Трое в долине (СИ)

  
Пролог
 
Вам когда-нибудь доводилось осознавать себя во сне? Не просыпаться, мучительно пытаясь вспомнить детали, не выдыхать с облегчением, выбираясь из паутины ночных кошмаров, а именно находиться во сне, поразительно похожем на реальность?
Со мной, например, такое случилось впервые. Я совершенно точно знала, что сплю. Прекрасно помнила, что было со мной в «той» жизни. Сознавала, что все происходящее как бы понарошку, но при этом обладала свободой воли. Могла делать что хочу: бежать, идти или просто стоять на месте. Ну и выбирать направление, конечно, хотя конкретно в этом сне выбрать было непросто.
Интересно, почему мне не достался какой-нибудь приличный сон? Зеленая лужайка, например? Птички-бабочки? Или просто симпатичная опушка, где было бы приятно остаться? Вместо этого шальное подсознание подсунуло до боли знакомую обстановку: подземелье — темное, глухое. Спасибо, что хоть без нежити. И мне, как и в жизни, во что бы что ни стало нужно было найти из него выход.
Раньше я плохо помнила этот сон. Обычно поутру мне доставались одни обрывки. Но сегодня картина наконец-то прояснилась, и я, прислушавшись к себе, поняла, что уже не раз тут бывала. Более того, все время чего-то опасалась. Однако сейчас бояться мне не хотелось, сгустившаяся вокруг тьма скорее раздражала, чем пугала. Да и устала я бегать по всяким там лабиринтам. Поэтому привычным движением просканировала местность «прозрением» и, обнаружив одну-единственную, ярко горящую во тьме золотую точку, решительно потопала в ту сторону.
Что за «клад» меня ожидает в конце, я не знала, но надо уже до него добраться, иначе, скорее всего, меня так и будет утягивать в этот дурацкий сон. Правда, напрасно я надеялась, что к «кладу» проложат прямую и ровную дорогу: раскинувшееся передо мной подземелье и впрямь было похоже на лабиринт. Коридоры бесконечно виляли, кружили, путались. На моем пути, как и в жизни, попадалось множество развилок, некоторые из которых упорно возвращали меня на исходную точку.
Но я не сдалась. Нет. С каждым ложным ответвлением подземелье вызывало все большее желание с ним покончить, поэтому я упрямо топала дальше, мысленно отмечая на карте «пустышки». И через какое-то… не знаю точно какое… время все-таки добралась до последнего, прямого, как стрела, и абсолютно пустого коридора, в конце которого меня ждала заветная дверь.
Дверь, кстати, оказалась самой обычной. Деревянной. С простой железной ручкой, за которую я и взялась, пристально отслеживая «прозрением» ту самую точку, что от меня так долго пряталась.
Однако она больше не собиралась убегать. Напротив, даже засветилась ярче, словно поторапливая и намекая, что разгадка близка.
Открыв дверь, я некоторое время просто стояла на пороге, пытаясь нащупать заклинанием то, что так настойчиво меня звало. А потом увидела загоревшиеся на уровне моего лица два ярко-желтых глаза с узкими вертикальными зрачками и непроизвольно вздрогнула.
Саан… да что ж меня повсюду преследует этот образ?!
Впрочем, за последние сутки мое отношение к мрону несколько изменилось, поэтому я взяла себя в руки и все-таки сделала шаг навстречу, надеясь, что хотя бы так, во сне, он даст мне долгожданные разъяснения.
— Мастер Миррт? — настороженно позвала я, силясь разглядеть притаившийся во тьме силуэт.
Тот явственно дрогнул, однако не захотел отвечать. Ну а поскольку ждать и сомневаться мне надоело, то я так и продолжала идти вперед. Быстро, уверенно. Ровно до тех пор, пока не добралась до спрятанного во тьме предмета и не осознала, что вижу самое обыкновенное зеркало!
При виде появившегося в нем отражения я озадаченно замерла, никак не ожидая, что когда-нибудь решусь обрезать косу до пояса, смело распущу волосы и сменю простую дорожную одежду на слегка нескромный, но весьма эффектный костюм из темно-серой кожи.
Однако больше всего меня поразили глаза — мои же собственные глаза, которые вдруг полыхнули знакомыми ярко-желтыми огнями и обзавелись узким, вытянутым, как у химер, вертикальным зрачком.
   
Глава 1
 
Когда я открыла глаза, то не сразу сообразила, почему вместо беленых каменных плит вижу перед собой некрашеный деревянный потолок.
Ах да, мы же не в академии. И вообще не в столице, а за тридевять земель, среди Норейских гор, в гостях у самых загадочных оборотней нашего мира.
Когда грифоны прибыли в Норн, мастер Миррт отвел нас в какой-то дом и сдал с рук на руки хозяйке… нэле Арти, как он ее представил. Дамой нэла оказалась весьма необычной, в чем-то даже удивительной. Но честное слово, к тому времени я уже так вымоталась, что мечтала лишь об одном — выспаться.
И нам дали выспаться. Судя по тому, что за окном снова утро, продрыхла я весь вчерашний день, ночь, а если бы не странный сон, то и еще бы поспала, потому что устали мы с ребятами знатно.
Сев на постели и убрав с лица разметавшиеся волосы, я покосилась по сторонам и против воли улыбнулась, обнаружив, что Ланка и Ник все еще беззаботно дрыхнут. Причем подушка у них оказалась одна на двоих, потому что рыжая выключилась практически сразу, как только добралась до постели, а Линнелю, похоже, было все равно, куда ложиться, так что он упал куда смог, а сейчас бережно обнимал свернувшуюся у него под боком ведьмачку, словно любимую девушку.
При этом смотрелись они настолько гармонично, что я не стала их будить, а лишь тихонько выбралась из-под одеяла и, на ходу расплетая лохматую косу, побрела на поиски санузла.
Еще через полчаса, уже умытая и причесанная, я спустилась на первый этаж и смогла осмотреть дом, в котором нас приютили.
Как ни странно, он был построен полностью из дерева, хотя в суровых местных условиях проще и дешевле использовать камень. В глубине старых гор, в затерянной среди скал и многовековых льдов долине, которую облюбовали мроны, дерево являлось слишком дорогим материалом, чтобы вот так щедро его расходовать. Но, вероятно, у нелюдей бытовала иная система ценностей. Или же они добывали все необходимое с помощью грифонов, поэтому дом оказался не только двухэтажным, просторным и добротным, но еще и поразительно теплым, так что я, даже будучи босой и в одной ночнушке, совсем не замерзла.
Нэла Арти, хозяйка дома, встретила нас вчера так, словно мы были давними друзьями. Худощавая, черноволосая, статная, она оказалась настолько похожей на мою бабулю, что в самый первый миг я решила, что брежу. Потом подумала, что у бабули есть сестра-близнец. Но на расспросы ни сил, ни времени не осталось, да и сама нэла не позволила: при виде чумазых нас она всплеснула руками и, решительно прекратив расспросы, захлопотала по хозяйству. Накормила, напоила, нагрела воды для помывки, а также обеспечила чистой одеждой и расстелила постель, куда в приказном порядке отправила всех троих. Но вот теперь я выспалась, отдохнула и была не прочь с ней пообщаться, но, как назло, в доме никого не оказалось.
На всякий случай дважды проверив все здание «прозрением», я огорчилась отсутствию живых, однако, зайдя на кухню и обнаружив на столе еще теплый завтрак, успокоилась. Раз есть завтрак, значит, и хозяйка скоро появится.
Кстати, на лавке возле входной двери я обнаружила еще и три комплекта зимней одежды. Теплые штаны, рубахи, шерстяные безрукавки и овечьи тулупы на пару с варежками, сапогами и меховыми шапками.
Недолго думая, я решила обождать с завтраком, пока не проснутся Ник с Ланкой, после чего быстренько оделась и, толкнув скрипучую дверь, высунула нос на улицу.
Снаружи царила зима… Правда, не свирепая или лютая, как у нас в Рино, а такая, знаете, когда и солнце ярко светит, и морозец явственно кусает за щеки, зато нет пронизывающего до костей ветра, поэтому в такую погоду совсем не хочется сидеть дома. Напротив, при виде сверкающих и переливающихся на солнце сугробов на губах сама собой расползается улыбка. Морозный воздух кажется особенно свежим, а по выбеленным дорожкам так и хочется пробежаться, собирая ладонями свежий снежок.