Пожиратель Армий. Часть 1 (СИ)
— Не думал, что мне повезёт так скоро встретить предателя нашего господина! — переведя взгляд с Рея на меня и обратно, расхохотался Майигу. — И даже сука, посмевшая покинут господина Самигана, здесь! Что же, тем лучше. Сразу убью и тебя, и главную помеху для армии господина в этой войне, а потом оторву этому червяку хвост и притащу её на суд господина Самигана!
Рей ничего не ответил, как и Дьюлла. Но ламия-то в принципе не особо умела в эмоции. А вот брови иллюзорного воина, повторявшего все его движения, включая мимику, угрюмо сошлись на переносице. И понять, в чём дело, было несложно.
Да, он получил крещение в Законе Катриона и никогда не присягал на верность Палему. Это было своеобразной привилегией таких как он, «искусственных» Нейрагу и Майигу.
Поскольку даже бог войны не мог заявлять свои права на «собственность» Катриона, присягу они приносили по собственному желанию и без принуждения. И Рей не стал этого делать, лишая себя многих привилегий в империи, но и не связывая себя какими-то жёсткими обязательствами с Палемом.
Именно поэтому он смог так просто перейти на мою сторону. Майигу, уже присягнувший на верность Палему, на его месте чисто физически не смог бы восстать против своего господина.
Тем не менее, в обвинении Кинг-Конга было невозможно не усмотреть некоторой справедливости. И это было бы глупо отрицать.
Рей не стал, как последний идиот, вопить что-нибудь в духе: «Я не принадлежу Палему!» или «Он сам заслужил то, что я восстал против него!» И это меня очень порадовало. Никогда не любил тупость.
Но также было очевидно, что эти слова задели его за живое. И теперь было важно, чтобы это не повлияло на трезвость его суждений и на эффективность в бою. Потому что противник нам попался по-настоящему ужасающий.
Обменявшись с Кинг-Конгом несколькими ударами, я смог более точно оценить его силу. До сих пор он ещё ни разу не использовал свой Дар. Но даже без этого, одной лишь физической мощью, он, вероятно, уже достиг уровня человеческой девятой ступени.
После трёх месяцев в Тигрином Клыке я стал куда лучше понимать этот мир и разбираться в его устройстве. В частности, я потратил немало времени, чтобы наконец-то разобраться в том, насколько сильные противники мне встретятся в будущем.
На основании множества прочитанных книг и после условного подведения итогов я составил некий личный топ-лист.
На первом месте этого топа, разумеется, стоял, великий и несравненный, Палем, бог войны, дракон и покровитель сильнейшей империи. Оценить его силу по человеческим меркам было в принципе невозможно и я не собирался даже пытаться.
Места со второго до примерно сотого были заняты другими сильнейшими Майигу.
Во-первых, покровители крупнейших стран планеты. Помимо двадцати шести стран, входящих в Большой Союз, в Тейе было ещё приметно столько же государств, сравнимых с этими по силе. И боги их королевских кланов должны были быть крайне сильны.
Во-вторых, Майигу-покровители сильнейших кланов империи, наподобие Самигана, третьего сына Палема. По словам Дьюллы, тот же Самиган был даже сильнее Золлы, покровительницы клана Кримзона.
И в-третьих, неизвестное, но вряд ли большое число крайне могущественных диких Майигу. Не уверен, можно ли было включить, к примеру, Фирсторна, владыки Непроходимой Чащи, в первую сотню сильнейших. Но в Тейе совершенно точно были боги и посильнее хозяина Кантарики, и о них не стоило забывать.
Конечно, их могло быть и меньше сотни, а могло быть и больше. Но, изучив достаточно разных источников, я мог с определённой уверенностью сказать, что сто было вполне приближено к реальности. Да и «сильнейшая сотня» звучало неплохо. Их силу по человеческим меркам я оценивал на недосягаемую смертными десятую ступень.
Дальше всё было уже куда сложнее и неопределённее, так как найти достоверную информацию о разных Майигу было той ещё задачкой. Но я бы точно не сильно погрешил против истины, если бы сказал, что количество существ, чья сила находилась на уровне человеческой девятой ступени, находится в районе четырёх-пяти тысяч.
Элитные одарённые империи, владыки больших территорий диких земель, покровители крупных кланов или небольших королевств наподобие Тхалсы, а также Майигу, сами по себе обладавшие огромной силой. Изучив списки богов разных стран и диких земель и попытавшись представить, сколько ещё их могло существовать таких, о которых никто не знал, я был почти уверен, что угадал.
И Кинг-Конг, если даже не входил в эти пять тысяч, определённо находился недалеко от этих позиций.
Пять тысяч могло показаться очень и очень немаленьким числом. Но из этих пяти тысяч от силы пара десятков были людьми. Остальные, включая чешуйчатую гориллу, были монстрами, с рождения благословлёнными силой самим миром.
То, что я имел возможность сразиться с одним из топа сильнейших, только подтверждало, что я всё делал правильно.
Втроём с Реем и Дьюллой мы сформировали неплохую команду. Ламии, хотя она и не могла полностью погрузить Кинг-Конга в свою магию иллюзий, сделав его беззащитным перед нашими атаками, вполне удавалась роль поддержки.
Понятия не имею, какие там видения она насылала на нашего врага. Но он периодически промахивался мимо цели или просто бил воздух вообще не там, где мы с Реем стояли, начинал отмахиваться будто от роя невидимых комаров или топтать песок под собой, а иногда и вовсе замирал на несколько мгновений, тупо глядя куда-то в пустоту и пуская слюни.
Рею приходилось легче нас всех и его эффективность была максимальной. Его иллюзорный по сути ничего не весил, и ему на поверхности песка удавалось держаться без каких-либо усилий. А прочность стойки ему обеспечивала всё та же мана.
Используя её на порядок более продвинутым, чем я, образом, он не просто создавал платформы. С каждым шагом он формировал под стопами нечто наподобие системы древесных корней, намертво прибивавшей его к месту и позволявшей по максимуму использовать свою силу.
Этот трюк он продемонстрировал мне вскоре после присоединения. Но на то, что научиться использовать ману настолько искусно, мне нужны были бы долгие месяцы практики. Так что пока что приходилось ограничиваться тем, что я уже имел.
Тем не менее, хотя его вклад в сражение был определённо поболее моего, нас обоих бы очень быстро разнесли, если бы не ламия. Сила Кинг-Конга была поистине колоссальной, каждая еего атака ощущалась как удар стенобитного тарана. А чешуя, выполнявшая роль естественной брони, компенсировала крайне небольшие для его уровня скорость и подвижность.
Только благодаря помощи Дьюллы, а также тому, что Кинг-Конг, похоже, в принципе не умел использовать какую-либо магию наподобие моих платформ или корней Рея, мы до сих пор держались. Иначе у меня, вероятно, уже была бы переломана минимум половина костей и я бы потерял всяческую способность сопротивляться.
Однако, даже при том, что мы никак не могли нанести ей сколько-нибудь серьёзный урон, была ещё одна огромная проблема. Имперский Майигу до сих пор ни разу не использовал свой Дар.
И когда, видимо, устав от того, в каком направлении движется этот бой, Кинг-Конг всё-таки решил прибегнуть к своей силе бога, ситуация из крайне проблемной резко превратилась в катастрофическую.
Я едва успел понять, что произошло. Силуэт иллюзорного воина, мерцающий, будто находился на грани распада, пролетел мимо меня на скорости пули. Удар имперского Майигу, который до сих пор Рей мог с горем пополам блокировать благодаря своей устойчивости и неустойчивости противника, просто смёл его с места, как пушинку.
Аура Кинг-Конга, и так подавляющая, в мгновение выросла раза в три, и продолжила стремительно разрастаться, будто бы у неё в принципе не было лимитов. И его мощь выросла пропорционально.
— Довольно! — проревел Кинг-Конг. — Сдохните во имя господина!
От следующего удара я смог увернуться, честно говоря, каким-то чудом. И один только отголосок этой атаки не только окончательно убедил меня, что Кинг-Конг действительно входит в те самые пять тысяч сильнейших, но и что следующее же попадание станет для меня смертельным.