Теневой Перевал (СИ)

Когда староста с моей помощью выбрался из воды, я произнес:
— Завтра тяжелый день. Мне бы хотелось добраться до форта, что возвели Багряные как можно скорее.
— Я… — начал было старик.
— Твое присутствие не обязательно, — опередил я его. — Достаточно отправить со мной смышленого проводника, который и дорогу покажет и живущих там людей успокоит.
После ухода Багряных их форт начали обживать так называемые вольные добытчики. Те же местные крестьяне и охотники, только пожелавшие сменить прежнюю спокойную сферу деятельности на более рискованную. Сбиваясь в ватаги, они прочесывали фронтир в поисках теневых ресурсов.
Помимо того, что смертность среди этих ребят была очень высокой, так еще и промысел они себе выбрали нелегальный. Поэтому появление нашего отряда возле форта будет воспринято вольниками как угроза. Им терять нечего, скорее всего, сбегут или могут, если припрет, оказать сопротивление.
Против нас у них шансов нет. Только вот их смерти мне не нужны. Наоборот, у меня к ним будет деловое предложение. В общем, все это я и объяснил Якобу.
— Ну так что? — спросил я. — Есть у тебя такой человек?
— Есть, ваше сиятельство, как же не быть, — кивнул старик. — Томаш с вами мог бы пойти. Он в мое отсутствие всегда за деревней приглядывает… Только вот мнится мне, что не справится он с этой задачей. Так и так мне идти придется. Я большинство из тех вольников еще голозадыми мальчуганами помню. Меня должны послушать.
— Вот и договорились, — произнес я, и мы двинулись в сторону деревни.
Откровенно говоря, только на Якоба и был расчет. Просто хотел посмотреть и послушать, как он себя в этой ситуации поведет и что говорить будет.
Уходя, краем глаза я заметил крупную тень, мелькнувшую под водой шагах в десяти от того места, где мы стояли. Не ошибся я. Старый водник. Видать, давно в этом крае живет. Наверняка неисчерпаемый кладезь полезной информации.
Ничего, поговорим еще. Истинного тоже найдем. Никуда они не денутся.
* * *
Путь от деревни, где мы пробыли сутки, до предгорья, где находился форт, занял четверо суток. С каждым днем приближения к фронтиру напряжение в моем отряде нарастало. Одаренные ощущали близость Барьера. Этой смертоносной иномирной аномалии, накрывшей собой огромную часть материка.
Особенно возбудилась льюнари. Селину словно подменили. Всегда спокойная и рассудительная, теперь она постоянно была как на иголках. Вечно непоседливая Игния не узнавала «сестру».
Толком объяснить, что именно с ней происходит, льюнари тоже не могла. Постоянно твердила о том, что со стороны Тени ощущается сильное магическое давление, словно вот-вот что-то должно было произойти.
Золотой паразит тоже заворочался, но как-то лениво и без особого желания. Он был сыт. Вчера я снова скормил ему несколько черных сгустков.
Наконец, в полдень четвертого дня мы, обогнув очередной густо поросший деревьями холм, спустились в предгорье.
— Боги… — негромко произнес пересохшим горлом Лео.
Взгляд моего оруженосца, который впервые находился на фронтире, был устремлен в сторону виднеющегося вдали высоченного горного хребта, частично поглощенного в некоторых местах исполинских размеров черной тучей, тянувшейся по всему горизонту и закрывающей небо над горами. Словно угольно-черная завеса, отсекавшая этот мир от иного.
На короткое мгновение я ощутил себя мелким муравьем, который ползет туда, где заканчивается весь мир и начинается вечное ничто… А может, это были эмоции льюнари, которая находилась внутри фургона в нескольких шагах от меня.
Именно от нее спустя несколько мгновений пришло предупреждение об опасности.
Я легонько придавил пятками бока Шторма, давая ему сигнал ускориться, и направил его в сторону фургона с первородными. Надо было узнать у Селины, о ком это она сейчас предупреждала. Добраться до фургона я не успел.
Толчок… Земля вздрогнула. Пока несильно, но Шторм и остальные лошади в отряде это хорошо ощутили. Послышалось испуганное ржание и злые выкрики людей.
 
Шторм слегка попятился, но быстро успокоился. Давая мне понять, что не в его характере пугаться каких-то мелких подземных толчков.
— Что это было? — взволнованно спросил кто-то сзади.
Ответить ему никто не успел. Второй толчок нагнал нас спустя каких-то два десятка шагов. В этот раз мы уже были готовы, но тряхнуло сильнее.
Затем толчки участились. Земля задрожала. Послышался гул, который перекрывал испуганное ржание лошадей.
Я взглянул на каменистый холм слева, на вершине которого качались длинные деревья, словно корабельные мачты во время качки, и громко скомандовал:
— Все вправо! Подальше от холма!
Сзади нашей колоны слышались похожие приказы. Видимо, не одному мне пришла в голову такая же мысль.
Всадники и фургоны съехали с дороги и начали быстро удаляться от холма. Как раз вовремя. Тело холма пересекла рваная трещина, и из ее зева вниз, прямо на дорогу посыпались первые булыжники. Промедли мы немного, и эта каменная лавина уничтожила бы половину отряда.
Отъехав подальше от холма, мы остановились. Несколько фургонов продолжали нестись дальше. Не все лошади справились с испугом. Сейчас их нагоняли скакавшие с двух сторон всадники.
Вот они смогли остановить первую повозку, затем вторую… Всё. Готово. Я видел, как возницы спрыгивали с фургонов и бросались к лошадям, чтобы успокоить их.
Тем временем ко мне подскакал шевалье Дюваль. На его раскрасневшемся лице я увидел тревогу, но вместе с тем в глазах скакали искорки охотничьего азарта.
— Это прилив! — сообщил он и указал в сторону Теневого перевала.
Все, кто его услышал, повернули головы в указанную сторону. И действительно. Черная вуаль, частично укрывавшая горный хребет, пришла в движение. Барьер начал приближаться. А это значит, что Костяной грот накроет Тенью…
Золотой паразит внутри моей энергосистемы снова заворочался, словно потревоженный после спячки зверь. Вместе с ним я ощутил испуг и панику. Это уже льюнари. Надо ее успокоить. Иначе она так и будет меня отвлекать.
— Сюда он не доберется, — уверенно добавил шевалье Дюваль. — Когда закончится землетрясение, можем продолжать путь. До форта рукой подать.
Я кивнул Дювалю и, повернувшись к Сигурду, который неотступно следовал за мной, произнес:
— Так и поступим. Ждем, а потом — в форт.
Сигурд слегка поклонился и, развернув своего коня, поехал раздавать приказы. А я направил Шторма к моему фургону. Оказавшись рядом, я перебрался внутрь и спросил в темноту:
— Что случилось?
Из-за шторки, отделявшей спальный угол от небольшой кухоньки, высунулась бледное личико льюнари. В ее глазах стояли слезы. Спустя мгновение показалась и взволнованная физиономия Игнии.
Подземные толчки ослабли, но фургон все еще потряхивало. Пришлось вцепиться обеими руками за борт.
— Это… — промямлила Селина. — Это…
Страх первородной все еще ощущался, но, кажется, она постепенно приходила в себя.
— Ты почувствовала прилив? — спросил я, уже догадавшись, что произошло с первородной.
— Да, — ответила она. — Это было очень жутко… Не живое и не мертвое… Бездушное и всепоглощающее…
Льюнари выскочила из-за шторки и, подскочив ко мне, крепко вцепилась в мою ногу.
Я успокаивающе погладил ее по голове и спросил:
— Ты слышала, что сказал Дюваль?
— Да, — ответила она. — Он прав. Барьер сюда не доберется. Я чувствую, как он уже останавливается… Прости… Я не…
— Ты ни в чем не виновата, — остановил я ее. — Ты даже не представляешь, насколько я рад твоему новому навыку. Теперь прилив не застанет нас врасплох. Если снова почувствуешь что-то — сразу же сообщай мне.
* * *
— Пусто! — сообщил поджарый вервольф, командовавший пятеркой оборотней-разведчиков, которые прибыли только что из форта. — Судя по запахам, люди ушли примерно неделю назад. Следы ведут на северо-запад.
Я обернулся, и наши с Якобом взгляды встретились.