Возвращение Безумного Бога 11 (СИ)

Аймос закатил глаза:
— Давай просто починим этот механизм. И желательно без…
Он не успел договорить. Эгилия как раз коснулась особенно яркой руны, и механизм ожил. Шестеренки закрутились, кристаллы засияли всеми цветами радуги, а из недр устройства донеслось пение.
— Это что… баллада? — удивленно прислушался Аймос.
— Кажется, механизм немного… творчески переосмыслил свои функции за эти тысячелетия, — Эгилия прикрыла рот ладонью, пытаясь сдержать смех.
  
Где-то в глубине прибора бодрый тенор выводил:
 О-о-о… душа моя, лети-и-и…
 К месту верному приди-и-и…
 А налево не ходи-и-и…
 Там Сверхсущность на пути-и-и…
— Великие Боги, — Аймос скрипнул зубами, — Только не говори, что теперь он будет так… распевать для каждой души.
Эгилия пожала плечами:
— Ну, по крайней мере, инструкции понятные… Главное, что заработало, а остальное нюансы…
* * *
Дворец подземного царства встретил их гулкой тишиной и следами долгого запустения. Некогда величественные залы заросли странной светящейся плесенью, а в тронном зале обосновалась целая стая летучих тварей, отдаленно напоминающих помесь летучих мышей с медузами.
— Мой тронный зал, — процедил Аймос, закатывая рукава, — Они устроили гнездовье в моем тронном зале!
— Дорогой, спокойнее, — Эгилия положила руку ему на плечо, — Некоторых можно и оставить. На должность придворных… украшений.
— Украшений⁈ — возмутился бог подземного мира, глядя, как одна из тварей развалилась прямо на его троне, вальяжно закинув щупальце на щупальце.
— Ну а почему бы и нет?
— Пошла вон! — рявкнул на тварь Аймос.
Вместо ответа тварь на троне сладко зевнула, продемонстрировав три ряда светящихся зубов, и перевернулась на другой бок, свесив щупальца через подлокотник.
— Смотри, какая милая, — улыбнулась Эгилия, — И светится красиво.
— Это МОЙ трон!
Разрушительный бласт энергии сорвался с руки бога. Грянул взрыв, медузу разнесло на множество ошметков. Трон рухнул на бок. Он остался целым, хотя и теперь покрылся зеленоватой жижей — внутренностями чудища.
— Ох, как же ты любишь всё взрывать, — вздохнула богиня, — Но хотя бы парочку оставим? Они правда создают… особую атмосферу.
Аймос закатил глаза:
— Ладно, любимая. Двух. Самых маленьких. И чтобы никакого гнездовья!
Через час зал был расчищен. Две самые миниатюрные летучие медузы, получившие от Эгилии имена Блестяшка и Светик, теперь парили под потолком, создавая причудливую игру теней.
— Знаешь, — задумчиво произнесла богиня, наблюдая, как её муж водружает на место слегка помятый трон, — мой осколок, который был здесь все эти годы… он многое помнит. Когда мы с ней объединились, я очень много узнала обо всем, что здесь происходило все эти тысячелетия.
— М-м-м?.. — Аймос как раз пытался оттереть с трона следы светящейся слизи.
— Например, встречу Эстро со Сверхсущностью, — Эгилия присела на ступени у трона, — Сверхсущность ведь передала ему несколько артефактов. Тех самых, что хранились в твоей сокровищнице.
Аймос замер. Потом медленно повернулся:
— Что она сделала?
— Ну… технически это были очень важные артефакты, которые могли помочь в борьбе с…
— Моя. Сокровищница, — процедил бог подземного мира, — Мои. Артефакты.
— Дорогой… Ты знаешь, что они ранее принадлежали Айсштиль, Ноктусу и…
— Сначала трон, теперь сокровищница! — Аймос в сердцах пнул какой-то обломок, и тот с грохотом улетел в дальний угол зала. Блестяшка и Светик испуганно метнулись под потолок, — Эта… эта раковая опухоль на теле мироздания…
— Думаю, это все не просто так, — мягко сказала Эгилия, — И она действительно очень могущественна. Даже боги…
— Именно поэтому её нужно уничтожить, — отрезал Аймос, — Пока она существует, мир мертвых не сможет функционировать нормально. Сверхсущность поглощает души смертных, как грешников и праведников. Это как… как злокачественное новообразование. Его нужно вырезать. Безо всякой жалости. Таков Закон.
Эгилия промолчала. Она не была так уверена в этом решении, но спорить с мужем не стала. В конце концов, он был богом подземного мира задолго до их встречи.
— Когда ты стал таким приверженцем правил? — вдруг улыбнулась она, желая сменить тему, — Помнишь, как ты меня похитил?
— Я не похищал! — буркнул Аймос, выравнивая трон, — Надо еще твой трон найти. Он должен быть где-то рядом.
— Не отходи от темы, — Эгилия шутливо пихнула его в бок.
— Я… просто организовал романтическое путешествие без предварительного согласования, — в уголках рта бога мелькнул некий намек на улыбку.
— Ага, — хмыкнула богиня, — А крики моего отца «Верни мою дочь, ублюдок!» были просто пожеланиями счастливого пути?
Аймос хмыкнул:
— Ну… твой отец должен был быть благодарен, что я оставил ему жизнь…
В этот момент где-то в глубине дворца раздался грохот и визг. Похоже, там обнаружилась еще одна компания незваных гостей.
— Работы еще много, — вздохнул бог подземного мира.
— Не переживай, — Эгилия нежно поцеловала его в щеку, — Главное, что мы снова вместе. Справимся.
Блестяшка и Светик согласно мигнули своим свечением где-то под потолком.
Снова раздались громкие звуки, похожие на пьяный хохот.
— Похоже, кто-то решил устроить вечеринку в сокровищнице, — вздохнула Эгилия.
— Только не в сокровищнице! — Аймос сжал кулаки, — С меня хватит! Сначала Сверхсущность, теперь еще пьяные духи…
По пути к сокровищнице они наткнулись на очередную стаю непонятных тварей — на этот раз похожих на помесь крокодила с павлином. Твари, впрочем, быстро осознали свою ошибку, увидев выражение лица Аймоса. Извинились на чисто русском языке и деликатно рассосались по боковым коридорам.
— Разумные начали попадаться, — удовлетворенно произнесла Эгилия, — С разумными и договориться можно.
— Знаешь, — проговорил бог подземного мира, глядя вслед улепетывающим монстрам, — я все больше думаю об Эстро.
— М-м-м?.. — Эгилия как раз разглядывала очередной магический механизм на стене, пытаясь понять его предназначение.
— Не кажется ли тебе странным? — Аймос мрачно оглядел разруху вокруг, — Все эти события, развал системы мира мертвых, Сверхсущность, Бездна… Похоже на его почерк. Управляемый хаос в чистом виде.
— Думаешь, это часть какого-то плана?
— Уверен, — процедил бог подземного мира, — Он всегда был хитер. Всегда просчитывал на много ходов вперед. А теперь, используя силу Бездны…
— Дорогой, — Эгилия оторвалась от механизма, — Мне кажется, ты не совсем справедлив. Мой осколок видел его встречу со Сверхсущностью. Он был… растерян. Напуган даже. Он переживал за свою дочь Перчинку и других спутников.
— Как бывший бог Искусств, актер он отличный, — фыркнул Аймос, — Всегда умел притворяться. Помнишь, как он убедил Громовержца, что тот случайно уронил свой любимый меч в вулкан? А сам потом три месяца использовал его как открывалку для вина!
— Это было давно, когда мы все были очень молоды…
— А теперь у него Бездна, — Аймос в сердцах пнул какой-то обломок, — Знаешь, я жалею, что тогда мы его не добили. Дали сбежать в Бездну… Я не помню, что с нами всеми произошло, почему мы рассыпались на осколки и потеряли воспоминания… но чую, что это как-то связанно с ним!
Эгилия покачала головой:
— Не думаю, что он специально всё это подстроил. Скорее, он сам жертва обстоятельств. Как и мы все.
— Жертва? — Аймос резко развернулся, — Это мы тут разгребаем последствия, пытаемся восстановить баланс, сражаемся с этими… — он махнул рукой в сторону удаляющихся воплей крокодило-павлинов, — а он тем временем создает артефакты, использующие силу Бездны! Выстраивает свою армию, плодит потомство, копит влияние…