Свобода в подарок (СИ)
Вскоре они дружно жевали завтрак. Даша по-прежнему была задумчива, а у Игната с Сашей завязался разговор.
— Знаешь, я тут думал о твоем приглашении, — проговорил Саша, пережевывая. — Я, пожалуй, приду.
Даша не сдержалась от язвительной реплики:
— Еще один…
— Подожди, Дашка. Мне интересно, я хочу понять.
— Что ты хочешь понять, — взъярилась она вдруг. — Зачем здоровенные мужики девчонок ремнем лупят и заставляют на коленях ползать? Тематики, блин!
У парня даже рот открылся от удивления, не ожидал подобной реакции. Игнат спокойно сказал, откинувшись на спинку стула:
— Во-первых, быть тематиком, это прежде всего ответственность. А быть верхним — огромная ответственность. Именно на этом все и держится. На ответственности и доверии. Это специфические отношения, верно, но они сугубо добровольные.
Видя, что Даша нахмурилась еще больше, вдруг с улыбкой добавил, скрестив руки на груди:
— И девчонок я шлепаю исключительно для их удовольствия. И то, если очень сильно попросят.
При этом он выглядел до того уверенно, притягательно и… сексуально… что Даша фыркнула и отвела глаза. Сашка пробормотал:
— Вот это да… Да это просто… Кхммм… И я бы так мог?
Игнату пришлось подавить вздох, не будь Даша девушкой Глеба, все было бы по-другому. Но есть как есть. Он сделал серьезное лицо и перевел взгляд на Сашу:
— Прежде всего, тебе следует подтянуть спортивную форму.
В глазах у Сашки зажглось воодушевление, он с готовностью кивнул. Игнат продолжал:
— Кроме того, это потребует от тебя железной дисциплины. Контроль над собой должен быть постоянным.
Даша закатила глаза и всплеснула руками:
— Скажи еще, что вы все там Робин Гуды и рыцари без страха и упрека!
На лице Игната вдруг сменилось выражение, он строго и спокойно произнес тем самым ровным тоном, который так напоминал ей Глеба:
— Не буду ручаться за других, существует множество разных ублюдков и извращенцев. Но у Глеба в команде — да.
Даша почувствовала раздражение. неловкость. Понятно, что своими словами она обидела мужчину. К тому же всколыхнулось чувство вины. Глеб.
— Прости, — пробормотала она. — Я что-то не в лучшей форме сегодня.
— Прощаю, — и опять его слова напомнили Глеба.
Даша сначала уставилась в чашку, а потом, когда неконтролируемо полезли слезы, проговорив:
— Я попудрю носик, — убежала в туалет.
Проводив ее взглядом, Игнат обратился к Саше:
— Александр. Думаю, ты знаешь про Дашу и Глеба.
Тот кивнул.
— Так вот, Глеб сейчас в отъезде, за Дашей надо присмотреть в его отсутствие. Если ей будет угрожать опасность, или еще какие ситуации. У меня не всегда получится быть рядом. Могу я на тебя рассчитывать?
Саша выпрямился, расправив плечи:
— Конечно. Скажите, что надо делать.
— Постарайся не оставлять ее без внимания. и звони мне, если что.
— Хорошо, — парень был торжественно серьезен. — А в воскресенье я приду.
Чуть заметно улыбнувшись уголком губ, Игнат сказал:
— Про тренажерный зал не забудь.
Разговор сам собой иссяк. Но к моменту, когда Даша вернулась из туалета, где она пыталась не расплакаться, мужики уже были единой командой.
Они поговорили и о Сашкиных сомнительных успехах в области грызения гранита науки, и о боевом прошлом Игната. Узнав, что тот успел повоевать в нескольких горячих точках, Саша был поражен. По добродушной внешности молодого улыбчивого мужчины трудно было представить, что тот на самом деле матерый волк. И только стальной взгляд, изредка проскальзывавший в его обычно теплых темно-карих глазах, указывал на несгибаемых характер. Парень проникся уважением. К тому же, на визитке, которую ему дал Игнат, значилась столь солидная «контора», что уважение росло в геометрической прогрессии.
Даша по-прежнему выглядела сумрачно, да и чувствовала себя не лучше. Но все же старалась улыбаться. Время потихоньку приближалось к 12:00, Игнат, взглянув на часы, предложил:
— Так, ребята, мне на мероприятие пора. А вы как? Хотите, подвезу, куда скажете?
Спешить ребятам было некуда, они решили посидеть еще. Перед уходом Игнат бросил на Дашу многозначительный взгляд, попрощался и вышел.
— Сашка, ты что, всерьез решил влезть во все это? — спросила она.
— Ты знаешь, да. Мне интересно. В конце концов, никто силком меня туда не затащит. Но я бы хотел быть как Игнат.
Даша выдохнула, раздувая щеки:
— Вы спелись. Здорово он тебя обработал за один час.
— Даша, — у парня сделалось строгое лицо, и даже голос как-то поменялся. — Не обработал, а показал новые возможности.
Ей вдруг зачесались руки треснуть его по голове:
— Только на мне нечего доминантный взгляд отрабатывать!
Сашка застыл, потом хмыкнул, потом заржал в голос:
— А что, у меня получается?
— Получается, — буркнула Даша, удивляясь, как быстро распространяется дурное влияние.
* * *
Вчера ночью Глеба не удалось застать. Алла предприняла еще одну попытку с утра, но дом опять встретил ее пустотой и молчанием. Поняв, что как-то замять дело и выпросить у Глеба прощения не удастся, она наконец, преодолевая внутреннее сопротивление, решилась позвонить Солодухину. Побаивалась его, потому решила прибегнуть к самому надежному средству.
— Евгений Петрович! — слезы по телефону лились рекой, всхлипы и подвывания должны были дополнять картину.
— Что случилось, моя девочка? — спросил мужчина чуть насмешливо.
— Евгений Петрович, простите меня ради Бога! — она продолжала плакать, но теперь уже постепенно проникаясь ситуацией, плакала всерьез.
Мужчина проявил легкое неудовольствие:
— В чем дело, перестань реветь и объясни нормально.
— Я не знаю как, но он все узнал…
— Что узнал, кто? Говори, не тяни кота за яйца, — мужчина потихоньку начал раздражаться.
— Глеб. А меня, — тут она снова заплакала. — Меня просто выбросили! Сказали, ни один мастер не возьмет…
— Бл…..! Да успокойся ты! — рявкнул Солодухин. — Рассказывай!
Сбиваясь и всхлипывая, Алла рассказала, что история со звонками и сообщениями всплыла самым неприятным образом. И то, что он к этому причастен, тоже. Солодухин длинно и грязно выругался.
— А теперь он куда-то уехал! — Алла снова зарыдала, размазывая сопли.
— Заткнись, дура, — прошипел он, понимая, что ему осточертело слушать ее завывания. — Замолчи!
Замолчать-то она замолчала, но успокоиться не могла, ее трясло от неопределенности. Привыкла, что за нее кто-то думает, решает, опекает, а она на всем готовом. Сейчас ей светила перспектива самой решать свои проблемы и о себе заботиться, а этого она боялась и не хотела. Потому с надеждой ждала, что скажет Солодухин.
— Успокоилась? — спросил тот спустя немного времени.
— Да…
— Так вот, если будешь умницей, я тебя пристрою к одному знакомому. Он немного жестковат, но ничего, привыкнешь.
— Евгений Петрович, дорогой… — Алла аж задохнулась от благодарности, впереди уже не маячила перспектива самой о себе заботиться.
— Ладно, помолчи. Потом сочтемся. А вообще, все не так уж плохо. Уехал, говоришь? Очень хорошо. Сиди дома, я созвонюсь с кем надо. Он тебя возьмет.
Она мало что понимала, кроме того, что ее будущее кажется, налаживается. Ей было невдомек, что человек, которому ее собирался отдать Солодухин в качестве сексуальной игрушки, вполне в состоянии пустить новую куклу на ленточки. И концы спрятать так, что никто ничего не узнает. Ресурс великое дело, особенно в криминальных кругах.
* * *
Из кафе ребята пошли по домам, Саша как порядочный джентльмен (к тому же проинструктированный старшим товарищем), довел Дашу до двери, велел сидеть и не высовываться. Если что нужно, звонить. Даше было немного смешно, потому что привычный Петров серьезным смотрелся забавно. Отпирая замок, не удержалась от сарказма:
— Вживаешься в образ?