Запах чужой земли (СИ)

Пока они готовили омлет, я успел натянуть сетку и при этом снова взмокнув, ещё раз окатил себя водой. И что за день такой сегодня.
На самом деле Африка не такой уж и жаркий континент. Понятное дело, в безветренную погоду под солнцем ты изнываешь и обливаешься потом, но стоит нырнуть под сень деревьев как сразу ощущаешь дуновение прохладного ветерка и становится, если и не совсем комфортно, то не хуже, чем в Анапе под пляжным грибом. Но бывают и очень жаркие дни.
В отличии от гусиных яиц, смесь не поднялась и в сковороде получилось нечто вроде блина и честно говоря, имело это кулинарное творчество совершенно непритязательный вид. Условно годное к употреблению. Девчонки обжарили со всех сторон, после чего Элен наклонившись втянула в себя приятный запах. Я так думаю, иначе вряд ли в следующее мгновение белокурая красавица взяла нож и отрезав кусочек от омлета закинула его в рот. Сделала несколько жевательных движений и отскочив в сторону взвыла, одновременно отплёвываясь.
Мы с Дженни замерли, глядя как Элен схватив бутылку с водой полощет рот и горло и только когда закончилась какофония, которую издавала блондинка, африканка спросила:
— Что это было?
— Что это было⁈ — голос Элен явно перекрывал иерихонские трубы, — дерьмо!
— В смысле дерьмо? Вкус что напоминает?
— Что напоминает? — Элен продолжила орать и успокаиваться явно не желала, — молоко, надоенное у немытой коровы в котором вымачивали протухшую рыбу. Вот что это напоминает.
Не повезло, явно термоядерная смесь. Я разочарованно посмотрел на оставшиеся восемь яиц, лежащих на траве. Наверное, зря отобрал их у мамочки, но относить обратно желание отсутствовало.
— Что-то у меня аппетит пропал, — внезапно заявила Дженни, — попью лучше чай с галетами.
— А что так? Ты же говорила очень вкусно. Попробуй омлет, а то ты уже сутки не блевала.
— Тихо, тихо, тихо, — я счёл за лучшее вмешаться, — никто такого не ожидал. Я тоже вроде слышал, что крокодильи яйца можно есть, вот только не помню, это действительно деликатес или их едят только в случае выживания. Если заблудился в джунглях, к примеру.
— Да уж лучше сдохнуть, — возразила Элен заметно понижая голос, — сковороду моешь ты, — она ткнула указательным пальцем в Дженни после чего порылась в пакете и достав пару кусочков сахара отправила их в рот.
Я лишь пожал плечами увидев, как Дженни показала спине Элен язычок. Да уж точно мытьём посуды заниматься буду не я, и без того дел хватает.
Нужно было почистить оружие и поглядеть на дедушкин карабин. Я ещё там, на поляне обратил внимание на то, что стебель затвора на нём не пехотный, как на тех, что нашлись в автомобиле, а снайперский, но никаких приспособ в рюкзаке у дедули не нашёл.
Сделал импровизированную мишень из одной доски и установив её в 100 метрах опробовал мосинку. По рассказам друзей знал, что карабин лягается и был приятно удивлён вполне приемлемой отдачей. Да и вид у него был, будто только что из музея умыкнули. Как оказалось, хозяин неплохо ухаживал за своим оружием. С открытого прицела пуля легла точно в цель. Выстрелил из СВД и разглядывая мишень вдруг вспомнил пулю, которая вошла в дерево рядом со мной. Я ведь не бежал в сторону дерева, я бежал мимо и промахнуться дед мог только в одном случае. Если он стрелял мимо! Значит меня никто не собирался убивать, им нужно было, чтобы я ушёл живым. И только Жорж, увидев меня и осознав, что их чёрный проводник и русский, который должен был доставить Дженни в столицу одно и тоже лицо, решил меня пристрелить. А это могло означать только одно. Эти две милые барышни, которые якобы познакомились только после нашего переноса — одна команда. И от меня наверняка попытались бы избавиться, да вот беда, мы неизвестно где, да ещё Дженни блюёт во все стороны.
Но не факт.
Ну а мне что? Учить их пользоваться оружием или погодить пока ситуация более-менее не прояснится?
В ящиках с мосинками оказался ещё один сюрприз. ПУ. Прицел, укороченный 3.5×22, который был создан ещё в 1940 году. В комплекте присутствовали заглушки, кронштейн Кочетова и небольшая картонная коробка с аксессуарами. Маслёнка, разделённая на два отделения и с двумя горловинами. Я с такими не сталкивался ни разу и потому с интересом осмотрел. Сбоку обнаружил выдавленные буквы «Щ» и «Н», но так и не смог их идентифицировать, тем более что в обоих отделениях было обычное оружейное масло. Небольшая брезентовая сумочка с набором для чистки оружия, верёвочная протирка, ремень оранжевого цвета сорок какого-то года, но выглядел как новый и подсумок на два отделения с шестью полными обоймами. Тоже новшеством для меня оказалось. Магазин у мосинки несъёмный и я точно помнил, что заряжается вручную. Но нет нашлись добрые дяди и придумали обойму. Проблема была в другом. Всё что я перечислил было в одном экземпляре. А к прицелу даже чехла не было. Вероятнее всего упаковщик ящика умыкнул. Я, наверняка, тоже так сделал, реликвия, но вот подсумки, протирку и маслёнку нужно было оставить. Это ведь для братского африканского народа. Что подумают о нас негры?
  
На следующий день, едва рассвело наш обоз двинулся в обратном направлении. Брешь в джунглях обнаружилась уже через два километра. Была вполне себе широкой, местами шесть-восемь метров и вела, на запад, без впадин и непреодолимых подъёмов, что нас вполне устраивало. Но хоть дорога и не имела никаких рытвин и ухабов, разогнаться по ней не удавалось. Петляла она так, словно её прокладывал заяц, стремительно уходивший от погони. И если без прицепа я, наверное, попытался разогнать бус хотя бы до 30 км, то имея оный за кормой не смог воткнуть ни разу третью передачу.
— Странно, — проговорила Элен, когда мы преодолели очередной поворот, — ты видишь, как упавшие листья прибило к обочине? Как будто кто-то прошёлся метлой очищая дорогу. А трава какая густая по всей просеке, в лесу такой нет.
— Скорее всего ветром, — тут же отреагировала Дженни, — кругом лес, вот он и гуляет между деревьями.
Я ничего не ответил, уже давно обратив внимание на это явление. А в словах африканки явно был резон. Ну действительно, трудно было представить аборигена с метлой в руках, бегающего по джунглям. Это и в 21 веке никто не делал. Кажется, кто-то рассказывал или читал где-то, что в этих местах отсутствует слой почвы и деревья не в состоянии зацепиться корнями, только травка да кустарник. И поляны в джунглях попадались по той же причине, хотя точно утверждать не буду.
Мы проехали всего пару километров, когда дорогу пересёк узкий ручеёк шириной не более полуметра, который легко преодолев, я остановил автомобиль и заглушил двигатель.
— Что? — спросила Элен, но я лишь кивнул назад и взяв кружку вернулся к ручью.
Вода оказалась почти ледяной, аж зубы заломило и приятной на вкус, так что заставил девчонок вылить речную воду, которой мы затарились на берегу и пополнить запасы из ручья. Сам же, сполоснув лицо от пота бездельничал, делая вид что вглядываюсь в джунгли и периодически грозно водил дулом автомата из стороны в сторону.
Девчонки не торопились. Около ручья веяло прохладой, в отличии от салона автомобиля, тем более что я их особо и не подгонял. Отдали на это почти два часа и когда последняя тара была заполнена, со вздохом сообщили что можно ехать дальше.
  
Глава 17
 
К сожалению, уже через четыре километра, если верить спидометру, просека сузилась до двух с половиной метров сделав левый поворот по большой окружности и развернулась на юго-восток. Ветки стали шкрябать автомобиль и даже если б и захотел вернуться, ни о каком развороте не могло быть речи. К тому же дорога, если её можно было так назвать, продолжала петлять из стороны в сторону, подниматься на холмы и спускаться в низины. И только к полудню точно определилась с направлением повернув на юг по прямой широкой полосе, при чём словно недавно вытоптанной и напоминающей туристическую тропу здоровья, пока не упёрлась в ручей шириной в три метра. Прозрачный, глубиной сантиметров 25–30, местами до полуметра. Дно желтело, напоминая морское с мелким песочком, а весь бережок был усыпан камнями, покрытыми зелёным мхом.