Попала, или Жена для тирана - 2 (СИ)

В общем, странный и непонятный. А у меня, видимо, карма такая — ко мне, как магнитом, притягивается все странное и непонятное.
— Прежде чем пожелать друг другу доброй ночи, мы с его величеством поднялись к королеве.
Мы обошли фонтан и двинулись по аллее, что вела ко входу в сердце парка — зеленый лабиринт. Надеюсь, ему тоже уже успели вернуть первозданный вид.
— Не знаю, что заставило Редфрита передумать, но он вдруг решил попробовать призвать духа в тело преступника.
— Какого еще преступника? — Я даже сбилась с шага, удивленная словами накаи.
Арайна безразлично пожала плечами:
— Любого. Без разницы. Хоть я его и предупредила, что Спящий предпочитает тела девиц. Но твой Редфрит наотрез отказался убивать детей и женщин.
— И как он посмел…
Принцесса пропустила мой сарказм мимо ушей.
— Ну ничего, скоро он убедится, что от мужчин толку немного, и тогда, хочется надеяться, начнет искать сосуд, который уже точно удержит духа.
Меня передернуло. Арайна говорила об убийствах (пусть и во спасение мира) так, будто это было что-то обыденное. Подумаешь, какого-нибудь душегуба лишат жизни. Ну кому взбредет в голову убиваться из-за такой ерунды?
Она только сожалела, что на месте преступника не будет невинной девицы.
Словно прочитав мои мысли, накаи скосила на меня взгляд и глухо произнесла:
— Мне это тоже не нравится, но другого выхода нет.
— Должен быть…
— Мы искали много лет, — упрямо возразила она. — Не нашли.
Некоторое время мы молчали. Арайна продолжала с интересом рассматривать архитектуру парка, а я угрюмо размышляла над ее словами.
— А что потом? — спросила, не выдержав.
— Что ты имеешь в виду? — Накаи нахмурилась.
— После того, как дух уснет.
— Мы перестанем уничтожать людей, если люди перестанут уничтожать нас.
— А как же феи и накшерры? Нужно добиваться, чтобы король отменил рабство.
Увы, Арайна не прониклась моим энтузиазмом.
— У меня есть народ, о котором я должна заботиться. Благополучие накаи — вот, за что я готова бороться, а если потребуется, то и умереть. У фей и накшерров есть свои предводители. Судьба мелких народцев — не моя головная боль.
Черт.
— В этом и заключается ваша проблема, — заметила я с печальной улыбкой. — Если бы вы сплотились, никакие маги севера не смогли бы к вам пробиться. Но вы привыкли, что каждый сам за себя. И если случится так, что войны все же не избежать, люди уничтожат и вас, и мелкие народцы, и все Средиземье.
Мои слова не понравились принцессе. Нахмурившись, она резко произнесла:
— Потому я здесь. Чтобы не допустить этой войны. И я ее не допущу!
Погуляв по лабиринту, мы вышли на центральную аллею и двинулись обратно к белокаменной громаде дворца. Мимо промчался экипаж, сопровождаемый четверкой всадников.
Солдаты.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Чувствуя, как сердце начинает биться быстрее, я решила от него не отставать и ускорила шаг. Вот карета остановилась, а спустя несколько секунд из нее показался мужчина в кандалах.
— Сосуд для духа доставили. — Накаи мрачно усмехнулась и перевела взгляд на меня. — С нами нет жреца, поэтому призывать древнего буду я. Хочешь посмотреть?
Стать свидетельницей убийства? Такое времяпровождение точно не значилось в моем расписании, но оставаться не у дел я больше не собиралась.
Кивнула и, храбрясь, сказала:
— Думаю, я должна это увидеть.
Не теряя времени, мы вернулись во дворец. Арайна шла уверенно, будто уже успела изучить во владениях Галеано каждый закуток. Я старалась не отставать. Подхватив юбки, чуть ли не бежала за крылатой. Было видно, ей не терпится доказать смертным (так ведь они нас называют), что Спящий существует.
— Мы его увидим? Я имею в виду духа.
— Если повезет, — глядя перед собой, ровно ответила накаи. — Будем надеяться, что древний все же прельстится телом заключенного.
А вот мне надеяться на такой исход отчаянно не хотелось. Не знаю, что совершил мужчина в кандалах, может, он какой-нибудь местный Джек Потрошитель, вот только это все равно было неправильно.
 
Демонов дух! Глупые король с королевой! Понимаю, смириться с утратой непросто, особенно когда теряешь ребенка. Но возвращать к жизни то, что уже умерло… Нет, не глупые — они были безумны.
С охранниками Арайны мы столкнулись возле входа в одну из дворцовых башен, противоположную той, что облюбовала для себя Мильдгита. Перед лестницей дежурила стража, в обязанности которой входило отгонять от места проведения ритуала всех любопытствующих. Меня стражники тоже пытались отогнать — не позволила Арайна.
— Она со мной, — коротко бросила накаи.
— Посторонним вход воспрещен, — дежурно отозвался солдат постарше.
— Эта девушка не посторонняя…
— Что здесь происходит? — Голос Редфрита, резкий и холодный, разлетелся по коридору.
Даже принцесса от неожиданности вздрогнула, а я так вообще невольно втянула голову в плечи.
— Нас не пускают. — Арайна вскинула подбородок.
— Только невесту его светлости, — заикнулся солдат номер два — молоденький паренек с тоненькой ниточкой усов, и уже не так уверенно добавил: — Посторонним ведь нельзя.
— Тебе там действительно делать нечего, — в упор посмотрел на меня Редфрит. Взгляд темно-синих глаз скользнул по лицу, задержавшись на губах, которые я тут же начала невольно кусать. — Лучше возвращайся к себе.
Мысленно выругавшись, безмолвно попросила помощи у Велебора. Я вчера весь вечер в четырех стенах изнывала и теперь что, снова от неизвестности черт знает сколько должна буду маяться?
К счастью, князь правильно понял мой выразительный взгляд. Шагнул вперед, к королю, и сказал:
— Ваше величество, если позволите, я бы хотел, чтобы моя невеста присутствовала при обряде.
— Зачем?
Ярый растерялся. Наверное, впервые он не находил что ответить. Просто потому, что мне там действительно нечего было делать.
— Ваша невеста слишком впечатлительна и легкоранима, — упрямо продолжил Редфрит.
— Я сильнее, чем может показаться на первый взгляд, — возразила его величеству и, беря пример с Арайны, независимо вскинула голову.
Наши глаза снова встретились, лишь на долю мгновения, и король… неожиданно сдался, хоть уступать не входило в его привычку.
— Хорошо, — бросил он и тут же забыл о моем существовании. Первым направился к лестнице, а за ним последовали и остальные.
Наверху, в просторном зале, нас уже дожидались Мильдгита, мэтр Вруктилс, чародейки Велебора и несколько магов. Здесь почти не было мебели, лишь несколько грубо сколоченных стульев ютилось возле узких оконцев. Наверное, именно поэтому, из-за нехватки света, на стенах, чадя, полыхали факелы и в центре зала возвышались напольные канделябры. Никаких ритуальных камней, как в поселении накаи, здесь не имелось, зато обнаружилось наспех сколоченное из досок возвышение с тяжелыми цепями. К нему и собирались приковать заключенного.
Меня передернуло. Мелькнула мысль выскользнуть за дверь и бежать обратно. Но тем самым только подтвердила бы, что я и правда слишком впечатлительна и легкоранима.
Так, Даня, будь сильной! И не вздумай вспоминать о той страшной ночи, когда тебя саму чуть не превратили в приманку для духа.
Я даже зажмурилась, стараясь прогнать замельтешившие перед глазами картины прошлого, а когда открыла глаза, заключенного уже ввели в зал. Теперь я могла рассмотреть его получше. Средних лет, с грубыми чертами и давно зарубцевавшимся шрамом, растянувшимся от виска до самого уголка губ. Крепкий, но сутулый. Взгляд пустой, совершенно потухший, и такое безразличие в глазах, что вдруг стало жутко.
 
Казалось, его чем-то опоили, а может, он уже просто смирился и заранее успел попрощаться с жизнью. Безропотно позволил уложить себя на некое подобие алтаря, сковать цепями, и даже не шелохнулся, когда накаи принялись покрывать его руки и плечи темной жижей, вырисовывая магические символы, превращая его тело в клетку для древнего.