Мадемуазель травница

– Торопиться и в самом деле ни к чему, – сказала я, думая, что помочь тому человеку мы уже не в силах.
– О, не говорите так! Надо его скорее убрать. Лето на дворе. – Мадам Бернар показала рукой за окно.
– Так зачем меня позвали?
– У мадемуазель Морель под задней дверью труп.
Староста хмуро кивнул и сразу пошел через комнату. Засов поддался со скрипом, но под напором моих сильных рук сдвинулся. И мы все втроем замерли у порога.
  
Стояли, можно сказать, над телом и со смыслом молчали.
Никто почившего мужчину не узнал и сказать никаких проникновенны слов не мог.
– Почему же не попросили сразу закопать? – Староста покачал головой. – Днем все работают, не знаю, кого бы вам в помощники определить.
– Нужна стража. Мертвеца видел друид, – опять пояснила я, уже не удивляясь практичности этих людей.
– Плохо, – загрустил месье Дюран. – Теперь в лесу точно не закопаешь. Заметит. А больше и негде… Эх, ладно, есть у меня один знакомый стражник. Уверенный и хваткий парень. Напишет, что у нас жертва городских улиц.
– А так можно?
– Можно и не так.
Глава 3
Стражник действительно оказался хватким. Сначала похватал мадам Бернар, потом меня. Все под предлогом традиционных объятий своего края. Хотя родился, насколько поняла, в том же королевстве, что и я.
Даже блестящий нагрудник и щитки не помешали ему нас обнять. Возможно, этому бы воспрепятствовали металлические рукавицы, но они остались у седла его лошади вместе со шлемом.
«Традиционный костюм «его края» для горячих приветствий», – буркнула я про себя.
Месье Жиро Брюн, а именно так звали стражника, не заметил моего настроения, но вовремя отпустил. Спасся.
Когда он увидел тело, конечно, опечалился. И хотя не спрашивал, почему я не закопала труп, но, кажется, подумал об этом.
– Нашел его, значит, друид?
– Он и попросил вызвать стражу.
– И сам не остался? Его же лес.
– Наверняка он считает, что эта часть к лесу не относится. Тело лежит за забором, – сказала мадам Бернар.
Стражник кивнул и почесал тяжелый подбородок.
Он не внушал доверия и напоминал бандита. Доспехи сидели свободно, даже несмотря на бычью мускулатуру. Все болталось, будто он взял костюм с чужого плеча. Да и телосложением походил на мордоворота из таверны. Крепкий и невысокий, с широченными плечами и короткой основательной шеей.
Я засмотрелась, а он мне улыбнулся. Этак разнузданно. Его маленькие глазки сверкнули и снова вернулись к трупу.
– Надо его звать.
– Друида? – шепотом уточнил староста.
– Ага. Где тут его дуб?
Я сложила руки на груди. Передо мной сейчас явно разыграется умилительное представление. На моем месте зазывала уже голосил бы: «Не пропустите, совершенно бесплатно мимо вас сотню раз пробежит взмокший стражник!»
Не подозревающий о своем участии в представлении Жиро Брюн, посвистывая, пошел вперед.
Старый дуб рос недалеко от моего дома. Рассмотреть можно в полной красе как от задней, так и от «парадной» двери. Если бы деревенская дорога проходила дальше вглубь чащи, этот исполин стоял бы у обочины. Но сейчас он разместился на краю леса, и с него по факту начинались владения друида, и здесь же заканчивалась деревня.
Брюн стукнул лишь один раз. Я даже прищурилась, чтобы разглядеть лицо стражника. Вот сейчас он должен нахмуриться и пойти кругами.
Но то ли я не разглядела лица, то ли неправильно что-то поняла, только стражник казался довольным. Ему, что же, птички ответили?!
Я присмотрелась к дереву друида. Дуб как дуб, ничего не изменилось с прошлого раза. Величавое, раскидистое дерево, которое не обхватить и двум людям. Наверняка ему больше сотни лет. Только вот ничего особенного я в нем не заметила. Никаких трепещущих ветвей или шелеста листьев. Ничего, что, по словам наставницы, должно отличать дерево друида от других.
А стражник между тем выглядел крайне спокойно, даже махнул мне от дерева. Мол, договорился.
– А ничего так экземпляр, – тихонько сказала мне мадам Бернар. – Надо только доспехи снять, чтобы убедиться.
– Месье Дюран, а вы давно с ним знакомы? – не отвечая на провокацию мадам, я обратилась к старосте.
– Пять лет. Он у нас в деревне сначала остановился. Поработал месяцок на полях, потом перебрался в Лигос и пошел в стражу… Может, за него кто слово замолвил. Знаю только, что раньше он тоже где-то в страже был.
– О-ля-ля, – шепотом продекламировала мадам Бернар.
Стражник как по заказу снял панцирь и расстегнул дублет на груди. Его мускулистая фигура, обтянутая толстой тканью, даже издалека смотрелась внушительно.
За разглядыванием мы пропустили самое важное.
– Пришел! Мадам Бернар, держите меня, чтобы я его никуда не приглашал, – тихо, но эмоционально проговорил староста.
Пришел? Этот, съешьте его бешеные белки, друид пришел?!
Я в мыле бегала вокруг дуба, чуть не пошла за бубном, чтобы по старинке воззвать к мудрости хозяина леса – и ничего! А тут пришел стражник, толком и не постучал, вообще, все делал не по науке. И вот он друид – «здрасте».
Стражник хлопнул друида по плечу, а тот, кажется, рассмеялся. К нам эти двое шествовали, как закадычные друзья.
Хозяин леса чуть прихрамывал и опирался на посох. С надвинутым капюшоном на глаза почти не походил на молодого человека. Но держался прямо. Правда, рядом с пружинистым стражником смотрелся вялым. А вот Брюн тянул в одной руке свой нагрудник, а другой то и дело похлопывал друида.
– Вы пришли! – указала я пальцем на Жана Дюбоиса, стоило ему остановиться. – А когда я стучала, даже не выглянули из леса.
– Вы стучали не с той стороны.
– Я стучала со всех сторон!
Друид лишь пожал плечами.
– Добрый день, – поздоровался он с мадам Бернар и месье Дюраном. – И вам добрый, мадемуазель Морель.
– Он вовсе не добрый. Вы плохо рассмотрели труп у моей двери?
– За чем же дело стало? Идемте, рассмотрим. – И друид широко повел рукой в сторону моего дома.
 Теперь над телом нависло на одного человека больше. Никого особенно это не смущало. Мадам Бернар даже уточнила, не хотят ли выпить мужчины морса. А я поняла: мне бы снова не помешал пустырник.
Если бы все происходило не у моего дома, ушла бы к себе и задвинула засов. Я очень старалась не смотреть на мертвеца. В нем, конечно, ничего страшного, только и приятного мало.
Но мужчины стояли и даже говорили, пока я боролась с собой.
– Он был в земле, – сказал друид.
Кончик посоха аккуратно встал у грязной руки покойного. Там испачканная манжета истрепанной рубахи задралась и оголила посеревшую кожу.
Я быстро отвела глаза, но мысленно согласилась с друидом.
– Закопали, а потом выкопали? Зачем? – без интереса уточнил стражник.
– Думаю, его не выкапывали. – Хозяин леса в задумчивости замолчал. – Последние три дня Великое древо трясет. Чтобы земля устояла, друидам приходится много работать.
– Опять эти ваши дела. Ты мне скажи по-человечески.
– Ну понимаешь, его-то закопали, но, когда земля начала ползти, тело вышло наружу. Без чьей-либо помощи.
– Неглубоко, видать, копали, – вставил староста.
Стражник сурово посмотрел на него и снова повернулся к телу.
– Ладно, отвезу в мертвецкую. Может, кто этого человека искал. Хотя, судя по одежке, навряд ли. Какой-нибудь попрошайка. Ни одной пуговицы.
Они опять замолчали, а я стала внимательнее разглядывать руки. Да еще держала язык за зубами. Нечего задавать вопросы, а то еще эти мужчины решат остаться вместе с трупом. Якобы для выяснения всяческих причин.
– Интересно, кто его здесь закопал? – Хрипловатый голос друида прозвучал как-то слишком громко. Стражник Брюн опять почесал подбородок и всем видом показал, что его это не интересует.
  
– Прошлая травница? – все же ляпнула я.
– Мадемуазель! – возмутился староста. – Она была почтенной и милой женщиной.
– Извините, – искренне сказала я. – Но у меня пока нет других мыслей.