Свинцовые Ливни. Том 2
Виктор запустил программу, идентифицирующую личности. Всего набралось двадцать пять парней. Три фотографии оказались забранными в траурные рамки, этих уже нет в живых. Людей не старше тридцати лет от роду – нет в живых… Виктор вывел на экран домашнего тубуса данные по оставшимся двадцати двум и начал просматривать.
Звонку, поступившему на браслет, удивился. Даже бросил взгляд на цифры, показывающие время – убедиться, что ничего не путает, и сейчас половина двенадцатого. Лючия никогда не звонила так поздно. Она считала, что главный залог красоты – своевременный, здоровый сон.
– Алло? Что случилось?
– Ни в коем случае не соглашайся! – выпалила Лючия. – Он не имеет права настаивать!
– О чём ты? – Виктор никогда не слышал, чтобы она говорила так взволнованно. – На что не соглашаться?
– Ты что, не видел новости?
– Нет. Сто лет их не смотрю. – Договаривая, Виктор щёлкнул вкладку новостного канала.
Темнота. Выстрелы.
Мы вернём миру справедливость.
Глава 2
Локация: Зеленый округ, Юго-Западный сектор.
Жилая зона, Квартал холостяков
– Я более чем уверена, что Штольц сейчас позвонит тебе, – продолжала возбуждённо говорить Лючия. – Так вот: напомни ему, что ты отстранён от расследования! Что это больше не твоё дело! И тем, что вернёт тебе звание, Штольц ничего не добьётся!
– Перестань. – Виктор поморщился. – С чего ты взяла, что он будет мне звонить? В участке хватает народа без меня.
– Хватает. Только почему-то, как только речь заходит об этих проклятых Ливнях, Штольц бежит к тебе!
– Так было раньше.
– Так будет и в этот раз, вот увидишь!
Лючия продолжала говорить, но Виктор слушал вполуха. Взгляд зацепился за бегущую по экрану строку:
«Новой жертвой неумолимой четверки стал Ростислав Старк. 67 лет, спортивный обозреватель».
Спорт! Опять.
Значит, интуиция его не подвела. Виктор отчего-то не сомневался, что связь между Габриэлем Грифом и новой жертвой существует.
В момент, когда переносил в программу, предназначенную для выявления связи между людьми, имена Грифа и Старка, звонок Лючии перекрыл новый.
Штольц.
– Я перезвоню, – сказал Виктор.
– Вик! Это ведь Штольц? – всполошилась Лючия. – Я слышу, что идёт второй вызов!
Виктор не ответил. Переключился.
– Ковальски. Слушаю.
Разговор со Штольцем получился коротким.
– Здравствуй, Вик. Прости, что беспокою. Ты, вероятно, уже в курсе…
– Здравствуйте. Да. Как раз смотрю новости.
– Хочу, чтобы ты знал. Я был против твоего отстранения.
– Вот как? – усмехнулся Виктор.
– Разумеется. Я прекрасно понимал, что ты не стал бы нарушать Инструкцию, не имея для этого достаточных оснований. Но не подчиниться не мог. Ты ведь знаешь правила.
– Знаю.
– Я абсолютно убежден, что по делу Ливней должен работать ты.
– И только сейчас решили мне об этом сказать?
– Вик… – Штольц помолчал. – Ты, безусловно, вправе иронизировать. И если откажешь, пойму. Но задать тебе вопрос я обязан. Ты готов работать дальше?
Виктор хмыкнул.
– Интересно, каким образом буду это делать, оставаясь патрульным? Или вы взмахнете волшебной палочкой, и ко мне сию секунду вернётся звание – при том, что на разжалование ушло почти три недели?
– Я подал апелляцию. Если хочешь знать, сделал это сразу после твоего отстранения.
– Вы не говорили.
Штольц вздохнул.
– Мы с тобой и не общались. Ты был расстроен. Я это понимал и не трогал тебя. Сейчас ситуация изменилась.
– Настолько, что я, будучи патрульным, смогу принять на себя обязанности детектив-сержанта?
– Не совсем так. Но работать по делу дальше ты сможешь. Если согласен, я объясню в деталях. Мне важно понимать, готов ли ты заниматься Ливнями.
Готов ли он заниматься?.. Виктор посмотрел на десятки открытых в тубусе документов и вкладок.
– Вик, – вздохнул Штольц. – Я работаю в Эс-Ди вот уже тридцать лет. Поверь – если бы у меня была хоть тень сомнения в том, что тебя по-прежнему интересует это дело, я бы не звонил.
Звонок Лючии Виктор сбросил, уже одеваясь. Отправил сообщение: «Поговорим завтра. Доброй ночи».
Лючия не ответила. Обиделась.
***
Штольц дожидался Виктора в участке.
– Расскажешь, какие ещё идеи у тебя появились?
Он, похоже, действительно не сомневался в том, что Виктор продолжает думать о Ливнях.
– Спорт.
Виктор уселся в кресло, стоящее напротив стола в кабинете Штольца. Здесь всё было по-прежнему. Как будто ничего не изменилось. Как будто он всё ещё детектив-сержант.
Почти каждую ночь снилось, как он приходит на работу. Как включает тубус, перекидывается репликами с коллегами. Как садится в это кресло в кабинете шефа…
– Спорт? – переспросил Штольц.
Выглядел он не очень. Находясь в Милке, Виктор сказал бы «хреново». Запавшие скулы, резко обозначившиеся морщины, тёмные круги под глазами. Виктор впервые задумался о том, что его начальник уже очень не молод.
– Шеф. Вы хорошо себя чувствуете?
– Да, – резко ответил Штольц.
Что-то новенькое. Никогда раньше не разговаривал таким тоном.
– Я прекрасно себя чувствую. – Штольц провёл ладонью по лицу, будто пытаясь стереть утомление. Опустил руку, через силу улыбнулся. – Просто устал, извини. В последнее время было много работы… Давай перейдём к делу. Итак. Спорт?..
Ещё по дороге в участок Виктор решил, что передавать Штольцу информацию, полученную от Круса, не будет. Ничего хорошего из этого всё равно не выйдет. Доказательств у него нет, а голословные обвинения «уважаемых людей» в коррупции Штольц даже слушать не станет. Такие люди, как Гриф и Старк – священные коровы. По крайней мере до тех пор, пока не появилось стопроцентное подтверждение того, что занимаются противозаконной деятельностью. А у Виктора нет ничего, кроме подозрений – значит, не стоит и затевать разговор.
– Я подумал о том, что если у двух последних жертв и есть какие-то точки соприкосновения, то это профессиональная деятельность, – сказал Виктор. – Оба они, так или иначе, имеют отношение к спортивным командам. А Гриф десять лет назад ещё и работал в Милке. Курировал спортивные школы.
Штольц нахмурился.
– Пока не понимаю, прости. Школы? При чем тут школы?
– При том, что за эти годы дети успели вырасти. Многие из тех парней, с которыми когда-то работал Гриф, сейчас – мои ровесники. И если кто-то из них затаил обиду на спортивного менеджера…
– Вот оно что, – задумчиво проговорил Штольц. – Ты полагаешь, что это месть?
– Возможно.
Штольц покачал головой.
– Но это ведь не сопоставимые по тяжести вещи! Обречь человека на жестокую смерть из-за того, что сопливый мальчишка десять лет назад проиграл в спортивном состязании? Прости, но это очень странно.
– В Милке случаются и куда более жестокие смерти, – не сдержался Виктор. – По гораздо менее весомым поводам. Иной раз – вовсе без повода. На своей гипотезе я не настаиваю. Просто подумал, что один из тогдашних подопечных Грифа мог вырасти и стать одним из Ливней.
– Что ж, может, ты и прав. Обсудим позже. А сейчас я прошу тебя поехать вместе с Гамовым на осмотр места преступления.
Виктор приподнял брови:
– С Гамовым?
– Самостоятельно действовать ты не можешь. Формально…
–… меня там вовсе не будет, – сообразил Виктор. – Ладно, понял. А какая-то информация по убийству уже есть? Те датчики, которые я закрепил… Ливни их обнаружили и сняли, так?
– Нет, – мрачно сказал Штольц.
– Что? – Виктор аж приподнялся. – Но ведь, если датчики не сняли…
– Не сняли. Два часа назад появились сразу три сигнала.
– Три? – переспросил Виктор. – Не четыре?
– Именно. Хотя на Старка напали четверо, в этом сомнений нет.
– Банг, – пробормотал Виктор. – Три машины с датчиками, четвёртый – Банг!
Получается, что зря он сомневался.