Последний конвой. Часть 2 (СИ)
— Сравнить между собой пункты пять и шесть… — быстро вставил Стивен, — если кто-то выводит машины из строя целенаправленно, он делает это строго в соответствии с планом.
— Пока хватит, — задумчиво процедил политрук, — срок исполнения сутки.
Стивен ошарашено поднял взгляд на Чекиста.
— Сможешь выполнить быстрее, значит доложишь о выполнении раньше. Работай, комиссар!
Стив сглотнул внезапно ставшую горькой слюну.
— Я не успею.
— Постарайся, — отрезал политрук, — сиди и думай. Если память хорошая, большую часть работы можно сделать в уме.
Глава 18
Лидия
25 февраля 32 года (вечер)
* * *Какая же все-таки сволочь — этот долбанный Чекист! Все-таки обманул и ни черта толком не объяснил людям. Мало того, он даже не появился на построении. Быков самолично вручал памятные подарки «потеряшкам» и зачитал приказ о награждении Стивена внеочередным званием. Это того самого парнишку, что крокодил за ногу тяпнул. Потом было несколько минут разглагольствований в обычной манере Эмиссара, какие мы герои, и что от нас зависит спасение человечества.
И лишь в самом конце зачитал по бумажке инструкцию к сегодняшнему переходу: в случае поломки нельзя самостоятельно покидать кабину транспортного средства, следует немедленно сообщить об аварии по рации и ждать помощи от специально подготовленной группы.
Ух! Как я разозлилась!
И что это меняет? А как же те ребята — механики? Они ведь все равно в воду полезут.
Пошла выяснять отношения, готова была политрука порвать на части, но меня перехватил Эмиссар.
— Лидия Андреевна, можно вас на минутку? Поговорить нужно.
Так… начинается…
— Слушаю вас, Родион Сергеевич.
— Как себя ваш подопечный чувствует?
Как-как? Хреново!
Но вслух, конечно, говорю дежурные фразы:
— Восстанавливается понемногу, но ранения очень серьезные и отравление биологическими токсинами тоже здоровья не прибавляет, однако будем надеяться на лучшее. Динамика положительная, организм молодой. Выкарабкается!
Так уверенно заявила, что даже сама на минуточку поверила.
Моргнул пару раз, уточнил:
— Больной транспортабелен?
Я на секунду замялась с ответом. А собственно говоря, к чему наш великий эмиссар клонит? Если отвечу, что Василий нетранспортабельный, он экспедицию остановит? Будем сидеть на попе ровно посреди пустыни и ждать пока больной выздоровеет? Нет, конечно! Может добьют, чтобы не мучался? С них, идиотов, станется и такое решение проблемы…
Пока размышляла, услышала собственный голос:
— Думаю — да. Но выполнять свои обязанности пока не сможет.
— Дело не в этом, — поморщился Быков, — больной транспортабелен только в горизонтальном положении? Сидя ехать сможет?
Это что-то новенькое. Вопрос то пахнет не фиалками… Если отбросить все приличия, я бы сказала, вопрос попахивает биологическими отходами жизнедеятельности человеческого организма. В смысле — самыми настоящими фекалиями…
Мозг у меня просто взорвался и заработал, как механическая счетная машина позапрошлого века,«Феликс» называется. Короче, щелкал — щелкал несколько секунд, а в конце звякнул колокольчиком и выдал весьма однозначный вердикт.
— Вы хотите нас с Василием пересадить в свой броневик?
У меня даже мысли не возникло отправить подопечного куда-то одного. Я теперь своего Василька и на пять минут из поля зрения не выпущу.
— Не совсем… — пришла очередь Быкова мямлить и выкручиваться, — «Тигр» набит под завязку. Ну вы знаете…
— Да уж, — я была немногословна.
— Тем более «Тайфун»…
Тогда куда он нас переселять собрался? В грузовик, что ли?
— Поедете в кабине МАЗа, — наконец решил Быков, — у «скорой» слишком низкая посадка, и она не герметична. Я не могу рисковать жизнью единственного врача экспедиции.
И тут меня накрыло с головой.
— А как же Арсений??? — завопила я так, что вороны попадали бы с веток, если бы не вымерзли в свое время.
Быков поиграл желваками, но ответил вполне спокойно и даже слегка равнодушно:
— Арсений поведет машину согласно штатному расписанию. Все необходимые меры предосторожности будут приняты в соответствии с инструкциями.
Сказал, как отрезал. Возражай — не возражай, спорь — не спорь — все бесполезно. Хоть кричи и беснуйся, ничего не изменишь. Решение принято, извольте выполнять. Не человек, а глыба. Кремень! Бездушный кусок скалы.
Я почувствовала, как слезы выступают на глазах. Несколько раз сжала и разжала кулаки, сделала глубокий вдох.
— МАЗ — это который из них? — уточнила я, когда гнев немного прошел.
— Это который самый большой, не ошибетесь, — тон собеседника отдавал невыносимым арктическим холодом. Даже мурашки по телу побежали, несмотря на адскую жару.
— Понятно, — сказала и отвернулась.
Еще не хватало, чтобы заметил, как у меня глаза на мокром месте.
Выводы напрашивались сами собой, — Быков такая же сволочь, как и Чекист.
Чертовы солдафоны! Угробят людей…
Что мне делать? Как докричаться до этих идиотов? Как объяснить, что форсирование озера смертельно опасно?
* * *Познакомилась заново…
Водителя зовут Петр Иванович, помощника — Мишка. Третьим с ними ехал Стивен, но куда-то запропастился. После назначения помощником Чекиста это вовсе не удивительно…
Василий все еще в состоянии ступора, но если чего-то упорно добиваться, слушается понемногу и по возможности старается выполнить, но дается ему это с очень большим трудом.
МАЗ оказался высоким, Василька туда пришлось затаскивать, точно бревно, силенок у младшего научного сотрудника не было совсем. Двое снизу, двое сверху, раз-два-взяли, подняли, запихнули, на «спалку» уложили.
Я плюхнулась рядом, прихватила с собой свой неразлучный чемоданчик. Поерзала немного на широченном и жестком сидении, выглянула в окошко с напрочь вырванными жалюзи — последствия сражения с «драконами». С любопытством оглядела конструкцию пулеметной турели, которая занимала чуть ли не половину кабины. Не удержалась, поднялась по скобам и выглянула в люк.
К оружию, как и любая другая женщина, я совершенно равнодушна. Но вид этого вращающегося железного колокола с прорезями для обзора и громадным пулеметом в центре, меня впечатлил. Жутковато выглядит, даже изнутри. А каково, если эта дура в тебя стрелять начнет? По мне, так дикари должны в ужасе разбегаться прочь, завидев это железное чудовище.
И вот только тут до меня наконец-то дошло, что сегодня я поеду во главе колонны, а не в самом хвосте, как обычно. Видимо, этот большой пулемет сработал как триггер, сиреной завопил в мозгу сигнал тревоги.
Сбылась мечта идиотки!
Если раньше все происшествия миновали меня стороной, что-то интересное и важное происходило где-то там, в начале колонны, но меня как бы и не касалось, теперь же я окажусь в самом что ни на есть эпицентре событий. В авангарде действия и опасности.
Только не думать о червяках…
А если вдруг, не дай бог, что-то случится? Выбраться из МАЗа и со всех ног броситься на помощь к пострадавшему — не получится. Тут еще попробуй выберись. Задние двери, оказывается, ненастоящие. Снаружи смотришь — вроде есть двери, а изнутри, оказывается, их нету. Сплошной обман и разводилово.
Да и Быков мне лично строго-настрого запретил покидать кабину, пока не пересечем водную преграду. Подкрался сзади, когда мы Василька в кабину затаскивали, да как гаркнет над самым ухом. Мужлан невоспитанный! Так и будет всю жизнь по белу свету одиноким мыкаться, если не научится с женщинами нормально обращаться. Вот нисколечко не удивлена, что у него ни жены, ни детей. С таким-то характером…
А обзор из кабины просто великолепный! Словно стоишь на сторожевой вышке. Половину колонны видно. Красотища!
Пока я осваивалась, дали команду отправления. МАЗ заревел, загрохотал, затрясся как припадочный, выпустил целый клуб дыма и рванул с места в карьер. Здорово! Такая мощь, аж дух захватывает. Куда там броневику Эмиссара, вот где настоящий вездеход! Колеса с меня ростом, а сзади прицеп, как целый дом. Внутри, наверное, среди ящиков с грузом и заблудиться можно.