. И сегодня, после трех звонков вам, я набрала Димочку. Он объяснил мне, что у вас сейчас сложный период.
– Период? – мои брови кучкуются на переносице. Пальцы царапают не застеленный скатертью стол.
– Да, слишком много заказов в вашем агентстве. Но я же не какая–нибудь дочка депутата, да? Я важная персона. Верно?
– Конечно, Марина, вы у меня в приоритете.
– Во–о–от. Димочка так и сказал. И заверил меня, что вы никогда не подведете, вам можно доверять даже собственную жизнь.
Наполняю рот слюной и сглатываю. Почему под ложечкой начинает посасывать? И ладони потеют?
– Знаете, Марина, я много лет занимаюсь организацией торжеств. Я создала сотни идеальных дней и счастливых воспоминаний. Вы действительно, можете мне довериться.
– Отлично, – дергает обнаженным плечиком. – Тогда поехали. Во–первых, я хочу всё самое лучшее. Никаких подделок, вам ясно?
– Да. Все шаги будут согласовываться с вами. Мои помощницы замучают вас звонками.
– Лучше так, чем понять, что в день свадьбы у тебя начались месячные, а тампона ни у кого нет. Ну, кроме уборщицы в ресторане. Представляете? Засунуть в свою любимую крошку тампон, который таскала в кармане уборщица!
– Да уж, неловко. – Я мысленно молю официанта, поскорее обслужить соседний столик. Но он не торопится.
– Неловко! Да это жесть, как мерзко! Элька еще долго вспоминала ту свадьбу нашей подруги.
– Эля? – я возвращаю на нее взгляд, ощущая сокращения мышц во всем теле. В солнечном сплетении нарастает болезненное жжение.
– Ага, моя подружка невесты. Кстати, она пару месяцев работала на зама Димочки. Такая чумовая девчонка!
Чумовая девчонка…тру грудь ладонью, воспроизводя в мыслях ее поведение в день нашей годовщины. Ее смс–ки, смех, убийственные слова.
– Простите, Марина, но мне уже нужно идти. Я поняла задачу, сделаю наброски и позвоню вам. Или одна из моих помощниц. – Изъясняюсь обрывками, рву слоги на части.
– Но мы даже не поговорили ни о чем. Как вы поймете, чего я хочу?
Марина наблюдает за моими сборами с высоко вздернутым подбородком.
– Вы яркая девушка. Вам нравится роскошь в стиле голливудских мелодрам. Что–то среднее между «Свадьбой лучшего друга» и «Свадебный переполох». Вы хотите быть центром вселенной, много вычурных элементов, например, салфеток с вашими с мужем инициалами. И символичной песней, под которую вы пойдете к арке на выездной регистрации. Так?
Она открывает рот, но ничего не может сказать. Я закручиваю шарфик на шее, залпом выпиваю воду из ее стакана и поставив его с треском на стол говорю:
– А еще, подружки невесты будут прекрасно смотреться в воздушных платьях ниже колен и с высокими прическами.
Точка. Ватные ноги несут меня на выход.
 
ГЛАВА 5
 
Я бреду по парку, подставив лицо порывистому ветру. Влад отстает на полшага или чуть больше. Чувствую его присутствие и не оборачиваюсь. Мне не нужно убеждаться, рядом он или нет.
Точно также с Димой.
Никогда не задумывалась о том, что однажды его не будет рядом. Даже в самом страшном кошмаре не могла такого вообразить. А кошмары мне снились часто.
Равнодушные родители, темнота, которая забирала меня целиком, когда они закрывали меня на несколько часов в кладовке.
С Димой я перестала спасть с включенным светом и бояться ночных не прошеных страхов. Прижималась щекой к его груди, вдыхала лавандовый аромат, который впитался в его кожу от постельного белья, и закрывала глаза.
Ох!
Задеваю плечом молодого человека в наушниках. Он и бровью не ведет, а я делаю пол оборота, волосы липнут к влажному лицу. Отщипываю их пальцами, а они снова льнут к щекам и подбородку.
Из–за ветра никак не могу их побороть и торможу на секунду. Задираю голову повыше, навостряю рассеянный взгляд в небо. Малюсенький вдох и от плеч по предплечьям пробегает зыбкий холодок.
– Стефания Олеговна? – вполголоса дает о себе знать Влад.
– Всё в порядке. Просто ноги не идут.
На щиколотках кандалы, выкованные любовницей Димы. Теперь она еще и подружка невесты.
Возобновляю шаг, мучаясь тяжестью, тянущей назад, и думаю, я работала и не с такими капризными невестами, как Нечаева Марина. На моей памяти множество скандалов. От истерик по поводу неровных бантиков на стульях, до катастрофических взрывов из–за песни, которая не отмечена в плейлисте.
Но Эля…мое сердце опустили в жидкий азот и разбили на мелкие–мелкие кусочки.
Мне придется с ней встречаться и каждый раз задыхаться от приступов ненависти, смешанной с отвращением.
Но я справлюсь.
Подбородок вверх, руки в карманы, в грудь больше воздуха!
– Стефания Олеговна, Дмитрий Александрович звонит. Говорит в вашей квартире какое–то ЧП. Потоп или что.
Влад нагоняет меня справа, прикрыв динамик смартфона тремя пальцами.
– Почему мне никто не позвонил? У консьержа есть мой телефон?
– Не знаю. Я всего лишь передаю его слова.
Улыбка Влада слегка виноватая и подкреплена поджатой к носу губой. Но я его ни в чем не виню. Он работает на Диму и предан ему всецело. Между ними негласный кодекс уважения. И я понимаю это.
– Тогда поторопимся. – Скручиваю волосы в жгут, запихиваю за ворот и ускоряюсь насколько могу.
***
Еще даже не подойдя к подъезду, слышу бурные обсуждения и визгливые нотки соседки–студентки, чьи родители купили ей квартиру на восемнадцатилетие.
Мы с Владом заходим в тамбур, и голоса становятся громче. Влад впускает меня в холл, тормозит за моей спиной, видя во главе спонтанного собрания Диму.
– Успокойтесь, уважаемые жильцы. Я покрою все расходы на ремонт.
– А вот и виновница наших бед! – женщина в махровом халате и тапочках с открытым мыском, складывает руки на груди, выпучивает глаза, которые и так слегка навыкате.
– Здравствуйте, – без колебаний голоса говорю я.– Что произошло?
– Ты посмотри! Она еще и невинную овечку строит, – все та же дамочка возводит напряжение на наивысший уровень. – Я только ремонт на кухне сделала, новый гарнитур поставила! Все превратилось в дрова!
– Извините, я…этого просто не может быть. Я всё проверяю перед уходом из дома.
Дима выходит на середину «пятачка» и вытягивает руки в разные стороны.
– Давайте успокоимся. Никаких проблем нет. Нина Емельяновна, завтра же к вам придет самый лучший мастер, сделает эскиз с вашими пожеланиями и в самые кратчайшие сроки, у вас будет новый гарнитур. Даже еще лучше прежнего.
– Хм, – она ведет головой влево, плотно сжав губы, покрытые красной помадой. – Надеюсь на вас, Дмитрий Александрович.
Студентка в коротеньких шортиках уже забывает о своем визге минуту назад. Она целиком увлечена перепиской в телефоне и лишь изредка игриво улыбается, высовывая кончик языка.
  
– Идем, – Дима протягивает мне руку, приподнимая одну бровь. – Пожалуйста.
Я берусь за него. Длинные, теплые пальцы Димы обхватывают мою ладонь, и я впадаю в состояние каменной статуи. Сердце учащенно бьется, пульс уже атакует виски.