Я [ненавижу] аристо (СИ)
С этими словами он обошёл машину и сел на водительское место. Его подручные залезли следом за растерянным Технарём через задние двери. И, прошуршав колёсами по плитке, мощный автомобиль резво унёс опричников за ворота под нахмуренным взглядом Пушкаря.
Как только машина скрылась из вида, ветеран быстро обернулся к Ректору. Но едва дед открыл рот, как седой «классик» указал ему на выход со двора:
— Вас, сударь, я тоже более не задерживаю. Благодарю за то, что проводили его светлость. — И пенсне сверкнули стёклышками в мою сторону. А трость приглашающе качнулась в сторону входа. — Прошу, князь. Я не займу у вас много времени.
Пушкарь посопел пару секунд себе в усы. Но затем подтянулся, коротко поклонившись в мою сторону:
— Вашество… — Затем он молча козырнул ректору, развернулся на одной ноге и захромал к выходу.
— А ничего, что я в таком виде… — Опустив взгляд на свой наряд, я обратил внимание на заляпанные почвой колени, локти и брызги тёмной жижи на белом воротнике.
— Ничего страшного, князь. — Когда Ректор шагнул к двери, она открылась сама собой. — Я уже позаботился о новом платье для вас. Его доставят в вашу комнату как раз к тому времени, когда мы закончим.
Шагая следом, я мысленно поблагодарил маму за её скучные старые книги. Без них я бы точно сейчас спросил его о том, нафига мне нужно какое-то платье.
Но я всё равно немного переживал за то, смогу ли соответствовать княжеским стандартам. Ещё ляпну чего-нибудь… Хотя тебе же от этого хуже будет, очкарик! В следующий раз и за тобой такой воронок может приехать, если ты вдруг сейчас полезешь ко мне с лишними вопросами.
За дверью я ожидал увидеть какую-то разноцветную цыганщину с золотом и фальшивыми картинами — как на фотографиях из особняков каких-нибудь конторщиков-мздоимцев. Которые совсем потеряли берега и начали слишком много откусывать от доли крышующих их аристо. После чего их безумное богатство становилось достоянием возмущённой общественности, а сами мироеды показательно гремели на нары. Вот только о том, что за кровосос придёт на место такого проштрафившегося упыря, слишком широко уже не сообщалось…
Однако, внутреннее убранство резиденции руководителя ликеума оказалось на удивление скромным. И наверное, не лишённым некоего вкуса. Я, конечно, не особо много понимал в дизайне интерьеров. Но те ощущения, которые возникали у меня при взгляде на фотки с задержанием мздоимцев не шли ни в какое сравнение с тем уютом, которым так и веяла обстановка гостиной комнаты, начинавшейся сразу после входа. Больше всего она была похожа на иллюстрации из книг про одного ловкого бриттского сыскаря, который жил где-то в позапрошлом столетии. В книжках он снимал похожий особнячок вместе со своим помощником — армейским врачом, ветераном Первой Зекистанской.
— Прошу! — Дождавшись, пока я приземлюсь на небольшой диванчик рядом с аккуратным чайным столиком, Ректор снял с руки трость и расположился в кресле напротив. Высокая бордовая спинка почти сливалась с цветом его костюма. И в мягком свете, пробивающемся сквозь приоткрытые шторы, казалось, что передо мной висит одно только поблескивающее стёклышками лицо.
Поблестев ещё и сединой, Ректор позвонил в небольшой колокольчик. И из задней комнаты тут же вышел аккуратный халдей в чёрном сюртуке — именно так я представлял себе чопорных дворецких из тех же книжек про сыскаря и доктора. С собой он уже нёс небольшой поднос с чайным фарфором и вазочкой, полной разного печенья. От запаха которого у меня натурально закружилась голова, а пустой живот немедленно закрутило как стиральную машину.
— Благодарю, Закарий… Приготовь пока портал… — Отпустив халдея лёгким жестом руки, Ректор указал мне на поставленный передо мной поднос. — Евгорий Всеславович, извольте-с…
— Да… Я… Не голодный… — Рокот из моего живота тут же выдал моё враньё с потрохами.
— Нас снабжает пекарня самого императора. Уверен, такого вы не найдёте даже в самых лучших бакалеях вашего родного края, князь… — Мягкая улыбка шла его «писательскому» лицу также хорошо, как и строгость. — Буду польщён, если всё же угоститесь…
Ладно… Ульяна, вроде, только раз из вежливости отказывалась. Будем считать, что приличия соблюдены.
И я немедленно запихал в рот ближайшую печеньку, украшенную какими-то семенами и орешками. И снова чуть не потерял сознание — только теперь не от запаха, а от вкуса. Песочное тесто буквально таяло во рту. А орехи добавляли к ванильной сладости необычную терпкость.
Ладно… Пока живём… Надеюсь, опричники кормят мелкого хотя бы в половину так же вкусно…
С другой стороны, ещё как привыкнет… Пряники из наших лабазов по сравнению с этими — настоящая фанера!
Продолжая наблюдать за моими эмоциями с довольной улыбкой, Ректор сам подлил мне чаю. Аромат горячего напитка пьянил не хуже выпечки. И заметив мою реакцию на этот запах, старикан снова усмехнулся в усы:
— Мой личный рецепт, ваша светлость… Люблю, знаете, ли немного почаёвничать… Но, к делу! — Он снова позвонил в колокольчик — на сей раз два раза. И пока на звон никто не шёл, Ректор продолжил. — Прежде всего, позвольте поздравить вас с победой на играх. Не думал, что вы сможете принять участие во время своей хвори… Но уверен, что ваша сибурская закалка и природная сметливость позволит вам взять ещё не одну вершину в нашем почтенном заведении…
Не имея возможности ответить с набитым ртом, я лишь кивнул и пожал плечами одновременно.
— В то же время приношу свои глубочайшие извинения за досадные промахи нашей системы охраны, которые едва не привели к самому страшному. Заверяю, мы прилагаем все возможные усилия для того, чтобы это больше не повторилось. И, как вы уже имели возможность убедиться, князь, нам помогают в этом лучшие слуги его Императорского Величия.
В ответ я лишь махнул рукой. Если остальная хавка у вас тут такая же, я уже почти готов простить вам пару неудачных покушений в неделю…
Ректор снова кивнул и мягко улыбнулся себе в усы.
— Выбрать занятия вы сможете после нашей беседы самостоятельно. Я предоставлю вам всю необходимую информацию — список доступных курсов, количество баллов за их окончание и расписание. — С этими словами он оглянулся на лестницу, которая вела за его спиной к комнатам второго этажа. И из прохода под ступеньками снова показался всё тот же чопорный «дворецкий». Он опять нёс с собой поднос, на котором теперь лежала небольшая коробочка, обитая бордовым бархатом. В таких обычно продают драгоценные комплекты из колье и серёжек.
— А, вот и ваша награда… — Поднос плавно опустился на центр стола перед нами. И пока я торопливо дожёвывал сразу несколько новых печенюшек, старикан сам открыл коробочку и продемонстрировал мне её содержимое:
— В общем-то, ничего особенного… Обычный портал. Который, тем не менее, позволит вам черпать силу вашего рода даже в стенах нашего заведения. Полностью на ваше усмотрение — в течение этого учебного года. Кроме тех мест, на которые распространяются ограничения из устава, конечно. Ведь мы заботимся об удобстве проживания и обучения всех наших воспитанников, ваше сиятельство…
Чуть приподняв футляр, Ректор развернул его содержимым ко мне. Уложенный в бархат прозрачный кристалл действительно не отличался какой-то сложной огранкой или цветом. Простой шестигранник, похожий на стеклянную гайку, размером с ноготь большого пальца.
Только вместо дырки с резьбой, в центре кристалла вилась тонкая спираль из яркого пламени — точно такого же цвета, как и огоньки в глазах Ромула.
— А сейчас, если вы уже подкрепились, мы быстренько проведём ваш первый урок… — Ректор опустил коробочку обратно на стол и подвинул её ближе ко мне. — Я уже знаю, князь, что вам ещё не открылось владение даром вашей достопочтенной фамилии. Но мы попробуем это исправить…
Глава 19
Испытание
Всё то печенье, что я уже успел запихать в рот, чуть не высыпалось обратно прямо в лицо доброжелательного Ректора.