Хулиганка (СИ)
— Позовешь мужичков? — спросила она, снимая с плиты закипевший чайник. Кивнула и вышла на улицу, чтобы в следующий момент оказаться в объятиях веселого хаски.
— Барсик? — произнесла несмело. Я не боюсь собак и видно, что этот песик тот еще добряк.
— Барсик, ну-ка не пугай нам девочку, — услышала я крик отца Кира со двора.
— Всё нормально, — отозвалась, ласково потрепав пса за ухом. Он действительно очень веселый, а еще активный, потому что пока я дошла до Кира, песик успел раз десять пробежать вокруг меня.
— Пойдемте чай пить, — сказала, чуть прочистив горло. Мужчина кивнул, вытирая руки тряпкой и удаляясь в дом, а Королёв продолжал возиться с мотором.
— Ничего не хочешь сделать? — спросила у него с вызовом.
— Хочу, ты даже представить не можешь что, но боюсь с тебя вряд ли быстро отмоется масло, — и указал взглядом, на свои перепачканные руки.
— Королёв!
— Иди сюда! — расставил руки, чтобы я в ту же минуту прильнула в его груди. Поцеловал в макушку и спросил, — Ну что, разве это оказалось так страшно?
— Нет, мне безумно понравилась твоя мама, — призналась честно.
— Ну вот видишь. Я же говорил, что она не кусается. А теперь пошли вон туда, польешь мне на руки, и пойдём пить чай.
— Как скажешь, жених, — с вызовом произнесла я, и куснула смеющегося Кира за плечо.
Глава 39. Кирилл
Кирилл.
Камила и представить не может, как я волновался о том, чтобы они с мамой нашли общий язык. Это своеобразный акт доверия, который я показал своей девочке. С учетом нашей работы, у нас не было свободного времени на конфетно-букетный период, поэтому мы просто перешагнули этот этап. Но я знал, чувствовал, что Камила, как нежная роза, нуждается во внимании. Ей важно понимать, что нужна человеку, и хоть по сей день не заводит тему наших отношений, я знаю, как ей важно знать, что всё это не просто так.
— Устала? — спрашиваю у неё после плотного обеда. Вообще я не планировал оставаться здесь на целый день, но родители правы в том, что я очень давно у них не был. Да и хотелось, чтобы Камила побольше с ними пообщалась, привыкла, освоилась.
— Немного, — шепчет она, потому что вслух никогда в таком не признается.
— У меня есть идея, — в ответ шепчу ей на ухо и увожу в свою комнату.
— Это пошло Королёв, — моя девочка встаёт на пороге, уперев руки в бока и пытается хмуриться.
— Вообще-то, ничего такого я не имел ввиду, — смеюсь, понимая, о чем она подумала, — Переоденься во что-нибудь удобное, мы пойдем прогуляться.
Она удивленно смотрит на свою узкую юбку и шелковую блузку, будто позабыв о том, что внизу стоят её ходули, на которых здесь она точно далеко не уйдёт.
— Это мои вещи Камил, а идти нам далеко, поэтому, пожалуйста, надень то, что посчитаешь комфортным. Например, вот этот костюм.
— Он точно твой, — смеется Камила, смотря на меня с неверием.
— Да, просто после стирки он немного сел. Я привез его сюда, чтобы сжечь в печке, но благополучно о нём забыл.
Это правда, забавно, потому что этот шерстяной костюм был Камиле лишь чуть великоват. Оставался вопрос с обувью, но думаю, здесь нас выручит мама. Сам быстро скинул джинсы и свитер, чтобы надеть толстовку с капюшоном и спортивные штаны.
— Не смотри на меня так, иначе действительно выйдет очень пошло, — произнес, увидев, каким взглядом меня пожирает чудо. Она лишь фыркнула в ответ и направилась вниз.
Вообще этот дом достался нам от прадеда, только тогда это место было чем-то вроде дачи. Захудалый домик мы снесли и наняли ребят, чтобы отстроить вот этот дом. Здесь прошла вся моя юность, по этим улицам я с соседскими пацанами гонял на велосипеде, потом на байке. Девчонок целовал жаркими вечерами.
— О чём это ты задумался, Королёв? Ностальгируешь?
И всё то она понимает, моя маленькая умная девочка. Ничего не ответил, а лишь загадочно улыбнулся в ответ.
— Мы уже почти пришли. Не замерзла? — спросил, сворачивая на знакомую тропу, по которой мы гоняли к речке.
— Нет, костюм очень теплый.
— Сегодня оставайся в нём, потому что вечером в доме прохладно.
— Мы останемся с ночёвкой? — я ждал, когда она задаст этот вопрос. Конечно же давить и принимать решения за неё я не буду.
— А как ты хочешь?
— Можем остаться, только…
— Нет, спать ты будешь со мной. Если стесняешься — то обещаю, что домогаться не буду. — возмутился я.
— Я так не могу Кирилл, — она остановилась, энергично замотав головой.
— А я без тебя не могу, Камил.
Замерла и в глаза мои смотрит так, будто в душу заглядывает. Знаю, что многое хочет спросить. Почему невестой назвал, просто так или значит что. Понимает, что не просто так, но сомневается наверняка.
— Веришь мне? — спросил, взяв чудо за руку и поднося ладошку к своим губам.
— Верю, — ответила твердо и сразу же поцеловала, будто боясь, что произнесу какие-то более важные слова.
— Пошли, — еле оторвался от её губ и пошел к речке, утягивая Камилу за руку.
— Какая красота. В детстве мы часто приезжали на эту речку, только с другой стороны и севернее. Ну, знаешь, где более менее хороший пляж. Я обожала купаться, а мама всегда ругалась, что я простыну, потому что вода была прохладная.
— И что, простывала? — спросил, обнимая её сзади и положив подбородок на макушку.
— Ни разу. Когда у тебя два старших брата, невозможно не повторять за ними. Это своеобразный челлендж, сделать так же, как и они.
— А второй брат где? — давно хотел спросить, но понимал, что раз о нём молчат, то это не очень приятная тема.
— Сейчас в Питере, вроде как новый офис там открывает. Он тату салон держит, и на байке гоняет. С нами общается крайне редко. Это… с мамой моей связано в общем. — выдохнула тяжело.
— Можешь не говорить.
— Нет, я должна. Как ты понимаешь, у Ярика с Владом другая мама и она умерла, когда они были маленькие. Через несколько лет отец встретил мою маму и родилась я. Ярик с детства был самостоятельным, маму мою любил, но на шею не вешался. А Влад стал считать её своей мамой, и для него было огромным ударом, когда она их бросила. После этого он закрылся, словно ракушка, с отцом ругался часто. В такие перепалки попадал, что страшно подумать, что бы было, не будь у отца связей. Мы все его очень любим, но не лезем к нему. Ждём, когда повзрослеет и поймет ценность семьи.
— Грустно, но такова жизнь Камил. Ты тут точно ни в чем не виновата.
— Знаю. Но боюсь…
— Чего боишься, Камил? Что станешь такой, как твоя мама? Зря. Ты совсем другая, поверь мне. — меня злила эта женщина, которую я даже никогда не встречал. Конечно, я никогда слова плохого не скажу про неё, потому что она мать моей девочки. Потому что Камила любит её, не смотря ни на что.
— Ты ведь даже не знаком с ней, — произнесла тихо, будто сдаваясь мне.
— Мне достаточно того, что я вижу. Ты другая, Камила. Ты лучше и ценности у тебя другие. Сердце не обманешь, верно?
Она развернулась, удивленно распахивая глаза. Сегодня у меня прямо день откровений. Того глядишь и сдамся Камиле с потрохами.
— Верно, — и снова целует, не давая сказать и слова. Страстно, глубоко, отдаваясь мне сполна, забываясь во мне, закрываясь от всего мира. Только она и я, мы вдвоем, у спокойной реки под раскидистым кленом.
И важна лишь та хрупкая нить, что связывает нас, крепнет с каждым днем. И без разницы, какие километры ждут нас порознь, если будет эта нить — будем и «МЫ».
Глава 40. Камила
Камила.
Нам определенно нужен был этот выходной, тем более, что он прошел в такой приятной семейной атмосфере. Я просто без ума от родителей Королёва. Отец, хоть и выглядит грозным, но на деле очень добрый человек. Почему-то он напоминал моего же папу, тоже серьезного вида генерала, но такого открытого и душевного.
— Надеюсь, вы скоро к нам еще заедите, детки, — произносит Елена Дмитриевна с грустью в глазах. Видно, что она очень тоскуют по сыну, несмотря на то, что они живут в одном городе.