Запах чужой земли (СИ)

Радуга! Я начал озираться, вспомнив странное свечение над поляной, но увы никаких признаков оного нигде не обнаружил. Вполне возможно, что я, Дженни и эти четверо, уже представляющие из себя груз двести, только и успели проскочить ворота, после чего они захлопнулись, заставив преследователей нервно озираться. И теперь, неплохо бы выяснить, в каком месте мы оказались, если уж так вовремя перенесло. Хотя не факт, что очень далеко, и вполне возможно, повстанцы начав расширять круг поисков, на нас всё равно натолкнуться. А значит, нужно скрыть трупы и лишние вещи, а потом попробовать выбраться к своим. Хотя, может быть, я и утрирую. Возможно, это и есть сама страна, которую ищут с безумным упорством и вход в которую, кто-то из боевиков, сам того не желая, захлопнул. Ведь слышал я пару коротких очередей из автомата до того, как внезапно наступила тишина. А куда они лупили из своих стволов поди разбери.
Я вновь прошёл к краю саванны и оглянулся. Увы, радуга не появилась, а с другой стороны, нужна ли она в данный момент, когда меня разыскивают три десятка вооружённых аборигенов. Лучше пока разобрать вещи, чтобы знать, чем я владею. В конце концов, возможно придётся задержаться в этом месте на неопределённое время и не факт, что встретят меня с распростёртыми объятиями, а может быть и снова натолкнусь на недружелюбных вояк.
Теперь допёрло, почему негры с таким удивлением взирали на джунгли. Я здесь никогда не был и потому ничего удивительного для меня не случилось. Джунгли и джунгли, так они везде тут. Ан нет, везде, да не везде. Плохие парни знали эти места как свои пять пальцев, и, скорее всего, по грунтовке, по которой мы убегали, не один раз ездили. Внезапное изменение ландшафта стало для них как гром среди ясного неба. Дорога исчезла, дичь пропала, а перед ними разверзлась непроходимая чаща, которой тут никогда не было. Вот и пялились ошарашенно, на этот сказочно воздвигнутый лес. Ирония судьбы.
Я снова прополз в проход, где лежали разбросанные медикаменты. Может и пригодятся. Собрал всё в рюкзак и выбрался наружу. На всякий случай прошёлся до конца поляны и вновь убедившись в присутствии саванны заглянул в кабину. Дженни, свернувшись калачиком на пассажирских сиденьях тихо посапывала. Ёжкин свет. Нас тут едва не пристрелили, я метаюсь между трупов, а она спит.
Сложив все трофеи на полу кабины, я уселся на сиденье и включив заднюю передачу отвёл автомобиль почти к кустам, едва не переехав через дедушку, вовремя увидел его тело в траве и отвернул руль в сторону. До места, где была радуга не меньше десятка шагов. Вот и чудненько. Если снова вспыхнет нужно будет газануть. Вояки, что остановили нас, вряд ли ещё там. Вероятнее всего, потеряв людей вместе с машиной и не определив в какую дыру всё провалилось, двинули в джунгли и уж точно не по асфальту.
Выключив двигатель, я хотел было выбраться наружу, как услышал звук, от которого мурашки по спине побежали. К тому же, доносился он сзади, из салона кузова, который я по своей тупости или как это ещё назвать, до сих пор не удосужился проверить.
Завёл автомобиль, чтобы скрыть свои действия. Аккуратно, стараясь не шуметь, вынул из рюкзака Макаров. Дослал патрон в патронник, поставил на предохранитель и убрал за пояс, прикрыв курткой горки. Поднял с пола калаш, которым уже отстреливался. И вновь услышав странный звук, я теперь точно определил, что это. Вздох. Вздох человека, которому это делать очень неудобно. Я тихо, почти на полусогнутых, обошёл автомобиль глядя в лобовое стекло и потому забыв про лебёдку, установленную в бампер, неприятно ударился коленом. Зашипев от боли, я буквально рывком подскочил к двери и со всего маха ударил ногой по ручке. Дверь, лязгая отскочила в сторону, а я, сначала пригнувшись, ожидая нападения, теперь хмыкнул от удивления и негромко произнёс на английском:
— Ребята, а вам вообще удобно так лежать? — и потёр ушибленное колено.
В ответ послышалось неясное бормотание. Я, наверное, действовал на автопилоте, у меня так всегда после боя. Сделал шаг назад, чтобы оказаться рядом с работающим двигателем. Отсоединил магазин, выщелкнул патрон из ствола, поймал на лету и убрал в карман. Присоединил магазин обратно, поставил автомат на предохранитель, прислонил к колесу и только после, вроде бы ненужных манипуляций, достал штык-нож и обрезал клипсу, стягивающую ноги Элен. Вот и пригодился, не только картошку им можно чистить. Подтянул девушку за пояс и обрезал пластиковый хомут на запястьях, после чего поставил её на ноги.
  
— И чего молчим?
Элен глянула на трупы, разбросанные по земле и слегка заикаясь проговорила:
— Нам сказали сидеть как мыши, а то убьют. А это ты их?
— Нет, Карлсон прилетел, — я срезал пластик на ногах Жоржа и встав на подножку, наклонившись вперёд, одним быстрым взмахом освободил ему руки.
Жорж сполз с сиденья и встав ногами на землю стал растирать запястья.
Я же машинально окинул его одежду. И он где-то раздобыл форму пятой республики? Да ещё какую. На эту горку, в которой щеголял американец, фабрика давала пожизненную гарантию.
И перевёл взгляд на внутреннее убранство фольксвагена.
Кабину водителя и салон отсоединяло ОСБ, при чём в два слоя, так как никаких металлических конструкций разглядеть не удалось, а они точно присутствовали. На чём-то ведь удерживались две полки, по типу купе поезда. Нижняя и верхняя. Нижняя стояла на ножках из профильной трубы и к ней вопросов не было, но вот верхняя, должна была иметь хорошее крепление, чтобы выдержать вес Жоржа. В поезде, если мне не изменяла память, ширина полок была 60 сантиметров, а длина некоторых ограничивалась перегородками и не превышала 170. Пришлось не один раз путешествовать полусидя, так как мой рост не позволял лежать, вытянувшись во всю длину. А уж если в горизонтальном положении, то с подогнутыми коленями, как это делал только что американский журналист.
На нижней полке вместо подушек лежали две объёмные сумки, с которыми путешествовала Элен, а на верхней, пухлый рюкзак чёрного цвета, принадлежавший Жоржу. Другого места для вещей не было, потому как вплотную к полкам стояли коробки до самого потолка. Кольнула какая-то несуразность. Не так пакуют узников, но отогнал закравшееся беспокойство в сторону.
Что находилось за коробками было не ясно. Единственное, какой вывод сделал, автомобиль загрузили как в последний путь и потому можно не удивляться, что мотор работал с надрывом. Я, забравшись на подножку и перегнувшись через Дженни повернул ключ, выключив двигатель, положил нож на панель и соскочив на землю, спросил:
— Как вы тут оказались мистер? Ведь вы ещё вчера уехали в Банги.
— Мы ночевали в Баба, у друзей, — как-то неуверенно проговорил американец, выразительно глянув на Элен. Перехватил мой взгляд и улыбнулся, — у её друзей. Подруг.
Я вспомнил эту деревеньку, в нескольких километрах от Боали. Десятка два жалких лачуг, где там вообще можно было остановится. Я глянул на Жоржа, сразу догадавшись что он врёт, ну да мне какое дело. Но американец, вероятно, что-то такое прочитал на моём лице и не успел я кивнуть, мол, не парься, лёгким взмахом руки оттолкнул меня от автомобиля и подхватил автомат, прислоненный к колесу. Неправильно толкнул, так, чтобы я упал на правую сторону. Не знал бедолага про мою проблему и что пистолет я заткнул за пояс под левую руку.
Элен вскрикнула, отпрыгнув в сторону, а я, сделав кувырок через голову выдернул Макаров. У меня точно не было шансов. Его палец уже давил на спусковой крючок и, если бы не мой педантизм и аккуратность по отношению к оружию, когда рядом незнакомые люди, беседовать мне с архангелом. Не точно, что совсем их не знал. Мы прошли по джунглям больше сотни километров. Ели из одного котелка, но сказать, что сблизились, и я стал им доверять, нет конечно. Опыт давно научил меня обратному. Поэтому выщелкнул патрон из ствола совершенно машинально и в этот раз именно это спасло мне жизнь. Жорж, если бы об этом догадался, успел бы передёрнуть затвор. Вот только ему и в голову такое не пришло. Слышал, как я садил из автомата по врагам и трупы их вот они, под ногами валяются. Верное доказательство, что патрон в стволе. Он просто навёл на меня дуло и нажал спусковой крючок. И, если я до последнего момента не верил в то, что Жорж хочет меня убить, теперь сомнения отпали. К тому же, американец не растерялся ни на секунду. Он не стал перекладывать автомат в левую руку, чтобы легко передёрнуть затвор. Он это сделал гораздо проще и быстрее из неудобного положения и опоздал всего на какую-то долю секунды. Макаров уже успел выплюнуть свинцовую пилюлю, а, чтобы промахнуться с трёх метров, нужно очень сильно постараться.