Приручить дракона (СИ)

Так что теперь можно было не сомневаться: с Кремнем мы еще увидимся. Но на том свете. Мама была настоящей черной ведьмой и если кого-то проклинала, то качественно и с гарантией. Единственное, хотелось бы верить, что Рохт не узнает, отчего скончался его бывший сослуживец.
Моим чаяниям не суждено было сбыться. Едва мама догнала нас, поравнявшись со мной и драконом, как он произнес всего лишь одно слово:
– Зачем?
– Затем, что Бертрандо не оставляют за спиной живых врагов, – гордо ответила черная ведьма и, приподняв юбку, чтобы удобнее было бежать, припустила по всю прыть.
Это у нее получилось так ловко, грациозно и стремительно, словно она бежала спринтерскую дистанцию. Причем делала это на острых высоченных шпильках! Мне так удир… элегантно уходить от неприятностей еще учиться и учиться!
Жаль лишь, что они от нас отставать никак не желали. Стоило только преодолеть коридор и свернуть на лестницу, как внизу, на первой ее ступени, мы увидели охрану. Мордовороты оркской наружности воззрились на Рохта, как на восставшего покойника.
– Так, а это те типы, которые хотели упаковать тебя в мешок для трупов?
– Нет, они ушли с Хэнком раньше, – отозвался дракон, не сводя взгляда с приближавшихся громил, и тут, словно догадавшись о ходе моих мыслей, на секунду обернулся и прошипел: – Даже не думай мстить!
– Мне нечем! – возмутилась, потому что именно это и хотела сделать, уже приглядев симпатичную тяжелую напольную вазу, что стояла рядом: магии-то во мне не было! Но для вендетты любые подручные средства хороши.
– «Нечем» для семьи Бертрандо не аргумент, – с этими словами Рохт атаковал мордоворотов на миг раньше, чем они начали в нас стрелять.
Мама, в этот момент тоже швырнувшая в противников проклятием мгновенной слепоты, не преминула недовольно прошипеть:
– Этот хвостатый слишком много о нас знает!
Ну а я, пользуясь тем, что дракон и мама заняты атакой, все же схватила вазу и… внесла, хотя правильнее было бы сказать – вкинула свою лепту в бой.
А Рохт окончательно добил (жаль только, что исключительно морально) громил еще одним заклинанием, расчистив нам проход на первый этаж, через который мы прорвались с боем и вышли из посольства через парадный вход. А главное – сделали это не вперед ногами! Как по мне, так это отличный результат, с учетом того, что нас тут столько раз пытались убить.
Главное теперь было не потерять голову от такого успеха. Принимая во внимание, что по нашим макушкам не переставая палили как из магометов, так и вульгарными заклинаниями, задачка была та еще.
В щит, который прикрывал нас троих, постоянно что-то ударялось, но пока заклинание дракона держалось, хоть по нему уже и начали змеиться трещины.
– Где его носит?! – возмутилась мама, оглядываясь по сторонам и готовясь атаковать, проклинать и психовать одновременно. – Придушу паразита!
Папа же (а именно его поминала черная ведьма), как по мне, мог дать десять очков вперед любой архипифии: та могла лишь предсказать бунты, перевороты, войны, а отец – момент, когда мама разозлится. Причем не только предвидеть его, но и предотвратить!
Вот и сейчас стоило только черной ведьме выйти из себя, как она вернулась обратно. Все потому, что папа в лучших традициях героя-спасителя явился перед ней собственной персоной. Хотелось бы сказать, что на лихом коне, но лихо разваливавшийся на ходу рыдван тоже подошел.
Старый пикап так чадил, пыхтел и ревел, что создал отличное дымовое и шумовое прикрытие, а психически еще и атаковал противников, деморализуя их одним своим видом.
Тот, кто решился оседлать эту демонову колымагу, был явно либо бессмертным, либо психом, но скорее и тем и другим. Как и те, кто решат сесть в эту шайтан-машину, то есть мы.
Едва запрыгнули в изрешеченный зарядами фургон на ходу, как выяснилось, что в нем уже были Нар и Фредди. Папа нажал на газ, мотор взревел, из-под колес брызнул щебень, и мы, протаранив зеленую изгородь, умчали прочь.
Все произошло так быстро и нагло, что за нами даже не сразу бросились в погоню… А когда это произошло, стало понятно, что она будет недолгой. Рыдвану не состязаться с дорогими авто.
 
– Есть идеи? – крикнул Рохт папе.
– А как же! – гордо отозвался отец. – Целый ящик. Глянь рядом с тобой под брезентом.
Дракон откинул ткань и увидел деревянные короба со взрывчаткой.
Я же едва не взвыла. Если она была в фургоне, когда по папе палил Кремень…
– А кроме как подорвать два квартала? – рыкнул Рохт.
– Ну извини! – обиделся папа.
А я увидела впереди излучину реки и… Судьба, видимо, у меня такая: встретила свое водно-драконистое счастье – полюби и его, и воду!
– У меня есть идея! – крикнула я. – Только для этого нужно подорваться.
– Как?
– Ярко, – пояснила и добавила: – Я это организую. Твоя задача, чтобы мы с машиной все упали в воду во время взрыва. Когда в ней окажемся…
Не успела договорить, как Рохт шумно выдохнул. Дракон без лишних слов понял, что я задумала.
  
Глава 18
 
– Я могу не успеть всех подхватить, – предупредил ящерюга.
– Главное – брата, Фредди и папу, – назвала я раненых и калечных, которые сами могли не выплыть.
Так получилось, что самыми целыми остались мы с мамой. Ну что ж… Как говорится, дамы вперед! И в спасении себя своими руками тоже.
Рохту такой расклад явно не понравился, но возражать он не стал, время поджимало.
– Хорошо, – коротко кивнул он.
– Что хорошо? – взволновалась черная ведьма, которой наши переглядывания явно не нравились.
Пришлось пояснить:
– Что мы сейчас сначала взорвемся, потом утонем, но под конец, может, даже выживем, – пояснила я и едва не прикусила язык на последнем слове: машина так лихо подскочила, перепрыгнув через бордюр, что пришлось вцепиться в борт пикапа и забыть о разговорах.
Папа оказался более понятливым. Он заложил крутой вираж, уходя от обстрела, и крикнул из кабины, не оборачиваясь:
– Детка, приготовься! На счет три ныряем. Раз… – начал отсчёт отец. – Два…
Его «три» совпало с оглушительным взрывом – это бахнул ящик заботливо припасенной взрывчатки. Красное зарево устремилось вверх, расцвело огненным облаком над водной гладью реки, в которую долей секунды ранее камнем ушла машина вместе со всеми нами.
Пикап был хоть и старый, побитый жизнью и авариями, но тяжелый. Он затонул мгновенно. Брат и рыжий схватились за кузов, чтобы их не выкинуло при стремительном погружении. Мама, свято исповедуя правило семьи Бертрандо – сначала спасись сам, а потом уже выручай других, – рыбкой ушла в сторону и всячески содействовала Рохту тем, что не мешала.
Тело дракона же, едва тот очутился в воде, стало резко меняться. Зарево от взрыва, проникавшее через водную толщу, подсветило лицо Рохта, и я увидела, как сквозь человеческие черты проступили контуры древнего могучего существа, как глаза засветились расплавленным золотом, которое рассекла черная вертикаль зрачка, как раздались вширь плечи, а тело стремительно вытянулось и разодрало ткань одежды в клочья.
В следующую секунду под рваными лоскутами уже блестит чешуя, человеческие руки превратились в подводные крылья, ноги трансформировались в массивный хвост, волосы – в густую чешуйчатую гриву, отливавшую серебром.
Это было прекрасно и стремительно. Могучий, сильный и опасный морской дракон. Само воплощение беспощадной и величественной водной стихии. Всего какие-то доли секунды, но я успела рассмотреть и запомнить все и навсегда. Едва ли когда-нибудь удастся увидеть подобное еще раз.
Как завороженная я смотрела на извивающееся чешуйчатое тело. Рохт ловко подхватил зубами Нара. Потом и Фредди уцепился за спинной плавник законника. Только папа…
Мысль о нем заставила прийти в себя. Я не успела увидеть, выпрыгнул ли отец. Если нет… когда машина тонет, дверь блокируется давлением воды.
Я испугалась. Пульс бешено застучал в ушах, а руки и ноги активно заработали. Я поплыла к кабине и увидела, что папа все еще в ней и, кажется, он без сознания.