"Лямбда-6" (СИ)

- Да ладно? – фыркнул Андрей. – Как будто мы раньше таких дверей не открывали.
- Эти другие! – покачал головой Дмитрий, быстро вернувшийся обратно.
Ещё через несколько минут все были на ногах и приводили себя в порядок.
Костолом и Прометей вытащили из упавшего лифта вещи, оружие и боеприпасы. Вооружились, проверили снаряжение.
Мрак, лишившись хорошо зарекомендовавшего себя “ОЦ-14”, сейчас сжимал в руках традиционный семьдесят четвертый “Калашников”. Благо, патронов к нему он прихватил с запасом для Третьей мировой.
Тишина всё ещё сжимал в руках свой “СА Прибой”, к которому у него оставалось ещё полтора десятка патронов. Но на всякий случай, у него за спиной висело ещё и “СВК” – редчайший образец снайперской винтовки “Калашникова” 1959 года, так и не попавшей в массовое производство по причине конкуренции с более удачной снайперской винтовкой Драгунова. Когда Скат увидел сей агрегат, он выдал следующее: - Тишина, ты конечно снайпер каких поискать. Но зачем тебе этот табурет? Тем более здесь, под землёй!
Тишина ничего не ответил, но зато быстро продемонстрировал возможность переустановки оптического прицела с тепловизором от “Прибоя” на упомянутый выше табурет.
- А! Вот оно что! – охотно признал Скат, но на табурет всё равно продолжал смотреть с некоторым пренебрежением. - И всё?
- А чего тебе ещё нужно? - хмыкнул снайпер. - Лазерный указатель?
Скат хохотнул, но ничего не ответил.
Осмотр чёрных, массивных гермоворот ни к чему не привёл.
- Макс? – подала голос Катя. – Куда именно нам нужно?
- Так! Э-э... Я помню, что нам необходимо добраться до второго уровня. - я потирая виски, вспоминал то, что мне говорил профессор Трубников. Правда, скорее всего, упомянутый выше Трубников сильно похудел, и сейчас больше похож на кучку высохших костей.
- Что? – задумчиво пробормотал Штрасс, сам того не заметив. – Трубников...
- Чего ты там бормочешь? – Прометей стоял у него за спиной и не отходил ни на шаг. В конце концов, вся ответственность теперь лежала на нём, ведь именно ему нужно было вытащить пленного на поверхность и доставить в Синдикат. Живым, по возможности.
- Ничего! – буркнул тот. – Тебе послышалось.
- Ну-ну! Смотри, а то я могу тебя неправильно понять...
- И что?
- Ну, как что... Придётся объяснять тебе нормы поведения, сломать пару пальцев для убедительности.
Штрасс не дрогнул, но по расширившимся глазам, стало ясно – тот достаточно хорошо себе представил, на что способен Прометей, объясняя эти самые нормы поведения.
- Так что ты там бормотал?
- Трубников. Это один из старших научных сотрудников комплекса. Отвечал за специальный объект “Импульс М”.
- И что это за объект?
- Я точно не знаю, – произнёс Штрасс осторожно, с опаской оглянувшись на стоящего за его спиной Прометея. - Но документацию по нему нужно было доставить на поверхность.
- А главная цель в чём? – не выдержал я.
Глаза у Штасса подозрительно забегали.
- Ну, чего молчишь?
- Необходимо лекарство для моего отца, – после нескольких секунд молчания, произнёс он.
- Ложь! – бросил я ему в лицо. – Нет никакого лекарства. Да и не нужно оно ему.
Он уставился на меня злыми глазами. Тяжёлая рука Прометея легла Штрассу на плечо, существенно снизив его способность сопротивляться земной гравитации.
Я готов поклясться, бывшего командира наёмников разрывало от бешенства, но сделать он ничего не мог. И это добавляло ему злости.
- Верно! – наконец прошипел он, буравя меня взглядом. – Не лекарство. Кое-что такое, что вам с вашими убогими мозгами и не снилось.
Я расхохотался.
- Убогими? Нет, ну может же, а? Хорош!
Вдруг раздался металлический лязг, эхом разлетевшийся по всему помещению. А затем сухой выстрел.
Оказывается, пока шла эта дискуссия, Дмитрий вернулся обратно ко входу в бункер и всё это время внимательно осматривал гермоворота.
- Массивные. Без ручного управления, – крикнул он так, что эхо разнесло сделанное замечание по всей пещере. - Только автоматика, причём очень серьёзная. Так, а это что такое?
 
Сбоку обнаружилась панель управления в специальном, почти плоском железном ящике, вмонтированном в стену. На ящике висел самый обыкновенный амбарный замок. Именно процесс вскрытия ящика и остановил эту беседу. По крайней мере, на время.
- Дима, ты чего творишь? – Андрей подошёл к другу. В руках оба сжимали автоматы Михаила Тимофеевича, выбрав из тех, что притащили с собой Мрак и Тишина.
- А на что это похоже? Ворота открываю!
- Стойте! – неожиданно произнёс Скат.- Так нельзя!
- Почему?
- Макс, ты помнишь того паука?
- Да. Ты имеешь в виду...
- Ага! Что бы ни было за этими гермодверями... В общем, мы не можем туда просто войти. Неизвестно во что превратились те самые проекты... Там может быть очень опасно. А вдруг там этих пауков полно? Или что ещё похуже? А если газ? Какие-нибудь споры? Вирус в конце-концов?
- Скат, да ты оказывается парень с мозгами! – язвительно усмехнулся Штрасс. – А я-то думал, ты как эти... ну, муравьи... Они тоже постоянно всякую херню несут...
Хрясь!
Клацнули зубы. Брызнула кровь.
- Всегда мечтал это сделать! – процедил Скат, отходя от Штрасса, увлечённо искавшего на грязном бетоне выбитый зуб.
- Что в ящике? - спросил Андрей, заметив, что Дима открыл короб.
- Клавиатура, какой-то странный экран, – ответил Дмитрий и отошёл от двери. - Макс, взгляни.
- Комплекс что, до сих пор на блокировке?
- Похоже на то. Наверное, изнутри его не вскрыть. А отсюда блокировку снять было просто некому. Шевченко обратно не спустился и людей своих бросил на верную смерть.
- И как же снять блокировку? – спросил Костолом, скользнув взглядом по пускающему кровавые пузыри Штрассу. - Может, ты знаешь?
Тот ухмыльнулся и отрицательно покачал головой.
- А что если ввести пароль от лифта? – предложила Катя. – Ну, вдруг подойдёт?
- Думаешь, Шевченко был настолько глуп?
- Нет, не глуп. Просто в той ситуации, он действовал быстро, вряд ли у него было много времени придумывать изощрённые пароли. Можно просто попробовать!
- Валяй! – предложил Андрей. – А если не получится, мы пойдём домой!
Я подошёл к ящику, вытер ладонью густую пыль с экрана. Затем отыскал большую круглую кнопку – экран озарился белым светом. На нём показалась небольшое окно, разделённое на две части. На верхней было написано – Введена блокировка, режим “А”. А снизу значилось: Отключить блокировку?
- Тут и кода никакого нет. Всё гораздо проще, чем мы думали.
- Что, серьёзно?
- Ага! Эй, кто знает, где на советских клавиатурах находится ввод? – я обернулся к остальным.
- Попробуй “ВВОД”! – предложил Прометей, постучав по голове Штрасса.
Мрак и Скат усмехнулись.
Я сдул пыль с клавиатуры, нашёл нужную кнопку и чуть подумав, клацнул по ней.
Пластиковый прямоугольник мягко опустился вниз. Ничего не произошло.
- Да-а, дело дрянь! – Андрей махнул рукой в сторону двери. – Не работает! Ну что, по домам?
Я сделал шаг назад.
- Ещё идеи будут? - усмехнулся Скат. - Домой-то идти не хочется... Может, нужно просто сказать “Сезам, откройся?”
Вдруг, справа и слева вспыхнули красные лампы. Они были помещены под большие стеклянные колпаки, установленные на вращающихся платформах. Их было четыре – две снизу, две сверху.
- Ого! Кажется, процесс пошёл! – восхитился Андрей, отступая назад.
А затем, вся массивная конструкция двери пришла в движение. Что-то зашипело.
Наёмники среагировали мгновенно – рассыпавшись полукругом, они взяли на прицел открывающийся проход. Костолом и Прометей, как главная ударная сила, стояли плечом к плечу, выставив вперёд мощные стволы. Ну а я, отскочив от двери, покрепче сжал в руках “Изделие № 271”.
 
Пока тяжёлая дверь медленно поднималась вверх, каждый из нас ждал появления чего-то страшного, уродливого - до безумия жаждущего свежего человеческого мяса.