Чудеса в ноутбуке (СИ)

— Это в некотором роде связано.
Его история тоже оказалась банальной — если верить фантастам.
Перемещаться между мирами могли не только энергетические сущности, но и вполне биологические объекты, соизмеримые с людьми. Каковым и являлся Кощей.
Много лет назад в одной из соседних реальностей существовала цивилизация, очень похожая на нашу современную, только обогнавшая её в развитии где-то на сотню лет. У нас первые отдельные операторы появились только около полувека назад, а их общество уже прошло этап знакомства и принятия явления и добралось до стадии активного изучения не только шунтов, но и механизмов, позволяющих путешествовать сквозь пространство в разных направлениях.
Потом грянула катастрофа, уничтожившая мир, а небольшое количество учёных и тех, кто был поблизости, умудрилось сбежать сюда, к нам.
— Доисследовались? — предположила я.
— Если бы причина была у нас в институте, вряд ли мы успели бы спастись, тебе не кажется? — возразил он. — Нет, трагическая случайность, падение метеорита. Он должен был пролететь на безопасном расстоянии, но раскололся, и обломок упал на планету. Возможно, кто-то выжил, отчасти благодаря и операторам, но откат в развитии неизбежен. И им, судя по всему, не до изучения других миров. Или цивилизация восстановилась, но миры разошлись, всё же прошло довольно много времени.
Беженцам повезло, что биологически они были почти идентичны населению Земли, так что не вымерли, прижились. В большинстве своём они расселились по тогдашним очагам цивилизации, ассимилировались и сгинули в веках. А вот отдельные представители цивилизации, вроде Кощея, являвшиеся высшей ступенью эволюции операторов, оказались не просто долгожителями, как предполагалось ранее, а бессмертными существами, над которыми не властно время. Они жили, иногда пользуясь своими возможностями, чтобы ускорить развитие человечества, и помогали бороться с шунтами: им — «электропитание», людям — спасение от нечисти. Взаимовыгодный союз.
— Хочешь сказать, наше развитие — ваша заслуга? — почти не удивилась я. Сколько конспирологических теорий на эту тему существовало, чему тут изумляться!
— Ты недооцениваешь людей и нас переоцениваешь, — возразил он. — Нас очень мало, меньше трёх десятков, и мы живём в разных частях планеты. Даже при потенциально вечной жизни мы не способны сильно повлиять на всё человечество целиком. Несмотря на некоторые особенности, мы почти такие же люди со своими недостатками и ограничениями. Какое-то оборудование помогло на начальном этапе и, выработав ресурс, сдохло, какое-то, основанное на способностях операторов или самовоспроизводящейся бионике, сохранялось и сейчас, но это капля в море.
— Ну почему, вовремя поданная идея много что может изменить… У нас про попаданцев такое пишут, ух!
— «Вовремя», — со значением повторил он. — Для того, чтобы некоторая идея прижилась, цивилизация должна достичь определённого уровня, а на этом уровне она и сама, скорее всего, дойдёт до нужной идеи. А большинство историй из книг, про которые ты говоришь, нежизнеспособны.
— Почему это? — обиделась я за попаданцев. — Некоторые очень правдоподобно пишут! И много ты их вообще прочитал?
— Некоторое количество, — усмехнулся он. — Наличие проекций позволяет составить широкое представление о действительности. В любом случае мы посчитали неэтичным лезть в чужую историю.
— А вот этот прикид? Он зачем? Ну корона, черепа, — пояснила в ответ на озадаченный взгляд Кощея.
— Так получилось, — улыбнулся он. — В момент перемещения надо было как-то вписываться в представления людей о мире, и мы решили, что фольклорные персонажи подойдут.
— Получилось впечатляюще даже на современный взгляд. Представляю, как это смотрелось тысячу лет назад! — прикинула я и тут же перескочила на другое, вдруг пришедшее в голову. — Слушай, а что выходит, катастрофа «Чернобыля» тоже могла быть результатом действия таких вот пришельцев?
— Насколько я знаю — нет. Шунты не встречаются на высоковольтных линиях и любых электрических подстанциях, высокие токи для них вредны. Можно сравнить с количеством кислорода, который необходим людям.
  
— Наглядно, — кивнула я. — А Илья? Он кто?
В родном мире Кощея с таким явлением не сталкивались, а здесь одним из способов обрести физическое тело для шунтов оказался захват его и вытеснение реального владельца. Но провернуть подобное удавалось редко или, вероятнее, только отдельному виду шунтов, да и то не абы с кем, подходили только слабейшие люди, умирающие и лишённые воли к жизни. Лучше всего подходили внезапно умершие и мертворождённые младенцы — именно от них пошла молва о «подменных» детях. Случалось подобное редко, но, провернув такую схему, эти существа могли успешно жить и притворяться людьми.
Такие подселенцы были достаточно разумны для обретения договороспособности, так что с этой частью шунтов Кощей и его компания не сражались. Они были уже бесполезны для энергетической подпитки, являлись почти людьми и окружающим не вредили.
На этом собеседник предложил всё-таки прерваться и лечь спать, и я не стала возражать. Стоило подумать о времени, как сразу начало неудержимо клонить в сон, вспомнился длинный день и многочисленные приключения.
На завтра же Кощей предложил неожиданный план: встретиться с человеком из ФСБ. Сказать, что я опешила, — это ничего не сказать, а он невозмутимо пояснил, что местные спецслужбы в курсе существования и операторов, и разного рода пришельцев, и особисты тоже участвовали в отслеживании всяких сомнительных проявлений, на которые не хватало внимания операторов — всё же людей с подобными способностями было пока ещё очень мало.
Потрясающее собственное долгожительство стало одной из причин, по которой Кощей с сородичами около полувека назад вышли на контакт с властными структурами. Чем дальше, тем тщательнее контролировалось общество, жить совсем уж в глуши не хотелось, стало трудно избегать лишнего внимания, а серьёзно менять внешность они не умели. Технологии такие в их прежнем мире существовали, но не в институте, из которого они бежали, так что прихватить нужное оборудование не удалось.
После первого шока я вдруг поняла, что осведомлённость спецслужб успокаивает. Одинокие супергерои, противостоящие злу назло полиции, никогда не вызывали у меня доверия, даром что мультиков и кино про них тысячи, то ли дело — большая серьёзная организация с опытом и традициями. Там тоже играет роль человеческий фактор, наверняка попадаются и лентяи, и непрофессионалы, но всё же… Если организация успешно работает в остальных областях, и в этой как-то справится!
Мысль о собственном возможном бессмертии с каждой минутой всё больше тревожила и пугала, отнюдь не в контексте общения с властями. Вот уж о чём я никогда не мечтала — так это о вечной жизни. Спасибо фантастам, поводов подумать над вопросом хватало. Да, было бы здорово не стареть и прожить лет двести, но где двести, а где — вечность! А как же сестра?.. А если я влюблюсь, выйду замуж, рожу детей? Да об этом и думать жутко! Выход пока виделся один: не думать, тем более уже глухая ночь, ничего хорошего в голову в это время не приходит.
Заботливый хозяин выдал мне чистое постельное бельё, помог разложить диван, сидя на котором мы всё это время разговаривали, и пожелал доброй ночи, заверив в ответ на проявленное беспокойство, что спать на каменном полу в тронном зале ему не придётся, эта квартира — не единственное пригодное для жизни помещение. Да, остальные старомодные и менее удобные, этакие гостиничные номера для всяких Иванов-царевичей, но ночь он как-нибудь переживёт.
После всех откровений я думала, что не усну, мучимая размышлениями, но вырубилась, едва закрыв глаза.
  
Глава 4. Тонкая настройка
 
Древнекитайский ноутбук я поначалу не узнала. Первым делом, проснувшись, полезла удовлетворять любопытство и включать загадочный пульт — Кощей говорил, что будет можно, — и на минуту зависла над лежащим на его месте аппаратом. Это был новенький тонкий ноут с внушительной диагональю безрамочного монитора и привычной конфигурацией клавиатуры.