Во власти желаний (СИ)

Доверчивое сердечко Ники, покрытое ледяной коркой, тает прямо на глазах. Удивительно. Но вовсе не это ей было нужно. Я не понимаю её. Может она хочет вернуть его? Но она же сама на днях говорила мне, что Марк — не тот, кто ей нужен.
— Правда? — спрашивает Ника. Марк садит её на диван, а сам присаживается на корточки у её ног. Он с нежностью в глазах смотрит на неё, поглаживая по щеке. — Почему ты тогда в таком виде? Чуть ли не голый.
— Машина заглохла. Ну, я с горя и выпил. Это потом я только понял, что ни денег у меня с собой не было, ни телефона. Я же второпях выбежал из дома. Виктория Андреевна любезно мне выделила место. Ты же видишь, что я здесь был один.
Подозрительный взгляд Ники падает на бутылку виски, затем на одинокий бокал, стоявший на журнальном столике. Она оглядывает комнату, смотрит на неразобранный диван и бельё на нём, которое Марк ещё не успел расстелить.
— Ты точно мне не врёшь? — почти плачет она, говоря дрогнувшим голосом. — Потому что если ты врёшь, — она разворачивает голову, встречаясь с моим взглядом. — Если вы оба мне врёте, то это будет очень… очень подло с вашей стороны. Вы же это понимаете?
— Понимаем, дочка, — с виноватым видом вмешиваюсь я, войдя в гостиную. — Тебе не о чем беспокоиться. Марк уйдёт утром, как только заработает наше СТО за домом. Пойдём, я поговорю с тобой.
Говорю так, будто проблематично вызвать такси в наше время.
Марк выпускает её руку, приподнимается на ноги. По его выражению лица, я могу понять, что он сделал всё, что мог. Но самое главное — он сожалеет. Сожалеет, что Ника могла понять всё не так. Сожалеет, что подставил меня своим появлением.
— Ника, подожди, — глаза Марка бегают из стороны в сторону. — Ты оставила квартиру открытой?
— Нет, дурачок, — то ли настроение Ники приподнялось, то ли она так издевается над бедным парнем, но почему-то вдруг смеётся. — Ярик вернулся к тебе за своим телефоном, а потом он уснул у тебя. Так что имей в виду.
— А, да? Что ж. Тогда ладно.
Я провожаю Нику в её комнату, сажусь с ней на кровать и легонько обнимаю за плечи.
— Если ты решила ещё и Марка прибрать к рукам, то я тебе этого точно не прощу, — угрожающе цедит сквозь зубы, отпихивая меня. — Думаешь, я совсем идиотка? Не понимаю какие мысли у тебя в голове? Ещё и вырядилась в этот свой беспонтовый пеньюар.
Всё ясно. Как бы Марк не старался, она не поверила. Ни единому слову.
— Ника, — склонив голову, совестливо изрекаю. — Всё не так, как ты себе это представляешь.
— В ситуации с Лёшей ты говорила то же самое.
— Да сколько можно? Я думала мы давно закрыли эту тему!
— Я тоже так думала. До сегодняшнего дня.
Мне невыносимо стыдно перед дочерью. Я ужасно виновата перед ней. Изо дня в день совесть мучает меня, выгрызая изнутри по кусочку.
Год назад, когда мы ещё жили в Москве, за Никой начал ухаживать мужчина. Она была счастлива как никогда, а я была безмерно рада, видя её такой жизнерадостной.
Ника не знакомила меня с ним, ссылаясь на то, что ещё очень рано. Она боялась спугнуть его таким шагом, потому что была безумно влюблена в него и не хотела нагружать его знакомствами.
На тот момент я работала в страховой компании обычным брокером. В Москве было крайне сложно найти хорошую работу. Куда бы я не сунулась, обычно сталкивалась с конкуренцией, но на этом месте я чувствовала себя нужной.
Как-то в наш отдел перевёлся новенький. Молоденький, симпатичный, общительный. С ним у нас моментально завязалось общение. Он был моей отдушиной и, казалось, понимал меня лучше остальных. Тогда я не задумывался о том, младше он меня или нет. Мне не было разницы, ведь мы оба не планировали совместное будущее. Это был всего лишь секс и ничего больше, ровно до тех пор, пока я не увидела в его телефоне заставку на одного человека, когда этот самый человек ему позвонил. Алексей — так звали его, утверждал, что звонила его сестра, а у меня только тогда сложился пазл в голове. На протяжении трёх с лишних месяцев я спала с парнем своей дочери, даже не догадываясь об этом.
Нужно ли говорить о том, что я чувствовала на тот момент. Нужно ли объяснять, как мне было больно и стыдно перед собственной дочерью.
Я решила сохранить это в тайне, а с Алексеем я немедленно оборвала связь. Но этот ублюдок на мне не остановился. Он перетрахал половину страхового отдела. Это я узнала случайно. Позднее я собралась с мыслями и пришла с этим к Нике. Я рассказала ей всё, в надежде, что она простит меня и не станет держать зла, но не вышло. В её глазах я упала ниже некуда. Я стала врагом номер один. И по сей день доверие Ники я не смогла вернуть, а тут ещё это…
— Подобного больше не повторится. Ты знаешь, — сжала я её руки в своих, целуя их. — Прости меня, ещё раз. Хочешь я позову к тебе Марка?
— Я сама! — указал она мне на выход. — Уходи!
  
Глава 31. Марк
 
Из Вероникиной комнаты некоторое время доносятся крики. До меня долетают обрывки фраз, где упоминают какого-то Лёшу, и то, что Ника не простит Вику из-за него. Я даю себе отчёт, что в этом доме я лишний, но ничего с собой поделать не могу. А когда в комнату входит Ника и ложится рядом со мной, без слов уткнувшись в мою шею, я уже не могу двигаться, боясь её разбудить.
От Ники разит спиртным. Хоть я и сам не одуванчик, но почему-то именно от неё этот запах просто невыносимо терпеть. Я переворачиваюсь на бок, едва ли не скинув её с дивана, но и это не очень-то помогает. А когда Ника начинает сопеть, то понимаю, что мне уже не уснуть.
Спускаюсь на пол. Думаю, может здесь у меня получится вздремнуть. Хотя, по-хорошему, валить надо, но что если я уйду, а Ника проснётся? Тогда придуманная мною легенда уже не будет такой правдоподобной. Я же вроде бы как жду открытия СТО за домом, чёрт бы её побрал.
На полу совсем неудобно. Тело в момент затекло, но если бы я действительно хотел спать, то уснул бы даже стоя на голове. Во всём виноваты мысли, атакующие разум. Именно сейчас они крутятся вокруг одной особы, спящей в соседней комнаты. Она так близко, но в то же время так далеко. Мне нестерпимо хочется хотя бы на шаг сократить это расстояние. Меня тянет к ней и уже далеко не магнитом. Я не силён в физике, но кажется сейчас моё сознание подчиняется притяжению и тяготению, в эпицентре которых стоит Вика.
Вика и Ника… В них столько общего: черты лица, голос, фигура, разрез глаз. Но Ника совсем не то…
Они будто бы два полюса Земли, а я среди них гора Джомолунгма. Они как две одинаковых звезды, разделённые миллионами километров, а я и есть эти самые километры. Ника не Вика, и она это прекрасно понимает. Поэтому она устроила скандал из ревности, толком не разобравшись.
Да что тут разбираться. По мне и моей роже и так всё было ясно. Только слепой не увидит с каким вожделением я смотрю на Вику. Даже такая неловкая ситуация не смогла убить во мне хотя бы толику желания.
Не убило тогда, не убивает и сейчас.
Решительно приподнимаюсь с пола и, пощекотав спящую красавицу, проверяю насколько крепок её сон. Спит, как убитая.
Ступаю на цыпочках, каждый раз реагируя на скрип половиц и проверяя, не проснулась ли Ника.
Выхожу в коридор и прислушиваюсь к звукам из Викиной комнаты. Тишина, только тут к тому же никто не сопит.
Осторожно открываю дверь, опасаясь, что последует скрип петель, и захожу в комнату, освещённую лунным светом. Чувствую, как в воздухе витает сладковатый аромат с примесью чего-то запретного, что мгновенно будит во мне спящий вулкан, разжигая пламенный азарт в его кратере. Адреналин уже растекается по венам, словно лава, стоит мне подойти к кровати, в которой мирно спит ягодка. Смяв одеяло между ног, она лежит на животе, открывая моему взгляду свою аппетитную попку.
Я сажусь на пол сбоку у кровати и с некоторое время наблюдаю за ней, охраняю её сон. Ей что-то снится. Она улыбается во сне, а затем с её губ слетает слабый стон и наступает момент завязки. Вика переворачивается на спину, а во мне нет ни капли страха, только неистовый азарт и… возбуждение.