Роковая одержимость

 Поппи по-прежнему не реагировала, вынуждая меня вернуться к ее рту и крепко сжать ее горло. У нее вырвался резкий вдох, когда она наконец поняла, что мы делаем.
 Я слегка отстранился, нависая над ней.
— Что… – я сделал паузу, внимательно оценивая ее реакцию. — Ты никогда раньше не целовалась?
 Вместо того, чтобы опровергнуть обвинение, она посмотрела на меня пустым взглядом.
 Мои брови сошлись.
— Как такое возможно? У нас был секс, и ты не была девственницей.
 Она пожала плечами, как будто никогда раньше не задумывалась об этом.
— Поцелуи кажутся пустой тратой времени. Никогда не хотела возиться с ними.
 В глубине моей души зашевелилась жажда, вызванная волной собственничества, захлестнувшей меня. По крайней мере, в этой сфере ее жизни до меня никого не было.
 Мой рот снова опустился вниз, и язык побудил ее раздвинуть губы.
— Открой рот, – приказал я.
 Мои пальцы впились в ее бедра, чтобы притянуть ее ближе, обе мои руки действовали как зазубренные крюки, призванные удержать ее на месте. Ее решимость таяла с каждым движением моего языка, и она раздвинула губы.
— Высунь язык, – простонал я.
 Неохотно она подчинилась, и я лизнул ее язык своим собственным, целуя с открытым ртом. Поцелуй стал грубым и диким, мой язык исследовал ее так развратно, что Поппи задрожала в моих руках.
 Воодушевленный ее реакцией, я подался вперед, целуя с большей интенсивностью. Опустив руки, я приподнял ее бедра, заставив обхватить ногами мою талию. Я прижал ее к каменным перилам, понимая, что руки Поппи крепко сжимают мой свитер. Наши языки томно переплелись, излучая электричество между нами. Атмосфера была заряжена энергией перед лицом чего-то экстраординарного.
 Свидетельство этой странной экспрессии, назревающей между нами, ударило меня прямо в пах. Внезапно Поппи отшатнулась, ее глаза упали на выпуклость, упирающуюся в нее. Я проследил за ее взглядом. Мой член болезненно пульсировал, требуя входа в ее влажное тепло. Я дрочил бесчисленное количество раз с прошлой ночи, после того как переспал с ней лишь однажды. Воспоминание врезалось в мою душу, и мне нужно было вкусить её еще раз .
— Прошлая ночь была единичной, – заговорила Поппи, когда я схватился за пояс ее спортивных штанов. Она убрала мою руку, качая головой. — Я не планировала снова заниматься сексом до следующего года.
— Ты выполнила свою норму на год? – позабавленно спросил я хриплым голосом.
— Что-то в этом роде, – выдохнула Поппи, хотя строгое выражение ее лица осталось неизменным. — И ты кончил в меня прошлой ночью, – укорила она. Раздвинув ноги, Поппи скользнула вниз по моему телу. — Ты должен был использовать презерватив. Хорошо, что я на таблетках.
 На то, чтобы придать своему лицу бесстрастное выражение, потребовалось немалое количество усилий. Она принимает таблетки.
 Прежде чем мы смогли продолжить жаркий спор, телефон в руке Поппи ожил, отвлекая ее от ругательств.
— Это рингтон Ника. Он должен был позвонить мне с новостями о Розе. – Она отвернулась и отрывисто произнесла: — Говори.
 Ник сказал по телефону что-то такое, что заставило Поппи напрячься. Разговор длился всего несколько секунд, прежде чем она медленно опустила мобильный.
— Что случилось? – осторожно спросил я.
— Ник нашел видео падения Розы, – сообщила Поппи.
— Как такое возможно?
— Я не знаю, – ответила она, ее глаза метались между телефоном и мной. — Но он отправляет его мне.
 Как только она закончила говорить, на ее телефон пришло новое сообщение. Поппи открыла его, и я наклонился к ней, пока она проигрывала видео. В кадр ввалилась пьяная девушка, агрессивно покачиваясь под музыку. Кто-то направил на нее камеру, возможно, намереваясь запечатлеть провокационный танец.
— Вот. – Поппи увеличила изображение в правом верхнем углу экрана. — Это Роза.
 При увеличении видео получилось немного зернистым, но все же мы могли разглядеть достаточно деталей. Роза стояла боком на втором этаже на заднем плане и качала головой из-за чего-то, что не попало в кадр.
 
— На что она смотрит? – вслух размышляла Поппи.
 Я попытался представить планировку дома и точное местонахождение Розы в нём, чтобы понять, что могло привлечь ее внимание. Ничего не приходило в голову. По щекам Розы потекли слезы, и она подавила рыдание, прикрыв рот рукой.
— Или на кого она смотрит? Кто-то явно напугал ее.
— Нет, – тихо возразила Поппи. — Роза не напугана. Она опустошена. Посмотри, как она попятилась, словно надеясь, что все, что она увидела, неправда.
 Поппи была права. Лицо Розы исказилось от боли. Опустошенная, со слезами, затуманившими зрение и рассудок, Роза отступила назад, чтобы дистанцироваться от неприятной ситуации. Она ударилась поясницей о перила, когда наступил роковой момент осознания. Роза отшатнулась слишком быстро и потеряла равновесие. Ее рот широко раскрылся в крике, когда она споткнулась о перила и упала на первый этаж.
— Черт, – выругался я себе под нос.
— В конце концов, это был несчастный случай, – заключила Поппи. Телефон снова запищал, побуждая ее нажать на иконку с сообщением. — Ник разблокировал телефон Розы. Последние сообщения были… – ее глаза пробежались по экрану, прежде чем вернуться ко мне. — Они были от тебя.
 Я напрягся. Телефон настойчиво пищал, сообщая о новых входящих сообщениях. Поппи быстро просмотрела их в поисках правды. Я приготовился, потому что знал, что за этим последует.
— Между вами двумя было так много сообщений. – Поппи подняла телефон с проклятыми доказательствами, ее лицо исказилось от гнева. — Некоторые из них написаны много лет назад.
 Обвинение было правдой, хотя намерения Розы и мои отличались.
— Я не отвечал на большинство ее сообщений.
 Когда я заговорил, мой голос звучал сдержанно.
— Она бы не преследовала тебя так упорно, если бы между вами не было истории.
 Я покачал головой.
— Меня никогда не интересовала Роза, и я не поощрял ее ухаживания.
 Поппи пролистала сообщения.
— Но ты принял приглашение на вечеринку.
 Я знал, к чему это приведет.
— Я могу объяснить, пока ты не сделала поспешных выводов.
— Дай угадаю. Ты флиртовал с Розой, чтобы попасть на вечеринку, – предположила она. — Вот как ты прошел через охрану. Кто-то изнутри впустил тебя.
 Оценка была точной.
— Да, однако сообщения не были флиртом, по крайней мере, с моей стороны, – деликатно объяснил я. Роза была самой близкой сестрой Поппи. Выставление ее в плохом свете для оправдания сработало бы против меня.
 Взгляд Поппи вернулся к телефону. Выражение ее лица изменилось, как будто щелкнул еще один кусочек головоломки.
— Ты не закрыл дверь спальни, – заявила она, ее голос наполнился осознанием.
 Я пытался осмыслить резкую смену темы.
— Что, прости?
— Прошлой ночью, – уточнила она, указывая на видео. — Ты не закрыл дверь после того, как выгнал Софи из комнаты.
 Поймав их вместе, я в ярости стащил Софи с Поппи и вытолкал ее из комнаты. Поппи с завязанными глазами, ожидающая меня на кровати, лишила меня рассудка. Я плохо соображал, не говоря уже о том, чтобы беспокоиться о двери.
 Поппи включила предыдущее видео. Она покрутила телефон, изучая пространственную конфигурацию того места, где стояла Роза, и планировку дома. Правда обрушилась на нас одновременно, как тонна кирпичей.
— Если Роза стояла здесь, а дверь моей спальни была открыта, она, вероятно, смотрела туда, когда упала, – решила Поппи. — Наверное, она пришла за мной, а вместо этого застала нас в одной постели. Вот почему она расстроилась. Потому что она влюблена в тебя уже много лет.
 Хуже быть не могло.
— Я изо всех сил старался не вводить ее в заблуждение, – признался я вместо того, чтобы отрицать чувства Розы.
— Мне нужно, чтобы Роза подтвердила это.
— В данный момент это не совсем возможно. Тебе придется поверить мне на слово.