Студент и бизнесмен (СИ)

Что-то ничего не понимаю, с чего такая движуха, да еще и намеки Громова непонятны. Кстати, страж продолжает на диванчике сидеть. Роман Омарович обменялся с незнакомцем чуть заметными кивками, однако, напряжение между ними ощущается. Готов поспорить, что в перечень друзей Громова вышедший с господином Дерговым не вхож.
— Можем и поговорить, — осторожно ответил я и взял за лямку свой рюкзачок, где притаился хорек, изображая статичный и безжизненный артефакт.
Еще одно умение Жейдер продемонстрировал. И ведь, засранец этакий, не предупреждал освоение подмены ауры еще до неодушевленного состояния. Когда они только со Сверчком успели до такого додуматься, а главное — как? Даже информационные потоки хорек перекрыл и не отзывается. Ладно, потом разберусь, возможно, он что-то понял или почувствовал, вряд ли просто так решил мертвым прикинуться.
— Господин Жергов, разрешите представиться, — протянул мне ладонь незнакомец. — Мое имя Фарид, очень рад знакомству.
— Здравствуйте, — нейтрально ответил я пожимая руку стихийнику, но не собираясь выражать бурную радость.
— С позволения уважаемого Максима Федоровича, хочу вас попросить, — он, кивнул в сторону ректора, — побеседовать наедине.
— Без проблем! — немного суетливо ответил господин Дергов, потирая ладони. — Вы для университета сделали очень много, а тут такая малость. Господа, мой кабинет в вашем распоряжении. Заметьте, защита работает в полную силу, никто не помешает и не побеспокоит.
Фарид ничего другого и не ожидал. Развернулся и направился в открытую дверь, где уселся в кресло ректора. Удивительные вещи происходят, но делать выводы рано, послушаем, что от меня хочет загадочный господин. Я устроился в кресле посетителя, напротив стихийника. Взгляд временного хозяина кабинета внимателен, но бесстрастен и прочесть эмоции не получается.
— Принцы Рашид и Саид сообщили о ваших исследованиях черного бриллианта в этом перстне, — Фарид выложил на стол знакомую мне драгоценность. — Все верно? — уточнил он и достал из внутреннего кармана сложенные листы, на которых описывал процессы и предположения, когда с камнем работал.
— Простите, но не понимаю, к чему этот разговор, — я не захотел отвечать.
— Станислав Викторович, разве вас не предупредили о моем статусе и полномочиях?
— Нет, — коротко ответил.
Фарид удивился, у него впервые появились хоть какие-то эмоции, но он быстро с собой справился.
— Я доверенное лицо султана, являюсь его личным охранником и советником по вопросам безопасности, — разъяснил мне сложившуюся ситуацию собеседник. — Надеюсь, верительные грамоты не нужны?
Интересно, кто из принцев меня «сдал»? Саид на такое вроде не способен, но брата с охраной на ночной разговор подтянул. Рашид? Возможно, он как официальный наследник и будущий правитель был обязан принять такое решение.
— На одну секунду вас покину, — встал я и направился в приемную, краем глаза заметив, озадаченность на лице Фарида.
Ага, пробиваю брешь в его невозмутимости. Советник султана, если это действительно так, в какой-то растерянности, мое поведение не укладывается в стандартную схему. Громов, как и ожидалось, находился на том же месте, где мы расстались. К нему даже не успела подсесть Гарцева, та продолжает о чем-то сплетничать с секретаршей. Роман Омарович поднялся мне навстречу и мельком бросил взгляд на свои наручные часы.
— Что-то вы быстро, — заметил Громов.
— Господину, — киваю в сторону Фарида, продолжающему сидеть в ректорском кресле, — могу доверять? Он действительно советник султана?
— Разве Елизавета Матвеевна не предупредила? — удивился страж, посмотрев на Гарцеву, направившуюся к нам, которая слышала мой вопрос.
— Я решила, что ты предупредил, — посмотрела декан на Романа Омаровича.
— Гм, — дернул Громов головой, — накладочка вышла. Да, он тот за кого себя выдает, — громко произнес, а потом понизил голос до предела: — Стас, все что успел тебе сказать — в силе.
— Хорошо, — ответил я и вернулся в кабинет, размышляя, на что страж делал упор.
 
Князь дает добро? Так это и так понятно.
— Продолжим? — поинтересовался Фарид, кивнув на перстень Саида.
— Отказываться не собираюсь, вы могли все прочесть в моем заключении. И, да, принц попросил разобраться со своим артефактом, я провел исследование и сделал неожиданное предположение. Верно оно или нет — понятия не имею. Зачастую, теория не соответствует практике, — произнес я, взвешивая про себя каждое слово, прежде чем его озвучить.
— А если мы предоставим вам возможность убедиться, как вы выразились, на практике? — поинтересовался Фарид.
— Для чего? Удовлетворить мое любопытство? — задаю вопросы, а сам уже догадываюсь, на что намекал Громов.
Торг! Не продешевить свои знания и умения. Сейчас происходит наем на определенные действия и задачи. Могу примерно просчитать, как пойдет дальнейший разговор.
— Мы передали «Артефакторике», за исследование и произведенную работу ее студента, три больших накопителя, — произносит Фарид, внимательно смотря за моей реакцией. — Если переложить на язык денег, то могли легко выручить за камни по десять тысяч рублей. Специально перевел в понятную вам валюту, а не стал говорить в дирхамах.
— Очень рад за свой универ, но мне от этого ни жарко, ни холодно.
— Если сделаете такой же анализ, еще по одному артефакту, — он положил ладонь на листы бумаги, — то получите пять камней такой же мощности, переданных мной ректору. Найдете решение проблемы, тогда одна из каменоломен ваша.
Неожиданно, но начинает что-то проясняться. Уверен, у принцев ночь выдалась сложная. Итак, мне предлагают неопределенный круг работы, за осязаемую цену, но результат должны объявить сами. Бред или развод? Скорее все вместе. В том числе и как расшифровать про добычу камня? Он мне на полном серьезе предлагает шахту, где ищут камни-накопители? Очень сомневаюсь, это слишком высокая плата. Но ведь могут подсунуть истощенное месторождение или вовсе где нет ничего. Уже немного понимая что к чему на производстве, даже если на секунду представить такой актив доставшийся моему клану, то кто там будет работать? Как наладить логистику, сбыт, хранение. Что с налогами? Султан или любой местный чиновник легко смогут сделать так, что внешне все выполнили, а на самом деле я еще и должен останусь. Восток дело тонкое, а бизнес и подавно.
— Меня бы устроил пакет акций в вашем государственном предприятии, — озвучиваю бредовую идею, на которую никто в здравом уме не согласится.
— Каком? — уточняет Фарид.
— Можем на секунду предположить, что все, — кивнул в сторону перстня и бумаг, — подтвердится. Мое больное воображение окажется правдой, со всеми вытекающими проблемами для вашей страны. Предоставив неоспоримые доказательства и выкладки, которые, разумеется, вы всячески перепроверите, привлечете своих лучших ученых, то готов согласиться на пять процентов от чистого дохода за добываемые накопители.
— Господин Жергов, вы представляете о каких суммах речь? — уставился на меня Фарид.
— Нет, — честно признал я. — Могу процент скинуть.
— Думаю, вы хотели озвучить ноль ноль пять процента, — предположил мой собеседник.
Ха! Громову куплю древний коньяк, не поскуплюсь! Он оказался прав на тысячу процентов и его предостережение стоит очень дорого. Нет, пожалуй, одним алкогольным напитком не обойтись, не хочу прослыть неблагодарным и скрягой. Ладно, что-нибудь придумаю. А вот господина ректора можно пожалеть, продешевил господин Дергов.
— Пока мы с вами обсуждаем все в теории, не правда ли? — развел руками. — Насколько понимаю, если проблему решу, то это не такая большая сумма.
— Но я не могу обещать выполнения таких условий, — Фарид провел ладонью по своим волосам.
— Разумеется, — согласился я. — Кроме правителя, а в конкретном случае, султана, никакие заверения и подписи от высших чинов вашей страны меня, естественно, не устроят.
— Уважаемый и всеми любимый султан Мохаммед ибн Заид бывает резок, а потом может пожалеть об отданном приказе, — Фарид как бы невзначай провел рукой по шее, — но сделанного уже не вернуть.