«Серебряное». Выжить в сумраке

– Как это? – не выдержала я, так как мне всегда казалось, что в наше время связи нет только в каких-то уж совсем медвежьих углах.
– Мы находимся в так называемой «мёртвой зоне», – пояснила моя спутница, – а ноутбуки подсоединены к мощному усилителю сигнала. Но пользоваться ими можно только с разрешения администрации и под её контролем.
– Что за бред! А если мне понадобятся материалы для учёбы?
  
– Для этого у нас есть прекрасная библиотека, – мне показалось, что в голосе женщины мелькнуло злорадство, – интернет – не единственный возможный источник информации.
– То есть позвонить я никому не смогу, – я не спрашивала, а констатировала факт, так как предугадать ответ было не сложно.
– Ну почему же, – она остановилась и повернулась ко мне, – у тебя будет право на один звонок в неделю, но нужно будет заранее написать заявление на имя директора и дождаться его положительной резолюции. Разумеется, она возможна только при отсутствии замечаний и нареканий.
– Тюрьма какая-то, – проворчала я негромко, но меня услышали.
– Хочу заметить, что в наше учебное заведение не попадают те, у кого нет проблем с поведением, – холодно ответила мне женщина, должность которой пока была для меня загадкой.
– И много тут нас таких… осчастливленных?
– Мы принимаем молодых людей не моложе шестнадцати лет, – как ни в чём не бывало ответила женщина, – у нас две учебные группы по десять человек, соответственно, двадцать воспитанников. Десять девушек и десять юношей в возрасте шестнадцати и семнадцати лет. Группы соответствуют десятому и одиннадцатому классам обычной общеобразовательной школы. О процессе обучения тебе подробно расскажет директор во время собеседования.
– А когда оно будет? – я снова не удержалась от вопроса, так как с каждой минутой мне здесь нравилось всё меньше и меньше.
– Тебя пригласят, – последовал равнодушный ответ. – Итак, помимо правого, жилого, и левого, учебного, крыла есть центральная часть главного здания. Именно там расположены кабинеты администрации, медицинский кабинет и столовая. В отдельном здании, – тут мы как раз подошли к повороту, и я увидела длинное одноэтажное строение, – расположены спортивный зал, бассейн и тренажёрный зал. С другой стороны главного корпуса находится такой же флигель, в котором живут преподаватели и обслуживающий персонал.
– Учителя тоже живут здесь? – удивилась я, так как почему-то думала, что на постоянной основе в этой дорогой тюрьме проживают только воспитанники. Слово-то какое! Как в позапрошлом веке…
– Разумеется, – женщина безразлично пожала плечами, – до города достаточно далеко, усадьба расположена в уединённом месте, вокруг лес, следовательно, по дорогам не всегда можно проехать на легковом автомобиле. Поэтому намного удобнее жить здесь, тем более что в «Серебряном» для этого созданы все условия. Мы не экономим на комфорте.
Сказав это, она повернулась и неспешно направилась обратно к крыльцу, и мне ничего другого не оставалось, как покорно пойти туда же.
Моих чемоданов на ступеньках уже не было, видимо, их отнесли в мою комнату. Интересно, она сильно напоминает тюремную камеру? Судя по тому, что я услышала, это именно тюрьма, пусть даже дорогая и комфортабельная. Что же, если вспомнить, что пансион выбирала мачеха, это ещё не самый плохой вариант. Во всяком случае, очень хочется на это надеяться.
Вслед за так и не представившейся женщиной я поднялась по ступенькам и вошла в ярко освещённый холл. Из-за невысокой стойки, больше всего напоминавшей ресепшен в отеле, нам навстречу вышла симпатичная девушка, одетая в такой же костюм, как и моя спутница.
– Это Елизавета Морозова, проводите её сначала в хранилище, а затем к завхозу. Здесь пока вместо вас побуду я. Вопросы?
– Будет сделано, – склонила голову администратор и кивком пригласила меня следовать за ней.
В молчании мы пересекли холл, затем свернули налево и миновали несколько дверей без каких-либо опознавательных знаков.
– Я Виктория, – представилась девушка, – администратор. Ко мне можно и нужно обращаться со всеми вопросами, касающимися проживания. С девяти утра до девяти вечера меня можно найти на моём рабочем месте. Если вдруг тебе что-то понадобится в другое время, там на стойке есть кнопка. Я услышу сигнал и подойду.
– Понятно, – кивнула я. – А если вы будете далеко?
– Значит, будет кто-то, кто окажется ближе, – абсолютно серьёзно ответила Виктория. – Без помощи тебя никто не оставит, можешь не беспокоиться.
– Да я как-то и не беспокоюсь, – я пожала плечами.
– Здесь расположен медицинский кабинет, – наконец-то заговорила моя провожатая, показывая на дверь с табличкой «Каргель Ю.Б.»– при малейшем недомогании следует обращаться к Юлии Борисовне, так зовут нашего доктора. Кабинет оснащён самой современной техникой, также в наличии имеется широкий спектр лекарственных препаратов. В сложных случаях мы приглашаем специалистов из города, но такое, к счастью, случается очень редко. Минимальный набор – таблетки от головной боли, пластырь, йод, средства личной гигиены – есть в каждой комнате. Раз в неделю в «Серебряное» приезжают косметолог, парикмахер и мастер ногтевого сервиса. Заявку лучше оставлять заранее, чтобы не возникало очередей.
– Ну хоть маникюр самой делать не придётся, – невесело улыбнулась я, – а то я уже и к этому была готова.
– Администрация старается сделать пребывание в «Серебряном» максимально комфортным, – заученно проговорила администратор, – так как ограничение свободы передвижения уже является для воспитанников непростым испытанием. Кроме того, приглашаемые специалисты соответствуют самым высоким требованиям, и мы сами с удовольствием пользуемся их услугами.
Мы пошли дальше, и я увидела совсем небольшое, на три столика, кафе, в котором сейчас сидел один парень примерно моего возраста и читал книгу. На столике перед ним стояла чашка кофе и блестела фольгой разломанная шоколадка.
– Воспитанники могут пользоваться услугами кафе без ограничения, – по-прежнему безэмоционально пояснила моя спутница, – это входит в стоимость пребывания. Кафе открыто с девяти утра до восьми вечера. Буфетчицу зовут Карина, и она великолепно варит кофе.
– Спасибо, это существенно примиряет меня с ситуацией, – абсолютно серьёзно кивнула я, так как это действительно было так. Без чашки хорошего капучино утро для меня было неполноценным. Папа как-то в шутку сказал, что из всех зависимостей, являющихся потенциальной угрозой в моём возрасте, я выбрала самую безобидную. Это было пару лет назад, когда в нашем доме ещё иногда звучали шутки, потому что в нём не было этой змеи, новой жены отца. С её появлением изменилось всё, и исключительно в плохую сторону. Впрочем, пока не стану об этом вспоминать, сейчас на первый план вышли совершенно иные задачи.
Задумавшись, я не заметила, как мы дошли до конца коридора и остановились перед массивной металлической дверью. Моя спутница набрала на панели, скрытой боковыми щитками, комбинацию цифр или букв, я не поняла, и через непродолжительное время зажужжал цифровой замок, что-то несколько раз щёлкнуло, и дверь открылась.
За нею обнаружилась совсем небольшая комната, по стенам которой стояли высокие шкафы, больше всего напоминающие сейфы.
– Здесь ты можешь оставить ценные вещи, – пояснила девушка-администратор, – ювелирные украшения, мобильный телефон, паспорт. На территории «Серебряного» они тебе не понадобятся, а после выпуска, когда срок твоего пребывания у нас закончится, ты получишь их в полной сохранности. Можешь оставить себе что-то одно из драгоценностей, остальное следует снять и положить на хранение в ячейку. Мы не поощряем подчёркивание социального статуса среди воспитанников.
– Интересный подход, – хмыкнула я, – никогда не думала, что лишнее колечко или подвеска могут как-то повлиять на статус. Впрочем, я не собираюсь нарушать правила.
– Это разумный подход, – голос девушки не дрогнул, в нём не появилось никаких эмоций, словно я разговаривала с роботом.