Предатель. Тайная жизнь миллиардера

– Не сомневайся. Это лучший рыбный ресторан в городе. Я попросил своих помощников изучить каждый имеющийся и выбрал самый–самый.
Дима говорит, а я вижу перед собой незнакомца. Кто он? Где мой любимый муж, обожающий расхаживать утром без боксеров, где мой муж, который может часами сидеть в ванне и слушать тяжелый рок. При этом являться владельцем крупнейшей нефтяной компании в стране.
  
Где он?!
– Дим, ты не хочешь детей от меня?
Он прочищает горло, не сводя с меня синих–синих глаз.
– Достаточно, Стеф. Ты терзаешь себя, изводишь меня. Мы оба страдаем. Нам не суждено иметь детей!
Повышает голос на полтона, но для меня, будто в рупор кричит.
– Мы же хотели ребенка…– схожу на шепот сама того не осознавая.
– Да, хотели. Но не ценой твоего здоровья. Эти гормоны, перепады настроения, твои жалобы по поводу проблем с волосами, зубами, ногтями привели меня к тому, что я хочу видеть здоровую жену рядом с собой. Здоровую и точка.
Прямо сейчас я теряю один ноготь, содрав его со своего указательного пальца под столом.
– Я люблю тебя, Стеф. И я не готов смотреть, как ты гробишь себя, ради ребенка, которого может и не быть.
– Ваше вино. – Девушка в белом фартуке и коричневом жилете становится ровно по центру, между нами.
Поднимаю глаза, чтобы ответить Диме, но вижу ее. Девицу с пошлой фотографии и с женскими прелестями наружу.
– Ты? – мышцы икр подрагивают.
– Ты?! – пухлые губы Димы сжимаются в прямую линию. – Какого хрена?
Я срываюсь, меня ведет назад на высоченных каблуках, но я удерживаюсь за столик и смотрю на них двоих.
– Может быть с ней, ты хочешь обзавестись маленьким чудом? А, Дим? – заикаясь на каждом слове, гляжу на мужа и его молоденькое развлечение.
 
ГЛАВА 2
 
– Эльвира, что за номер? – грохочет басом Дима, испепеляя взглядом девчонку с кукольным личиком.
– А что? Ты не отвечаешь на мои звонки, сообщения. А мне очень нужно с тобой поговорить.
Официантка, она же любовница самого лучшего для меня мужчины на свете, выгнув спину, ждет его ответной реакции.
Я обхватываю себя руками, чувствую, как голова уходит в плечи. Растворяюсь в безжалостном моменте полностью. Сердцебиение не слышу и не желаю слышать. Хочу исчезнуть.
– Я тебя уволил. Никакого разговора не будет.
Услышать что–то другое я и не ожидаю. Дима никогда не опустится до уровня «беру свои слова назад». Его решения тверды, его поступки не подлежат переосмыслению. Иначе он не владел бы миллиардами и не являлся самым популярным лицом мировых экономических изданий.
– Я хотела бы всё изменить. Ты должен дать мне шанс.
Девица с чуть раскосыми глазами, припудренными золотистыми тенями, даже не думает сбавлять обороты. Внутри меня такой разброд, что я уже не понимаю, где реальность, где явь.
– Ты прислала мне фотографии… – говорю сквозь сдавленный выдох. – Ты мерзкая…
– Ой, не надо. Зато вы теперь знаете, чем ваш муж занимается в долгих командировках и якобы, – усмехаясь, рисует кавычки в воздухе, – по делам задерживается в офисе.
– Что она прислала? – Дима сбивает стул на пути ко мне. – Что, Стеф?
Его рука скользит по моему предплечью, и я получаю внушительный разряд боли. Он проходит сквозь кожу, кости, концентрируется в груди, к которой я прижимаю ладонь, чтобы сделать хотя бы один вдох.
– Себя обнаженную в твоем кабинете.
Наши с Димой глаза встречаются. Долгое молчание висит между нами и обрывается, когда я отворачиваюсь, а после и вовсе отступаю от него.
– Ты рехнулась, Эльвира?! Ты, мать твою, умом тронулась?!
Оставив меня, Дима рвется к этой наглой Эльвире. К той, кто по щелчку разрушила мой брак, вырвала у меня душу и повязала вокруг нее красивенький галстук.
– Я люблю тебя, Димочка. Не могу жить без тебя. Каждый день приезжаю к твоему офису и сижу в машине, глядя на парадный вход. Пожалуйста, поговори со мной, удели мне всего минуту.
Я ничего не вижу и лишь интуитивно могу догадываться, как он с ней поступает. Слышу грохотание столов, звон хрусталя и перешептывания немногочисленного персонала вдалеке.
Передо мной пелена, которая изолирует от всего этого. Я одна в огромном зале с дырой в сердце размером с марсианский кратер. Качаюсь на месте, прокручиваю день с самого утра.
Забрала платье из химчистки, посетила салон, забежала на кофе в любимую кофейню, поработала дистанционно с новыми клиентами, приехала домой и…пустота.
Дальше ничего. Я даже не помню, пила я таблетки, прописанные врачом для стимулирования моих яичников.
Вспышка и я уже перед зеркалом с телефоном в руке. А в нем сосредоточена вся боль моей жизни.
Я и Дима…мой дорогой, любимый Дима. Он и в контактах записан «Любимый мой». Но теперь он тьма, сгустившаяся вокруг меня, бьющая меня горящей плетью предательства.
Не любит больше? Не хочет меня? Нет. Обман. Мы каждую ночь занимаемся любовью. Каждую. Я его судьба, пресловутая половинка!
Половинка, ставшая огрызком. Шумно глотаю, и по горлу прокатывается тысяча лезвий. Ощущаю привкус крови.
– Вот, возьмите, пожалуйста.
Девушка–администратор протягивает мне стакан воды. На ее лице повисает грустное выражение.
– Спасибо, но я уже ухожу.
Я поднимаю подбородок, напрягаю все тело и перед тем как уйти, провожу мизинцами под глазами. Черные…мокрые…липкие …
– Всего хорошего вам.
Пожелание вонзается мне в спину. Сгибаюсь от него еще сильнее. Пока дохожу до выхода, превращаюсь в бесформенное существо.
– Стеф?!
Димин голос сочетает в себе ласку и требовательность. Но сейчас я не реагирую на него. Надеваю шубку, вешаю сумку на плечо и прикасаюсь к холодному стеклу двери.
– Стеф, ты куда?
Моя пятерня на прозрачной поверхности краснеет от натуги. Я так сильно давлю ею, что вот–вот стекло под ней лопнет.
– Я ухожу. Поеду в свою квартиру и поживу там.
– Что? Какого черта? – его туфли издают лаковый скрип, рука обхватывает мою талию. – Ты никуда не поедешь.
– Отпусти меня.
– Ты поверила ей? Серьезно? Она просто обиженная сотрудница, у которой зашкаливает жажда мести. Но я всё уладил. Она ушла через запасной выход.
Отдираю его руку от себя, поворачиваюсь и смотрю в его синие глаза.
– Ты не спал с ней?
Дима дергает плечами, а потом начинает прокручивать кольцо на пальце. Снова.
– У меня с ней ничего не было. Ни–че–го.
– Я не верю тебе, Дим. Не верю. Не могла она появиться из ниоткуда, понимаешь?
– Нет, не понимаю. Мы женаты десять лет. Ты знаешь меня от и до. Разве я могу изменить тебе с какой–то двадцатилетней бывшей помощницей моего помощника?
– Мне уже не двадцать. Мне тридцать три. Может я тебе наскучила или захотелось придать серым будням огонька?
– Огонька? – Дима вновь пленяет меня, упирается лбом в мой лоб. – Я бы никогда не сделал тебе больно. Слышишь? Я люблю тебя, Стеф.
– Какая душевная картинка! – ее имя отпечаталось у меня на сердце рваными буквами. – А вот это вам как, госпожа Акелова?
Дима скалится, глаза наливаются кровью. Он вроде выпроводил ее, но она появляется снова, тычет экраном телефона мне в лицо. Схватив ее за руку, рывком отталкивает в сторону. Но я успеваю увидеть постельные сцены с его участием. Номер в отеле, судя по обстановке.
– Он имел меня изо дня в день. На работе, после нее и даже по выходным! Обещал, что разведется, и мы будем жить вместе. Но поступил, как скотина! Вышвырнул меня из компании и заткнул рот двумя миллионами! Мне даже пришлось устроиться официанткой в этот ресторанчик, чтоб, наконец, добиться его внимания!
  
Безымянная для меня девица орет, отпрыгнув от Димы на метр. Машет руками, брызжет слюной и из раза в раз ударяет кулаком по стене.