Живые нити (СИ)
«Почему это вообще меня волнует? — раздосадовано хмурился Алек. — Да пошел он со своими дурацкими намеками. В полтора раза меня старше, а ведет себя как мальчишка».
Но Руфин не собирался никуда идти: наоборот, он галантно приоткрыл Дине дверь и уселся на водительское сидение. До Улицы Мастеров домчали быстро, в неловкой тишине.
— Я заеду потом, — бросил Алек на прощание и, пытаясь приободрить Дину, добавил. — Удачи. Постарайся ни с кем не ругаться.
Дина растянула губы в вымученной улыбке и решительно направилась к еще закрытым воротам.
— Я надеюсь, что у тебя есть какое-то официальное объяснение тому, где ты был три дня. И милая мордашка этой сладкой булочки вряд ли устроит капитана, — Руфин агрессивно нажал на педаль газа; напускное веселье слетело с его лица и со свистом вылетело в автомобильное окно.
— Это очень странная история, — Алек развалился на пассажирском сидении, решив игнорировать любые шутки напарника. — Даже не знаю, с чего начать.
— А что с зацепкой?
— С какой?
Руфин хмыкнул.
— Ты сказал, что у тебя появилась зацепка, а потом исчез, ничего не объяснив, — его руки на руле напряглись. — Так что там?
— Зацепка сыграла, но я упустил подозреваемого, — помолчав, произнес Алек. — А остальное время я был не в себе…
— Ну это я уже видел. Даже не знаю, надрать тебе зад за такое или насладиться тем, как это сделает Варрон. Она три ночи не спала. Даже к Эстету ездила, пыталась на него надавить, но тот ничего полезного не сказал. Тебе крышка, парень…
Руфин говорил спокойно, чуть обиженно, но Алеку вдруг показалось, что в его тоне сквозит едва заметное высокомерие, как у воспитателя, отчитывающего нерадивого ученика. Алек поморщился и промолчал. В груди растеклось горькое чувство провала — оно настигло его только сейчас, наконец дождавшись передышки в происходящей круговерти. Захотелось поставить Руфина на место, напомнив, кто здесь выше рангом и должностью, но Алек себя одернул.
«Руфин переживал за меня. Как и все».
Жаркий воздух щекотал растрепавшуюся челку. Он прикрыл тяжелые веки, пытаясь собрать в кучу мысли — нужно хоть как-то подготовиться к предстоящему разговору. На плечи давила усталось от расследования, которое только запутывалось, от людей, с которыми приходилось договариваться, а главное — от себя. Слишком много глупостей для опытного следователя.
Автомобиль попетлял по дворам; центральные улицы снова были перекрыты. На крыльце полицейского участка курили двое патрульных: один из них уставился на Алека во все глаза, будто увидел привидение. Второй же бросил Руфину:
— Нашел таки?
— Да. Сочувствую.
На немой вопрос Алека следователь ответил:
— Ставки делали, найдут тебя или нет. Эти двое поставили на то, что ты мертв.
— А ты на что поставил? — мрачно осведомился Алек, оглядывая полицейских в участке. Те, поглазев, тут же сделали вид, что очень заняты.
— Ну за кого ты меня считаешь? — хохотнул Руфин и пропустил его перед собой в офис Бюро.
Дверь в кабинет капитана была открыта нараспашку. Сама Варрон сидела за рабочим столом и курила в открытое окно. Дым, не долетая, повисал сероватой завесой, окутывая её со всех сторон топкими седыми облаками. Алеку на секунду показалось, что там сидит настоящая ведьма из сказок.
— Следователь Зорбас, — сказала она буднично, будто ничего не произошло. — Подойдите сюда и закройте дверь.
Руфин выразительно скривился, всем своим видом показывая, как он не завидует напарнику. Алек дернул за ручку. Дверь хлопнула оглушительно, как гром, предвещающий бурю. Сигаретный дым покачнулся, словно чудовище, заманивающее его в свои объятия. Оглушительно тикали часы, капелька пота — то ли от накатывающей жары, то ли от нервов — стекла между лопатками, и Алек рефлекторно пошевелил плечами.
— Итак, — капитан смотрела на него испытующе, откинувшись на стуле. — Рассказывайте. Я с радостью послушаю подробную и, что важно, правдивую сказку о ваших приключениях.
От слова «сказка» её сходство с ведьмой стало настолько реальным, что Алек невольно поежился.
— Можно сесть? — спросил он, не зная с чего начать.
— Нет, — ответила она мягко, пронзая его насквозь снежно-голубыми глазами. — Рассказывайте, пока мой кофе не остыл.
Алек рефлекторно вытянулся по струнке, как на экзамене в полицейской академии, и начал говорить четко, опуская все эмоциональные подробности.
— … И потом я случайно обратился оленем…
На лице Варрон, задумчиво подпирающей подбородок, наконец проскользнуло удивление.
— Не помню, чтобы раньше вы могли таким похвастаться.
— Я раньше и не мог, — Алек задумчиво кивнул. — Это произошло неконтролируемо, и я не знал, как трансформироваться обратно. Мне помогла госпожа Дина Дайвари, но это заняло у неё три дня. Поэтому, пока вы меня искали, я просто стоял в стойле, с трудом осознавая реальность.
— Комично, — констатировала капитан с каменный лицом. — Не сообщив никому о своих планах, вы и в самом деле поступили как олень.
Алек понурился. Варрон продолжила буравить его пристальным взглядом, потом, наконец, моргнула и откинулась на стуле.
— История про вашу трансформацию — удивительная. Сомневаюсь, что это произошло случайно. Госпожа Дайвари точно не заколдовала вас?
Алек подавил смешок.
— Точно, — ответил он и на всякий случай добавил. — По крайней мере, не произошло ничего подозрительного, что я бы увидел.
— Вы в последнее время крайне недальновидны, так что это не показатель, — капитан потушила окурок в крупной стеклянной пепельнице и встала. Алеку на секунду показалось, что сейчас она снимет перчатки и задаст ему жару, но Варрон, окинув нерадивого следователя заключительным, ощупывающим с ног до головы взглядом, прошла мимо и открыла дверь.
— Красс, зайдите, — бросила капитан в образовавшуюся щель и вернулась за стол. Алека мазнуло цветочными духами, контрастирующими со зловонием сигаретного дыма, пропитавшим все вокруг.
Руфин с сомнением потоптался в дверном проеме и нырнул в дымное царство.
— Садитесь. Оба, — приказала Варрон. — Где следователь Скорпин?
— Еще не пришла, — отрапортовал Руфин. — Но она должна была утром опрашивать ищеек, так что ждем ее позже.
— Хорошо. Зорбас, повторите, пожалуйста, важные вехи для вашего коллеги.
Алек послушно повторил. Руфин присвистнул.
— Красс, теперь вы. Что важного произошло за эти три дня?
— Мы второй раз почти поймали Серого Лиса, но этот засранец снова от нас ускользнул. Скакал по крышам, как будто он не Лис, а горный козел, — Руфин обернулся. — Изучили документы о смерти Лукро. Кажется, он и впрямь не пережил последнюю операцию. Искали тебя, но нашли только твой автомобиль, сейчас он припаркован на полицейской стоянке. Он стоял посреди леса, связать это с домом Волка было невозможно.
— Но мы сделаем вид, что возможно, — капитан охлебнула из кружки. — Красс, после разговора вызовите опергруппу. Поедем в общину прямо сейчас, по пути объясню нашу позицию. Я еду с группой, но руководите вы. Кажется, мы слишком долго недооценивали дом Волка. За это время они из заигравшихся мальчишек превратились в нечто, что может представлять опасность…
— Почему не я руковожу? — подал голос Алек.
— Потому что с этого момента вы разжалованы с должности старшего следователя, — она пригвоздила его к стулу тяжелым взглядом. — Безалаберность и откровенное пренебрежение всеми очевидными процедурами — не та черта, которую я ценю на руководящей должности. Вы должны это понимать.
— Я понимаю, — проговорил Алек, стараясь держать лицо. Сердце рухнуло куда-то вниз, в самые пятки, от обиды хотелось выматериться.
— Сходите на склад артефактов и возьмите Замещающую мазь. Вам выдадут её по моему разрешению. Скроете личину до поры до времени, для детей Волка мы вас так и не нашли.
* * *
Алек трясся на заднем сидении автомобиля — привычное место справа от Варрон занял Руфин.
«Я заслужил», — он пытался пристыдить себя, но лоснящийся от воска затылок напарника вызывал все больше и больше раздражения. Руфин не злорадствовал, но Алек будто чувствовал неработающей звериной чуйкой — он так доволен своим назначением, что глумливые шутки не заставят себя ждать. Затылок был и вовсе вызывающе высокомерным.