Я [ненавижу] аристо (СИ)
Так что можете свернуть ваши сказки про «честь» в трубочку. И засунуть их себе куда подальше.
Власть? Это почти то же самое что деньги и честь одновременно. Власть или её отсутствие тоже много от чего зависят. А это значит, что и она не может быть чем-то самым главным.
Поэтому, после недолгого размышления, я предложил напарнице только одну версию:
— Сила рода?
Но, к моему удивлению, Таисья помотала головой из стороны в сторону:
— Не-а!
— А что же?
— Самое главное для наших предков — оставить наследие! — Похоже, что к этой мысли она пришла не самостоятельно. Поскольку её слова снова звучали, как заученный текст. — Всё остальное — деньги, власть, честь и даже сила наших родов — лишь работает на эту цель.
— Допустим… И как нам это поможет?
— А так… Слышал же, что тут очень любят выбирать лучшие пары? По любому поводу — на всяких балах, конкурсах и прочей мишуре… — Судя по тому, как Таисья продолжала морщить нос, она явно была не из тех девчонок, которые любят всё перечисленное. — И вот в сегодняшней игре тоже должна победить пара.
— Так. И что? — Я был даже немного рад получить очередное подтверждение её честности со мной. Всё-таки тут и правда нужна команда. И Ромул тоже, похоже, не врал насчёт отношения Волковых к своим союзникам.
— А то, что наши предки всё это мутят, чтобы мы после окончания ликеума гарантированно не остались без подходящего женишка. Или невестушки — кому что… А предки, в свою очередь — не остались бы без внучков.
Похожая мысль меня уже посещала. И я с готовностью с ней согласился
Но девчонка продолжила недовольно дёргать носиком:
— Это чтобы они, в итоге, могли успокоиться. И были бы уверены в том, что всё остальное — тоже было не просто так. Всё, что нажито — перейдёт по наследству — если уж не к детям, то хотя бы к внукам. Род будет продолжен. И его сила, власть, богатство — останутся. А то и подрастут.
— Логично… — Я вновь кивнул. — Потому, что если у рода нет наследников — то всё остальное уже точно ничего не стоит.
— Угу! — Таисья развела руки в стороны, как на заставке старого детского киножурнала. — Всё! Пшик!
— То есть… — С трудом поспевая за ней ватными ногами, я постарался успеть хотя бы за логикой. — Думаешь, что это последнее испытание будет связано с… Э-э-э…
— Ага! — Азартно кивая, девчонка ничуть не замедлила торопливый шаг. — По любому подстроят что-то такое, чтобы мы стали прямо парой-парой.
— Хм… А эти… Снеговик с рыцарем…
— Морозов и Булатов?
— Ну да… От них-то внучков никто не получит, при всём желании…
— Да я ж говорю — они тупые! И если бы сейчас гербовник был у них — то, считай, уже бы проиграли!
— Хм…
— Чего «хм»? — Таисья всё-таки немного притормозила. — Давай, вторая голова, делись соображениями!
Все эти соображения о наследниках и наследии навели меня на воспоминания о том, что представляет из себя настоящий Гор Шубский. Нелюдимый парень, проводящий всю жизнь на охоте… И общение с дикой природой ценит куда выше каких-нибудь светских раутов… Да ещё и видит людей насквозь благодаря силе своего рода… Не самое лучшее сочетание для того, чтобы найти невесту среди всех этих благородненьких интриганок.
Но его отец всё-таки напрягся, как следует ускрёбся и таки отправил парня в Ротенбург. С опозданием, но прямо под Хеловин — на очередные игрища. Где победу, как мы поняли, отдадут только паре. Да не просто паре, а… Как там она сказала? «Паре-паре»?
А если вспомнить, что я тут единственный, кто точно знает о том, что на самом деле никакой я не Гор Шубский…
Но, прежде чем озвучить свою идею, я решил уточнить ещё кое-что:
— А ты говоришь, что третий год тут учишься?
— Ну да. А что? — Девчонка приподняла бровь, стараясь понять, к чему я клоню.
— И в таких вот весёлых стартах на выживание ты всё время с братом играешь, да?
— Ты на что это намекаешь, Шубский⁈ — Золотистые глаза сверкнули слабой искоркой гнева.
— Дослушай. — Я примиряюще поднял перед собой ладони. — Вы когда с ним вместе — то всегда выигрываете, да?
— Конечно! Поэтому и вместе!
— И за эти три года — ни у тебя, ни у него не было… Кхм… — Заметив, как гнев добавил на лицо девчонки ещё и немного румянца, я поспешил закончить мысль. — Не было ни «женишка», ни «невестушки». Так?
— Ну… Не то что бы… — Гнев в глазах Таисьи, кажется, сменился на лёгкое кокетство. Хотя румянец остался. — Но никаких внучков я ни с кем заводить не собираюсь! Мне и так хорошо! Да и у Тига тут от девчонок отбоя нет! — Гордость за успехи братца на половом фронте была явно неподдельной.
— И вот ваш папенька смотрит на всё это уже третий год… — Я снова почувствовал, что шагаю на тонкий лёд. Но вспомнил слова Ромула о глупцах и наглецах и продолжил. — А потом отзывает твоего брата по какому-то срочному делу — как раз перед очередной игрой…
— Думаешь, хочет его там всё-таки на ком-то женить?
Судя по этому спокойному ответу, лёд подо мной был всё ещё достаточно прочен. И я смело шагнул дальше:
— Думаю, что он хочет женить тебя.
— Что⁈
— Точнее, выдать замуж! — Я поторопился с ответом, так как воображаемый лёд захрустел вместе с сжатыми кулаками Таисьи. — Иначе тут сейчас играл бы твой брат, а не ты!
— И за кого же это⁈
Я молча подождал, пока она сама придёт к очевидному выводу.
— Шубский… — Золотистые глаза превратились в узкие щёлочки. — Ты, конечно… Но давай-ка не наглей мне тут…
Я расслабленно пожал плечами:
— Сама посуди. Меня отец сюда тоже не к первому сентября отправил. А то бы я, может, уже и сбежать успел. — Сейчас я говорил скорее за себя, а не за Гора Шубского. Но был почти уверен в том, что в этом отношении наши желания полностью бы совпали.
Справившись с очередной вспышкой гнева, Таисья всё-таки прислушалась к моим словам. И вкрадчиво предположила:
— Думаешь… — Она почему-то огляделась. — Думаешь, что наши предки всё это специально подстроили? Чтобы мы им на последнем испытании… Хм… Внучков завели⁈
— Ну не так сразу, конечно… Но в главном ты, похоже, права.
Снова сжав кулачки, Таисья остановилась. Но пока я старался не отводить глаз от её пылающего взгляда, девчонка лишь молча сопела, раздувая ноздри.
И, в итоге, медленно расслабилась:
— Ну… Похоже так и есть… — Вновь побегав глазами по сторонам, она опять покосилась на меня. — Я, в принципе, и сама так думала… Но не хотелось верить. — Встрепенувшись, она быстренько вернула себе прежнюю горделивую осанку. — Но как же, по-твоему, нам это выиграть поможет? Нам что… Надо будет просто где-нибудь на рабочем столе ректора…
Её острые зубки снова прикусили розовый язычок. Похоже, она была не особо против такого расклада…
И я быстро полез к себе под пончо:
— Предлагаю сначала посмотреть вот на это… — Нащупав там древний фолиант, я вытянул его из-под полы, пока Таисья успела распахнуть глаза в неподдельном удивлении.
— А… — Девчонка немного опешила, но быстренько собралась вновь. — И что там?
— Это ты мне скажи… Гербовников должно же быть… Не знаю… Сотни?
— Около того…
— А почему подсказки привели Морозова и Булатова именно к этому тому?
Вместо ответа Таисья взяла книгу из моих рук и бережно раскрыла её на титульном листе.
— Хм… — Вчитываясь в витиеватый текст, она коротко глянула на меня. — Литера «В»… от 1801 до 1900…
— То есть…
— Да. Про мой род тут тоже есть. Сейчас… — Аккуратно перелистывая толстые страницы, девчонка начала бормотать себе под нос. — Волгарские, Волиевы… Так, вот. Волковы-Горские… Эти в Зекистане живут… Волковы-Мурмурские… А тут я была в детстве! Они такие все белые и голубоглазые — ваще! Ага… А вот и Нижгородские. С кого тут начинается… А, ну конечно!
Я тоже наклонился над книгой. Раздел, посвящённый фамилии моей напарницы начинался с красочного изображения их семейного герба. На котором, прежде всего, в глаза бросались те самые перекрещенные сабли, которые недавно рисовала Ульяна. И ниже герба начинались убористые абзацы, каждый из которых был посвящён тому или иному предку Таисьи, жившему в обозначенный на титульном листе период. Величина абзацев, видимо, напрямую зависела от того, насколько жизнь предка была богата на события, имевшие значение для истории — как общеимперской, так и родовой. Перечислялись награды, подвиги, полученные или утерянные имения, супруги и наследники — у каждого имени в данном разделе также были проставлены сноски на другие тома или страницы этой книги. Очевидно, по ним можно было найти подробности уже про этих людей.