Теневой Перевал (СИ)
Ведь с появлением первородных можно будет, например, сосредоточиться на разведении культур с высоким потенциалом для продажи, таких как специальные лекарственные растения.
Если на наших ярмарках появятся оригинальные товары, это обязательно заинтересует сперва обычных купцов, а потом уже и крупные торговые дома.
В общем, планов по развитию моей марки было много, но сперва до нее нужно было еще добраться…
* * *Гондервиль наш отряд покинул в конце первого месяца весны. Как и планировалось, в поход отправились почти полторы тысячи человек. Кстати, за все время, что я находился в Гондервиле, представители Сапфировой гильдии так и не вышли со мной на контакт.
Альдрик ван Клаусен, спустя неделю после нашей беседы, покинул город и, судя по данным моих разведчиков, отправился обратно в Ромон.
В принципе, я понимал, что задумали нынешние боссы гильдии. Они тянули время. Ждали, когда я уйду в свою марку и уведу с собой все свои войска. Именно поэтому в цитадель так никто и не пытался тайно пробраться.
Что же, магов ждал облом… На смену гарнизону из мертонцев и присягнувших мне горцев прибыли воины барона де Бакри. А я перед отъездом из Гондервиля объявил об аукционе, который я намерен провести ближе к зиме, где цитадель будет выставлена на продажу. Уверен, новость довольно быстро достигнет ушей всех магических гильдий, и тогда посмотрим, как запоют сапфировые, когда поймут, что очень скоро у них появятся конкуренты.
Спустя двенадцать дней наше небольшое войско добралось до Каменного ручья. Так называлась река, отделявшая земли маркграфства Валье от Бергонии.
Несмотря на то, что река выглядела спокойной и даже мирной, переправа через нее была делом непростым, особенно, когда за плечами довольно сложный двенадцатидневный переход по холмистой местности.
Хотя погода выдалась солнечной, весеннее тепло пока не успело разогнать остатки зимы. Снег все еще лежал в тенистых местах, прячась под деревьями и кустарниками, напоминая о том, что холода окончательно не отступили.
Невзирая на усталость, переход через реку мы все-таки решили сделать сегодня. Кто знает, что за сюрпризы могла приготовить эта, на первый взгляд, спокойная вода? Да и проводники из местных предупреждали нас, что весенние ручьи часто капризны и коварны — тающие снега накапливаются в горах, и вода может резко подняться в любой момент.
Несмотря на то, что это был брод, берег был довольно крутым и скалистым, особенно с бергонской стороны, что делало переправу еще более сложной задачей. Вода в реке была ледяной, и даже мысль о том, чтобы ступить в нее, заставляла содрогнуться.
Над рекой на противоположном берегу возвышалась старая полуразрушенная башня. Это все, что осталось от небольшого приграничного форта. Теперь она стояла одинокая и покосившаяся, словно древний страж, который видел лучшее времена, но был забыт своими хозяевами навсегда.
Было видно, что люди из долины устали. А вот закаленным горцам и мертонцам эти двенадцать дней дались довольно легко. Так что войско начало переправу решительно и без проволочек.
Я верхом на Шторме, окруженный моими ближниками, стоял на небольшом холме, откуда меня всем было видно, и следил за переправой.
Я понимал, что для моих людей пересечение этой границы — это не просто переход через реку, это некий символический шаг в неизвестность. Шаг на земли, которые считались опаснейшим местом в Мэйнленде. Люди должны видеть нового хозяина этих владений. От него должны исходить волны спокойствия и готовности в любой момент отразить любую угрозу.
Сейчас, как ни странно, каждая мелочь имела значение. Поэтому я и все мои страйкеры были облачены в магические доспехи. Мы постоянно перебрасывались непринужденными фразами, улыбались и делали вид, что эта переправа ничем не отличается от других таких же переправ. Я то и дело ловил на себе взгляды людей и то, что я замечал, мне нравилось. Народ, похоже, был уверен в своем маркграфе.
Уверенности добавляли десятки разложенных разведчиками из отряда Аэлиры костров на противоположном берегу, которые уже ждали нас здесь два дня.
Аэлира периодически отправляла ко мне Вайру с донесениями о состоянии дорог и о потенциальных угрозах. Правда, последних пока не наблюдалось. Если не считать, конечно, следов местных жителей, которые разбегались от нашего войска в разные стороны. С ними мне придется разбираться позднее. Смысла гоняться за ними по лесам и холмам не было никакого. Со временем сами придут ко мне на поклон, когда по лесам начнут расселяться общины гленнов и вервольфов. Против истинных у простых людей нет шансов.
Когда переправа была, наконец, закончена, солнце уже практически спряталось за горизонт. Рядом со старой башней вырос окруженный фургонами и заостренными кольями военный лагерь. Мы решили дать двухдневный отдых людям и животным.
Я сидел в своем шатре, вытянув ноги к походной печке, и с удовольствием попивал травяной отвар, когда снаружи послышалась возня, и спустя несколько мгновений в проходе появился Гуннар.
— Ваше сиятельство, — произнес он слегка взволнованно. — прибыли разведчики.
— Что там? — спросил я, нехотя поднимаясь с кресла.
— В сторону лагеря движется небольшой отряд из местных, — ответил Гуннар.
— Хм, — произнес я, двигаясь на выход и на ходу принимая из рук Гуннара плащ. — Наконец решились выйти на контакт… Что же, послушаем, что они скажут…
Глава 9
Отряд местных состоял из дюжины бойцов. Все конные, плюс пятерка заводных лошадей. Судя по добротному снаряжению и откровенно бандитским рожам, ребята к нам на огонек заглянули бывалые и знающие толк в уничтожении себе подобных.
Главным у них был невысокий широкоплечий бородач с темно-серыми глазами и приплюснутым, как у кулачного бойца, носом. Мое истинное зрение показало, что я имею дело со страйкером в ранге медиуса. Хотя по его магическому доспеху из кожи какого-то теневого существа и без сканирования было понятно, что глава отряда — боевой маг.
Помимо самого главаря, мой дар видящего без труда обнаружил еще двоих одаренных из числа истинных. Мужчина и женщина. Худые, гибкие тела, внимательные немигающие взгляды, на головах капюшоны, из-под которых видны заплетенные в узкие косички черные волосы.
Сперва я подумал, что они брат и сестра, но, заметив крошечную энергосистему и бьющееся маленькое сердце в животе женщины, пришел к выводу, что эти двое, скорее всего, муж и жена. А еще по характерным чертам их лиц, а также намечающимся изменениям на коже, которые эти двое тщательно пытались скрыть, было понятно, что передо мной сейчас находятся сородичи покойного Эмиля де Марбо.
Правда, их энергосистемы и источники не были деформированы ведьмачьей волшбой, как у виконта. Отчего они выглядели довольно спокойными и даже флегматичными, собственно, такими, какими и должны быть ящеролюды. Чего нельзя было сказать об остальных головорезах из этого маленького отряда. Все заметно нервничали, хоть и старались этого не показывать.
Когда я шагал в сторону неожиданных гостей, взятых моими людьми в кольцо, легкий ветерок принес мне тихое послание от Вайры:
— Их лагерь в дне пути отсюда. Там еще пятеро. Двое из них — боевые маги. Гленны следят за ними.
Я молча кивнул в ответ и продолжил движение.
Гости уже спешились и, стараясь не делать резких движений, ожидали моего приближения.
Главарь внимательно оглядывал моих воинов и наш лагерь. И в его серых глазах я видел удивление и уважение. Когда же я в сопровождении Сигурда и еще нескольких страйкеров оказался в нескольких шагах от него, его лицо немного вытянулось, а густые брови поползли вверх.
Его люди еще больше напряглись, но резких движений не делали. Кстати, судя по ярким всполохам в их энергосистемах, мое появление заставило оживиться даже флегматичных ящеролюдов. Особенно женщину. Похоже, беременность делала ее еще более чувствительной к магическим эманациям.