Вся мощь Моонзунда (СИ)

Внимательно выслушав Сашу, Аксель Иванович Берг сказал:
— Я подозреваю, молодой человек, что вы или гениальный аналитик, или пользуетесь какими-то чужими данными, вычитанными из неизвестных мне источников.
— Да, я же говорю вам, товарищ контр-адмирал, что до получения нынешней должности я служил в разведке КБФ. Вот оттуда и знаю все эти сведения.
— Но, при этом, вы говорите так, словно бы сами лично знаете и понимаете очень многое, если не все, об этой технологии. Возможно, вы скрытый гениальный инженер связи, новое светило науки? Но, почему вы так уверены, что я ничего об этом не слышал? — с сарказмом проговорил контр-адмирал. И добавил:
— Да будет вам известно, что еще в 1926-м году советский физик Френкель выдвинул гипотезу о дефектах кристаллической структуры полупроводников, названных «пустотами» или «дырами», которые могли перемещаться по кристаллу вещества. А в тридцатые академик Иоффе серьезно начал изучать явления полупроводимости у нас в Ленинграде, в институте инженерной физики. В 39-м академик Давыдов представил теорию диффузионного выпрямления тока в полупроводниках. Совсем недавно, в этом году перед войной Лашкарев опубликовал любопытные статьи «Исследование запирающих слоев методом термозонда» и «Влияние примесей на вентильный фотоэффект в закиси меди». Там описана работа «запорного слоя» на границе между медью и ее закисью, где по обе стороны выявлены носители тока противоположных знаков. И, кстати, Лашкаревым определено, что добавление в полупроводники определенных примесей резко повышает их токопроводящие способности. Чем вам не этот ваш p-n переход? Так что и мне кое-что по этой теме уже известно. А с вашими вот этими знаниями, которые вы мне здесь изложили, мы же можем попробовать наладить выпуск этих полупроводников. Когда, говорите, немцы и американцы планируют первые транзисторы сделать? Мы раньше успеем, если прямо вот сейчас серьезно возьмемся за это дело.
— Так, Олег Лосев уже над этим работает, — сказал Саша.
— Не тот ли случайно, который кристаллический гетеродин изобрел, ученик академика Иоффе? — прищурился контр-адмирал.
— Да. Тот самый. Он собрал коллектив талантливых молодых специалистов и на основе своего кристадина сделал первые диоды с туннельным полупроводниковым эффектом, а потом, применив другие материалы, на основе вот этих разведывательных данных о немецких разработках, сумел сделать самые настоящие транзисторы, — проговорил Лебедев, поймав себя на том, что сболтнул лишнее, выдал случайно Бергу совершенно секретную информацию.
— И откуда же у него такие возможности появились? Насколько я помню, даже нормальную лабораторию ему никак не давали, — произнес Аксель Иванович.
— Уже дали секретную радиолабораторию при заводе «Арсенал», — сообщил Лебедев. Потом подумал все-таки, что скрывать от Берга все это глупо, даже, наверное, вредно для общего дела, а потому добавил:
— А еще там параллельно осваивается производство пальчиковых радиоламп, размеры которых и энергопотребление сильно меньше, чем у обычных радиоламп. При этом, они позволяют с теми же параметрами управлять потоками электронов, генерировать и усиливать сигналы. Да и их массовый выпуск прямо сейчас будет значительно легче и дешевле наладить, чем широкое производство транзисторов. Потому на заводе «Арсенал» решили пока остановиться все-таки на развитии индустрии пальчиковых ламп. Но, только до тех пор, пока не удастся сделать все этапы производства транзисторов менее затратными.
— То-то я смотрю, что появилась за последний месяц у нас какая-то новая радиоаппаратура на флоте. Сказали мне, что совершенно секретная, штучная пока, с особыми характеристиками и с новейшими радиодеталями, но не говорили, где точно производится. Вот думал я уже через своих курсантов одну такую новую радиостанцию потихоньку добыть, чтобы ее разобрать и посмотреть, что же там внутри. Не хотелось, знаете ли, отставать от прогресса. А теперь понятно, откуда ветер дует. Как я понимаю, наши радиолокационные станции усовершенствовали тоже усилиями этого коллектива?
 
— Так точно, товарищ контр-адмирал, — кивнул Александр.
Берг внезапно предложил:
— Лучше называйте меня Аксель Иванович. Не надо никаких званий. Давайте, Саша, постараемся подружиться ради интересов общего дела. Не стану скрывать, что ваш рассказ про полупроводники и пальчиковые лампы меня чрезвычайно заинтриговал. И я почему-то чувствую, что знаете вы гораздо больше, чем говорите. И хотел бы от вас еще раз услышать все подробности о полупроводниковых приборах, чтобы тщательно записать про их конструкцию, материалы и технологию изготовления.
Только вот вы меня не обманете, что разработки эти немецкие. Я неплохо представляю себе самые современные направления научного поиска в области электроники. Я знаю иностранные языки и до самого начала войны тщательнейшим образом анализировал открытые источники по интересующим меня темам. И могу уверенно сказать, что у немцев нет пока ничего, намекающего на какой-либо прогресс в области полупроводников. Во всяком случае, до начала войны ничего подобного не имелось. Хотя, некоторые отдельные наработки у немецких специалистов были.
Еще в 1874-м немец Карл Браун обнаружил одностороннюю проводимость на примере кристалла сульфида свинца. А в 1906-м, основываясь на работе Брауна, Виттер Пиккард даже запатентовал полупроводниковый диод-детектор, но это было хрупкое и малоэффективное устройство. Австриец Эдгар Лилиенфельд предложил в 28-м году метод управления током с помощью поперечного электрического поля, которым можно управлять проводимостью. А в 34-м немец Оскар Хайл сделал бесконтактное реле на этом принципе. Но, тоже малоэффективное и капризное.
Что касается англичан, то они пытались экспериментировать с полупроводниковым усилением в начале тридцатых, но не добились успехов. Про американцев знаю только то, что в Американской телефонной и телеграфной компании создали радиолабораторию «Белл телефон», которая разрабатывает полупроводниковый усилитель, вот только до настоящего времени, насколько знаю, и они не преуспели.
Так что охотно верю, что, скорее, чем иностранцы, смог добиться успеха наш Олег Лосев из ЛФТИ. Ведь он в начале тридцатых уже проводил под руководством академика Иоффе эксперименты с полупроводниками. Он пытался сделать тогда что-то вроде такого транзистора, о котором вы мне рассказали. И он даже представил самый настоящий триод на кристалле карборунда, но только коэффициент усиления у этого триода получился слишком маленьким. Знаю я и о том, что Лосев проводил совсем недавно эксперименты с разными материалами, в том числе с кремнием, о котором вы говорите. Но, все это ерунда по сравнению с тем, что только что рассказали мне вы. И я скажу вам свой вердикт, как специалист: таких подробностей про полупроводники на сегодняшний день не может знать никто в мире.
  
Глава 13
 
Поиски вражеских лазутчиков, проникших на Эзель, осложнялись еще и тем, что к вечеру небо затянуло тучами и пошел дождь. Когда командир части РККА, занятой прочесыванием леса, доложил, что до наступления темноты найти больше никого из диверсантов не удалось, майор Широкин спросил следователя Беляева:
— Что же получается? Сколько их к нам пролезло? Если считать вот этого упрямого неразговорчивого немца, которого мы взяли живьем, да двух убитых на месте перестрелки, а еще и того мертвого парня, загрызенного рысью, которого до этого нашел наш лесник, то получается, что было их четверо. А ты как думаешь, лейтенант, не могло ли диверсантов быть всего столько? Может, лесник ошибся в своих оценках численности группы?
Олег Беляев поправил фуражку и сказал:
— Не знаю. Наши специалисты тоже осмотрели следы внимательно и определили, что несколько человек прошли там след в след. А вот сколько их точно там прошло, сказать не смогли. Эти накладки на обувь сбили нас с толку поначалу. А за ночь дождик следы размоет, и совсем не понять будет. Возможно, один или два человека еще остались из этой группы. Могли, конечно, уйти они с места боя по каменистому распадку и потом по руслу ручья, который протекает недалеко. И черт его знает, остались еще непойманные диверсанты, или нет. Ведь и вторая их группа может действовать на архипелаге параллельно с первой. Могут враги и диверсию где-нибудь готовить. Хорошо бы узнать вовремя. Вот только молчит этот немец. Ноги ему переломать, что ли? Так и напрашивается на более жесткие методы допроса.