Ловец знаний (СИ)

Добрались до поляны, там и остановились.
— Кто из вас хочет прожить жизнь крестьянином? — задал неожиданный вопрос Сергиус.
Никто пылким заверением, что крестьянство предел его мечтаний не ответил.
— А кто хочет прожить тихую, спокойную жизнь?
— Было бы неплохо, — буркнул я.
Сергиус на это улыбнулся. Одними губами. Иногда мне казалось, что он слепой. Настолько мертвыми были его глаза.
— Ты слишком умный для этого, Эрано, — ответил он.
— Умный? — посмотрела Кая недоуменно на меня, — Вы ему слишком льстите.
— А тебе легкая жизнь не светит за вздорный нрав, — припечатал Сергиус.
— Да и в жену её никто не возьмет, — совсем тихо себе под нос заметил Гермес, за что тут же получил локтём по руке от девчонки.
— Хватит, — остановил нас Сергиус, — Хочу предложить вам сделку. Я вас обучу, а вы будете служить.
— Чему обучите? — на этот раз вопрос задала Кая.
— Тому, что умею. Я владею полноценными таинствами.
Сказал он это веско. В смысле веско прозвучало. Да и Кая с Гермесом переглянулись. Про таинства я уже слышал. От Горана и в контексте обсуждений: Темный Герцог жуткими таинствами обладал.
— И вы нас им научите? — с подозрением спросила Кая, выдавая то, что разбирается в теме лучше остальных.
— Научу. В обмен на службу.
— Кому? — на этот раз уточнил я, найдя в словах мужчины подвох.
Он снова улыбнулся. Поощрительно, отмечая то, что я заметил важную деталь.
— Для начала мне. Потом тому, кому укажу.
— Это кому? — спросила Кая.
— Пока рано об этом говорить, — выдал стандартную отмазку Сергиус, — Я пока не уверен, что у вас есть предрасположенность к моим талантам. Не уверен, что вы выдержите восхождение. Так смысл обсуждать столь далекую перспективу?
— А если вы нас научите, а мы потом откажемся служить? — спросил я то, что следовало спросить.
— Тогда я вас убью, — как ни в чем не бывало ответил мужчина.
Ох как. Не ожидал настолько категоричного и прямого ответа.
— Я согласна, — первой ответила Кая.
— Я тоже. — следующим был Гермес.
Отказаться от возможности соприкоснуться с тайнами этого мира? Да никогда в жизни. А цена… Ну потом буду с этим разбираться. Можно и послужить, если это приведет к знаниям, богатству и возможностям. А если нет, то придумаю что-нибудь.
Если я что-то и понял за последние месяцы, так это то, что жизнь имеет свойство делать крутые повороты в любой момент. Особенно, когда ты этого не ждешь. Так смысл бояться того, что будет лет через двадцать?
— С этим разобрались. Раздевайтесь. Шубы мешать будут, — уточнил мужчина, заметив наши недоуменные взгляды.
Мы и так замерзли, пока болтали, а ещё раздеваться? Чувствую, что попал в лапы к извергу.
Вся деревня зимой ходила в меховых изделиях. Шкуры добывал сам Сергиус, в компании ещё одного мужчины. Вроде как его брата, Дирмана. Пятилетний ребенок это не тот, с кем стремятся пообщаться. Особенно такой, который везде лезет и миллиард вопросов хочет задать. Поэтому я собирал информацию, но не то, чтобы на короткой ноге общался со всеми. Да и не спешил никто душу изливать, представляться и рассказывать подробности личной и семейной жизни.
Один раз я услышал, как Дирман назвал Сергиуса братом. Не скажу, что они ладили. Могли и поругаться. В основном ругался Дирман, а Сергуис лишь сверлил его своими мертвыми глазами.
Вдвоем они уходили на охоту, когда сезон дождей закончился. Возвращались с добычей, разбавляя рацион и обеспечивая жителей шкурами. Которые мать Сергиуса, пожилая женщина, превращала в одежду. Звали её Тара.
Мы скинули шубы и уставились на нашего учителя.
— Повторяйте за мной, — сказал он и принялся показывать комплекс движений.
Двигался он плавно и где-то даже грациозно. Чем-то змей напоминания. В чем смысл я не сразу понял, хотя был знаком в теории со многими боевыми стилями. Дело в том, что наш бог ценил знания, но некоторые ценил сильнее остальных. Знания военного характера были наверху списка. Как и знания, позволяющие продвинуть науку вперед, что тоже было связано с военным потенциалом.
 
Объясняли нам это прозаической причиной. Бог создал наш мир, но тот не находился в изоляции от других миров, а имел свои границы. Где иногда случались войны. Там, на границах, имелись свои семьи и доминионы, где ловцы промышляли несколько иными способами. Добывали знания через набеги. Я с этим был знаком лишь в общих чертах. Это как знать, что в другой части света есть отличающийся по обычаям народ. Есть и есть. Пусть живут, как хотят.
Среди наших ловцов умение постоять за себя тоже ценилось. Обычно перед отправкой проходили несколько факультативов на эту тему. Я ничем подобным не занимался, наивно полагая, что времени у меня в запасе ещё много. Отсутствие практики не означало, что я мало об этом знаю. Как никак, часто именно война выступала двигателем прогресса, а значит имела прямое отношения к знаниям.
Видеть скрытое и тайное, умение, которое добыл мой дед, тоже имело военное применение. Это одна из причин, почему его так оценили, что пожаловали в качестве награды просторные земли.
Так вот. То, что делал Сергиус, не сразу открылось передо мной. На один круг у него ушло десять минут. Замечу, что делал он каждое движение медленно и наблюдал за тем, как мы повторяем, иногда выдавая замечания. К началу третьего круга я начал улавливать что-то. К концу четвертого — обнаружил, что не чувствую холод и что по телу разливается тепло.
К седьмому кругу, когда с меня пот ручьями тёк, я ощутил… Незримое и тайное. То, на что в основном и был рассчитан дар.
Дар, это комплексное понятие. Когда его обретаешь, то получаешь квинтэссенцию знания в узкой области. Знание здесь не в том смысле, что тебе рассказали что-то и на этом всё закончилось. А в том, что ты реально начинаешь уметь что-то делать.
В случае дара видения, он делился на несколько граней. Повышенная внимательность, умение читать язык тела и мимику, навык концентрироваться на объекте, способность чувствовать напряжение, как в теле, так и в мире вокруг, замечать движения различных видов энергии.
Последнее и дало свои всходы. Я почувствовал-увидел, какие колебания напряжения и энергии разворачиваются в теле Сергиуса.
— На сегодня хватит, — прервал он тренировку спустя час, — Завтра в это же время. Теперь вы должны приходить сюда каждый день.
Сказав это, Сергиус развернулся и отправился в сторону деревни. Оставив детишек одних в опасном лесу.
Я обернулся и увидел подозрительный взгляд Каи. В то время, когда она и Гермес красовались бледной, явно промерзшей кожей, я весь раскраснелся.
Кхм… В этот раз лучше побыстрее свалить. То, что я любил задавать вопросы не означало любовь к тому, когда вопросы задавали мне.
* * *
— Дядя Сергиус, — вложил я в голос всю свою «детскую» непосредственность, на третий день наших занятий, — А вы расскажете нам, что за таинства такие и чем мы здесь занимаемся? Только не говорите, что ещё рано.
Мужчина, который уже открыл рот, чтобы выдать стандартную отговорку, закрыл его и посмотрел на меня недобро. Ещё и прищурился, что было новым уровнем угрозы. Которая на меня совершенно не подействовала. Максимум наказания, которое я ожидал — это подзатыльник. Ничего другого за Сергиусом замечено не было.
— Остальным тоже интересно?
— Конечно!
— Да!
Голос Каи и Гермеса слились воедино.
— Хм… — почесал он продолжающую отрастать бороду. — Я даю задание, если выполняете, я отвечаю на вопросы. Если согласны, то первое задание — пробежать вокруг деревни и вернуться сюда. Приступайте.
 
Отсюда до деревни пятнадцать-двадцать минут по протоптанной тропе. Пешком, но и так, это не самая легкая дорога по лесу зимой.
— Забыл предупредить, если медленно пробежите, то ответов не будет, — почти ласковым голосом заметил Сергиус, — А бежать придётся в любом случае.
Между пятью и семью годами, когда речь касается бега, лежит целая пропасть. А уж между пятью и десятью, это не плоскость, это непреодолимое препятствие.