Без обмана F (СИ)
Следующим этапом стало новое задание — выдумывать истории самому, замешивая в них правду и вымысел. Изначально обмануть старую было практически невозможно, но она не скрывала секретов того, как нужно говорить даже заведомую ерунду так, чтобы поверили. Учила игре голосом, телом и смыслом. Показывать нужные эмоции и подстраиваться под собеседника. Запоминать все сказанное обоими и переплетать обман с истиной.
— Люди глупы и могут поверить лжи оттого, что хотят верить, будто это правда, или потому, что боятся знать, как на самом деле, — говорила странница, постукивая посохом на очередной виляющей средь холмов дороге. — Самое красивое в том, чтобы лгать, обходясь без обмана. Рассказывай правду и пусть простофили обманывают сами себя, малыш. Не всегда так выходит. Но стремись к этому идеалу.
Конечно, навыки без практики ничто. В каждом посещенном селении, маленькой деревушке или большом городе, наставница отправляла ученика что-то украсть, подслушать, кого-нибудь обмануть. Ругала и реже хвалила за выбор целей. Лупила посохом, если был замечен. Один раз выкупила у городских стражников, и пообещала, что этот долг он ей еще отработает.
Мастерство травника. У Макото голова трещала от названий и запахов многочисленных лекарственных и наоборот трав. Многие шаманка заставила запомнить еще и на вкус, особенно ядовитые. Некоторые указала принимать постоянно, чтобы организм к ним привык и выработал сопротивляемость. Мальчишка впитывал всё, подобно губке. Сложностей не возникало с освоением хотя бы чего-то. Боги как будто бы специально его создали именно для ученичества у Амацу-сенсей, наделив всеми необходимыми склонностями.
Грамота? Он выучил и ее. А еще диалекты и говоры всех провинций, научившись виртуозно подражать каждому. Старуха охотно делилась всем, что сама знает. Научился каллиграфии и писать кандзи. Со временем начал рисовать для наставницы «магические печати», что так охотно покупали у шаманки доверчивые крестьяне и даже некоторые аристократы.
Медицина. Старая Маэ очень хорошо разбиралась в том, как устроено человеческое тело, рассказывала о болезнях и травмах, о способах лечения. Но тут юноша чувствовал отсутствие интереса. Умеет, практикует, лечит, но без большой охоты. Это скучно. Путь для трусов, не желающих узнать, что там за следующим поворотом.
Иногда Амацу-сенсей получала письма. Их передавали, казалось бы, совершенно случайные люди. И никогда «колдунья» не позволяла в них заглянуть. Умеет она ворожить или нет, Макото, к слову, так пока и не решил. Он ведь уже и сам умел сказать по-особенному, чтобы его послушались. Никакой магии, всего-то правильно подобранный голос.
— Вот они что удумали! Бесчестные негодяи! — воскликнула сенсей, прочитав очередное послание. Объяснять, как и всегда, ничего не стала. — Правила им подавай! Законность! Высшее благо для всех! Меняется наш путь, малыш, мы с тобой идем в место, где надолго поселимся.
— В большой город? — с надеждой спросил мальчишка. Ему нравились такие. — В Киото? Нет, в Эдо! Давай в Эдо, сенсей. Он самый огромный во всей стране. Там будет очень интересно.
Эдо — так назывался нынешний Токио два века назад.
— Не совсем, но поблизости, хорошее место, мне обещали его подарить. Будем жить в горах Минами и никуда не спешить. Внучка моя еще с нами поселится.
— Красивая? — встрепенулся Макото. Он уже вошел в тот возраст, когда девчонки начинали привлекать и отвечать взаимностью.
— Вся в меня, как говорят. Ты чего, поганец, кривишься⁈ — ученику прилетело посохом по спине. Только колокольчики звякнули. — Старая Маэ была первой красавицей страны когда-то. Давно это было. Я тебе уже рассказывала, как ко мне сватался император, — врёт! Не было сватовства. А вот насчет красоты, кажется, чистую правду сказала.
Глава 20
Люблю субботы. Самые спокойные и умиротворяющие дни на неделе. Призрак сигнала будильника не торопит подняться с постели. Завтрак становится степенным приемом пищи, а не спешным поглощением калорий.
Но не сегодня. На именно этот день у нас вполне определенные планы, связанные с поездкой в Токио.
— Пройдемся заодно по магазинам? Тебе надо новую куртку купить, та, что носишь, какая-то слишком тонкая, — спросила Мияби во время еды. — А то я не до конца понимаю, зачем мы вообще в столицу едем. Не для того же, чтобы отдать мошеннику сто пятьдесят тысяч. И не для того, чтобы Ёрико над ним подшутила, так?
— Так-то да. Как она собиралась пошутить? И она что, с нами едет?
— Ну да, с нами. Я что, вчера не поделилась? Её так развеселило ваше видео, что она придумала сказать обманщику, будто бы она самая настоящая кицунэ и предложить ее изгнать, — девушка хихикнула.
Я тоже не сдержал смешка, но уже по причине, что понимаю — Акирахиме-тян и есть хитрая демоническая лиса.
— Это потому, что у нее волосы рыжие? — вопрос показался мне логичным.
— Между прочим, натуральный цвет, ее предки были из айнов, так она рассказывала, — кивнула Мияби. — Обманщик точно начнет ее обвинять в том, что она одержима. Выглядит глупой авантюрой, но мне почему-то очень интересно, что получится. Историю с женихом Ануши я уже пропустила, обидно вышло.
— О-хо-хо! Одноклассниц позову и затусим! — преувеличенно бодро соврала Тика. Ее публичный образ достойной дочери самурайского рода несовместим с громкими вечеринками.
— Хину? — предположил я.
— Ага, и еще пару девчонок из бейсбольной команды. Обещаю, дом не подожжем. Будем скромно убивать демонов. Они будут громко орать и умолять о пощаде, но никто не услышит, соседи далеко.
Специально так сформулировала, чтобы я чуточку переживал по поводу пожара. Завидует немножко тому, что все едут в Токио, а она остается. Но якудза боится, несмотря на то, что вероятность встречи с ними, а тем более узнавания — минимальная.
— Ринне мне консоль дала поиграться, которую ей изменщик-сан подарил, — пояснила сестренка. — Все равно ей тошно на эту штуку смотреть. Зря. Приставка-то ни в чем не виновата.
Доели. Я созвонился с мастером Ёсидой, убедился в том, что он нас ждет. Мияби обговорила с рыжей подружкой, что мы ее подберем. Так и получилось.
Ёрико юркнула на заднее сиденье рядышком с Ринне-тян. По пути ожидал новых песен. Дуэт Цуцуи и Акирахиме имел бы все шансы войти в японские чарты, но музыку заменили на сказку.
— Сестренка, ты дико смешную хохму придумала! — сказала рыжеволосой школьница. — Жду не дождусь увидеть лицо этого проходимца, когда ты сама его обманешь.
— У меня есть история на эту тему. Очень старинная. Мама узнала ее от бабушки. Рассказать? — не видел в зеркало лица лисички, но по голосу распознал ее улыбку.
Возражать никто не стал.
В древние времена, когда боги ещё часто спускались на землю, а духи свободно бродили среди людей, жила в провинции Идзумо одна кицунэ по имени Хитоми. Она была хитрой лисицей-оборотнем с двумя хвостами, известной своим коварством даже среди себе подобных. Больше всего на свете Хитоми желала заполучить древний магический свиток, хранившийся в деревенском храме — предмет, способный даровать ей третий хвост и ещё большую силу.
Но свиток охранял могущественный онмёдзи — мастер духовных искусств, умеющий видеть истинную сущность ёкаев. Поэтому Хитоми придумала хитроумный план. Каждый вечер она наблюдала за деревней, особенно внимательно следя за тем, как ведут себя люди в периоды праздников, когда они надевают маски демонов. Она заметила, что даже онмёдзи становится менее бдительным во время фестивалей, когда вокруг так много людей в масках ёкаев.
В ночь главного праздника Хитоми обернулась в прекрасную девушку и пришла в деревню. Она специально надела маску кицунэ, рассудив, что никто не заподозрит настоящую лисицу в том, что она так откровенно демонстрирует свою «фальшивую» сущность. «Какая ирония,» — думала она, — «я кицунэ, притворяющаяся человеком, который притворяется кицунэ. Даже если кто-то заметит во мне что-то лисье, он решит, что я попросту очень хорошо вжилась в роль.»